Потрясающая
Шрифт:
– Но даже не смей думать, что ты поступишь в Лигу Плюща.
Я могу быть на испытательном сроке, но у меня все еще есть влияние там.
И я собираюсь удостовериться, что они будут далеко, очень далеко от тебя.
– Мне все равно, - сказала Спенсер, стараясь звучать настолько безразлично, чтобы Харпер даже не смогла подумать, что её слова задели её.
– Мне все равно не нравится ни одна из вас.
Она со стуком захлопнула дверь перед Харпер, чувствуя, как слезы застилают
Все казалось таким неправильным, она чувствовала, что облажалась; идеальный план её жизни развалился на мелкие кусочки.
Предполагалось, что она поступит в Лигу Плюща.
Предполагалось, что это будет её связующей нитью с её потрясающим будущим.
Парни и Девушки из Лиги Плюща должны были стать её лучшими друзьями, людьми, которых бы она знала вечно.
Сейчас же, единственным человеком в Принстоне, который разговаривал с ней, был Рифер.
Она сместила вес тела.
Может быть, все будет не так уж плохо.
Она подумала о том, как глупо вел себе Рифер по отношению к ней на приеме в Принстоне.
И с каким волнением он заставил её понюхать его доморощенную марихуану.
Ей не нужно было притворятся кем-то лучшим, когда она была с ним.
Ей не нужно было идти на компромисс со своими принципами, чтобы склонить его на свою сторону.
Рифер был самым замечательным человеком, с которым она успела познакомится в Принстоне.
Если быть предельно честной, эти ребята из Лиги Плюща были... озлобленными.
Снобами.
И совершенно поверхностными.
Она действительно хотела тусоваться с ними?
Спенсер вытерла слезу и направилась обратно на кухню, чувствуя себя на удивление удовлетворенный.
С ней все будет в порядке.
Может, Рифер был прав насчет Обеденных Клубов, что это полная глупость для элиты.
Не то, чтобы Рифер был прав во всем.
И это не значило, что он нравился ей.
Она прошла мимо старого кабинета отца, улыбаясь про себя.
Ну ладно, возможно, Рифер ей нравился немного.
В конце концов, она задолжала ему извинение.
И кто знает, может она даже будет сопровождать его на предстоящем митинге Occupy Philly, ну или что-то в этом роде.
Просто, чтобы быть милой.
36
ЦЕЛАЯ И НЕВРЕДИМАЯ
– Так, GPS говорит, что еще пятьсот футов до выхода.
Эмили взглянула на мультимедиа консоли в незнакомом седане Audi.
– Сверни здесь, сверни же здесь!
– Эм, я видела как это было за много миль отсюда.
Ханна свернула машину с главной дороги у вывески ЧЕСНАТ ХИЛЛ и одарила Эмили неспокойной улыбкой.
– Ты в порядке?
Эмили съехала вниз по креслу и стала дергать
Это было несколькими часами позже вечером в понедельник, и они все забрались в машину сводной сестры Ханны, что бы добраться до нового дома Бейкеров вместе.
Бесполезно говорить, что нервы Эмили были напряжены до предела.
Что, если она приедет туда, а Бейкеры снова переехали? Что, если она приедет, а ребенка там не будет? Это была самая ужасная вещь, о которой Эмили могла думать.
Виолет вполне могла бы быть у Э.
Она, возможно, все еще живет будто в ночном кошмаре.
Мог ли Э быть настоящей Эли после всего? Могла ли она подставить Гейл, чтобы та выглядела злодейкой, украсть деньги из её почтового ящика, послать Спенсер сообщения, когда та была в Принстоне, может даже направить Гейл к кампании отца Ханны? Заманила ли настоящая Эли девочек к дому Гейл, надеясь навредить им? Неужели, Эли и вправду могла так низко ценить человеческую жизнь?
"Конечно могла" - произнес тихий голос в голове Эмили.
Внезапно, кровь закипела в её жилах.
Это не была история об испорченной девчонке, от которой хотела отвязаться Эмили - это была история о психованной сучке, которая хотела заполучить Эмили любым способом, даже если это подразумевало нанести вред невинному ребенку.
Если Настоящая Эли была Э, тогда Эмили постарается сделать все, что в её силах, чтобы сломить её.
Это было странным открытием.
С одной стороны, Эмили чувствовала себя опустошенной, будто кто-то только что вытащил жизненно важный орган из её тела.
С другой стороны, она внезапно почувствовала себя проницательной и стабильной, словно ей сделали LASIK(современный вид коррекции зрения при помощи эксимерного лазера) и она впервые смогла увидеть все должным образом.
Хотя, это заставляло её чувствовать себя еще хуже за освобождение Настоящей Эли.
Может, она сама была причиной всего этого.
Загорелся зеленый, и Ханна проехала Barnes & Noble и Starbucks.
Телефон Эмили зазвенел, и она подпрыгнула.
Это пришло сообщение от Исаака.
"Я думал над некоторыми вещами, и я хочу поговорить с тобой" - говорило оно.
Эмили уставилась на слова, как только они остановились на запрещающий сигнал.
Было ли это сообщение хорошим... или ужасным? Исаак зол, отвратительное выражение его лица у дома Гейл не выходило у неё из головы.
Он должен быть взбешен, правильно? Рассказал ли он уже все своей матери?
Рассказала ли Миссис Колберт еще кому-нибудь? Станет ли она позором в Розвуде в ближайшие дни или часы?
И снова, рано или поздно, это всплыло бы наружу.