Потрясающий мужчина
Шрифт:
Немного поколебавшись, Ева достала из кармана ключ и бросила ему на ладонь. Рорк улыбнулся, жестом пригласил Еву сесть в лимузин и дал водителю инструкции относительно ее машины.
– Ну, вот. – Он уселся рядом и взял из держателя фляжку. – Глоточек бренди, чтобы согреться?
– Нет. – Она уже наслаждалась теплом салона и боялась, что совсем раскиснет, если выпьет чего-то спиртного.
– Понял, на работе вы не пьете. Тогда кофе?
– Отлично!
Поблескивая золотым браслетом на запястье, Рорк стал нажимать
– Со сливками?
– Черный.
– У нас одинаковый вкус. – Чуть погодя он отодвинул панель и подал ей фарфоровую чашечку на изящном блюдце. – В самолете выбор побогаче. – Он налил кофе ей и себе.
– Могу представить.
Запах горячего кофе кружил голову. Ева сделала глоток и чуть не застонала от наслаждения.
Настоящий, а не подделка из растительного концентрата, которой их потчуют в участке. Натуральный продукт, лучший колумбийский сорт, полный кофеина! Не во всяком магазине достанешь такой.
После второго глотка она едва не разрыдалась.
– Что-то не так? – Рорк наслаждался ее реакцией на угощение: трепетом ресниц, легким румянцем, потемневшими глазами.
Это было очень похоже на восторг женщины, урчащей, как кошка, от поглаживания умелой мужской руки.
– Знаете, как давно я не пробовала такого прекрасного кофе?
– Не знаю, – ответил он с улыбкой.
– И я не знаю. – Ева зажмурилась от наслаждения, снова поднося чашечку к губам. – Вы уж простите, я сейчас не могу работать. Поговорим в самолете.
– Как хотите.
Пока машина неслась, как стрела, по гладкой дороге, Рорк размышлял о своей спутнице. Странно, но сперва он не принял ее за полицейского, хотя обычно инстинкт его не подводил. На похоронах он думал об одном: что за несправедливость, когда смерть настигает такое юное, несмышленое, полное жизни создание, как Шерон!
Потом он почувствовал, как мышцы его внезапно напряглись, горло перехватило. Он обернулся и понял, что это был ее взгляд – материальный, как удар под дых. Она сразу заворожила его.
Но сигнала тревоги не прозвучало. Рорк не догадался, что находится под наблюдением у полицейского. Он увидел всего лишь женщину – высокую гибкую брюнетку с короткими взъерошенными волосами, с глазами медового цвета и ртом, созданным для поцелуев. И решил, что, даже если она взглянула на него случайно, он теперь ее не отпустит.
И надо же было случиться, что за пазухой у нее оказался полицейский значок!
Ева помалкивала до самого аэропорта, где их поджидал на летном поле его «Джет-Стар». Она дала себе слово, что больше ничем не станет восхищаться: достаточно слабости, которую она себе позволила, получив в лимузине чашечку с прекрасным кофе. Пусть думает, что роскошный салон с глубокими креслами, диванами, старинным ковром, хрустальными вазами с цветами оставил ее равнодушной.
В салоне появилась стюардесса в форме,
– Бренди, сэр?
– Моя спутница предпочитает кофе, Диана.
Черный кофе? – Он вопросительно приподнял бровь и дождался утвердительного кивка Евы. – А я выпью бренди.
– Наслышана о «Джет-Старе». – Ева сбросила пальто, и стюардесса унесла его вместе с плащом Рорка. – Но у вас, кажется, совсем новая модель?
– Вы правы. Мы посвятили ее разработке два года.
– Мы – это «Рорк индастриз»? – спросила она, усаживаясь в кресло.
– Совершенно верно. Предпочитаю по возможности пользоваться собственным самолетом.
Вам придется пристегнуться для взлета. – Он нажал кнопку связи. – Мы готовы.
– Есть разрешение на взлет. Тридцать секунд, – ответил мужской голос.
Не успела Ева и глазом моргнуть, как они уже взмыли в воздух. Отрыв от земли был таким плавным, что она ничего не почувствовала. Разница явно была не в пользу регулярных рейсов, пассажиры которых первые пять минут полета проводят вдавленными в кресла.
Им подали напитки и поднос с фруктами и сырами, от одного вида которых у Евы потекли слюнки. Но она решила, что пора приступать к делу.
– Вы давно знакомы с Шерон Дебласс?
– Нет, мы познакомились недавно, в гостях у общих друзей.
– Но вы назвали себя другом семьи.
– Ее родителей я знаю много лет, – ответил он не задумываясь. – Сначала это был чисто деловой контакт, а потом возникла дружба. Шерон тогда еще училась и жила в Европе, поэтому наши пути не пересекались. Мы встретились впервые всего несколько дней назад. Я пригласил ее поужинать. А потом она погибла.
Рорк вынул из внутреннего кармана пиджака плоский золотой портсигар и закурил. Ева прищурилась.
– Разве вы не знаете, что в самолетах курить запрещено?
– Только не в частных! – Он улыбнулся ей сквозь легкую дымовую завесу. – Вам не кажется, лейтенант, что у полиции и так есть чем заняться?
Зачем регламентировать нашу мораль и индивидуальные привычки?
Ева отказывалась признаваться даже самой себе, что ее соблазняет аромат его табака.
– Так вот почему вы коллекционируете огнестрельное оружие? Еще одно проявление вашей индивидуальности?
– О, оружие обладает загадочным очарованием! Особенно старинное оружие. Какой мужчина не мечтает его иметь? Но это не всем доступно.
– И слава богу. Зато убийства и тяжкие повреждения, причиняемые с помощью такого оружия, теперь в прошлом. Если не считать случаев, подобных убийству Шерон Дебласс. По-моему, следует установить более строгие правила пользования личным оружием.
– Вы так привержены правилам, лейтенант?
Вопрос был как будто невинным, но Еве послышалось в нем оскорбление, и она расправила плечи.