Потухшие звезды
Шрифт:
— Может быть строители напортачили, а ей пригрезилось захоронение, а мы головы сейчас ломаем? — Зарянов глубоко вздохнул.
— Все может быть. — Урбан развел руками.
— Какая глубина до предполагаемого объекта?
— Если верить ее записям — до пяти метров. Но я думаю, что железосодержащий песок должен вносить сильные искажения.
— Какие?
— Процентов до сорока.
— Значит от трех до семи метров. — Зарянов покачал головой. — Я не верю, что строители могли сделать такой брак, им бы просто не дали это сделать. Тут что-то не так. — Он махнул руками. — А какие размеры
— Я не знаю. — Урбан дернул плечами. — Мое предположение, где-то двадцать на пятьдесят.
— Н-да. — Зарянов качнул головой. — Вполне соответствует размеру колонны.
Он посмотрел по сторонам. Спасатели уже ползали, по обе стороны от них, на коленях, разгребая песок руками и внимательно его рассматривая.
— Вы предполагаете начать раскопки сейчас? — Поинтересовался Урбан, понаблюдав за движением головы Зарянова. — Это невозможно в таких условиях.
— А что ты предлагаешь? — Зарянов перевел взгляд на Урбана.
— Сейчас очень тяжело предложить что-либо разумное. — Урбан пожал плечами.
— Господин Зарянов! — Раздался незнакомый голос в шлеме Зарянова.
Зарянов повертел головой и увидел стоявшего сбоку от себя спасателя.
— Спасатель Фарбер. — Спасатель вытянулся, на сколько ему позволил защитный костюм. — Я не знаю что мы ищем, разгребая песок руками, его на космодроме уже около полуметра и буря мгновенно засыпает наши труды. Было бы более эффективно, если бы мы воспользовались компрессорами спаэров. Они бы мгновенно размели песок и мы смогли бы с большей пользой рассмотреть эту часть космодрома.
— Он прав. — Раздался голос Урбана.
— Действуйте. — Зарянов махнул рукой и пошел к своему транспортеру.
Урбан нашел Лазарева и начал объяснять ему предложение спасателя. Лазарев, поколебавшись, согласился и начал отдавать необходимые распоряжения. Урбан вернулся к Зарянову. Спасатели отошли вглубь космодрома, а три спаэра, двигаясь вдоль границы поля космодрома, начали сдувать с него песок. В воздух поднялась огромная черная туча и стало вообще темно.
— Пространственные силы! — Прокричал Зарянов в микрофон шлема, трогая Урбана за локоть. — Что тут можно увидеть!
— Спасатели, вслед за спаэрами быстро возвращаются на свои участки и осматривают их. — Ответил Урбан, приближая свой шлем к шлему Зарянова. — Это вполне возможно, песок ведь не сразу осядет.
Через несколько минут спаэры замерли, закончив свою работу. Начало светлеть. Зарянов прошел на расчищенное место и посмотрел себе под ноги, покрытие уже скрылось под слоем песка, но его твердь ногами ощущалась отчетливо. Зарянов провел ногой перед собой — проявилась темная полоса статита.
Его если только аннигилятором можно взять, начал размышлять он, удрученно крутя головой. Как археолог собиралась здесь копать? Эта находка теперь останется на теле планеты до ее смерти. Куда здесь мог деться адмирал? Не провалился же он и в самом деле сквозь статитовое покрытие. Зарянов усмехнулся своим мыслям. Могло быть только одно — ушел в пески. А там… Он непроизвольно махнул рукой. Два энергопояса помогут ему продержаться дней восемь. Буря сегодня-завтра утихнет, но если у него есть вода?
— Здесь трещина! — Неожиданный возглас прервал его мысли.
Зарянов
— Это Лазарев. — Проговорил Урбан, узнав своего начальника.
— Идем за ним. — Зарянов тронул Урбана за локоть и они направились вслед за Лазаревым.
По расчищенной поверхности идти было легко и вскоре они уперлись в несколько человек, сидящих на корточках и что-то рассматривающих на темном статитовом покрытии космодрома. Зарянов подошел к ним вплотную и через их головы, заглянул в середину. Один из спасателей ползал на коленях, постоянно разметая перед собой песок и водя пальцем по расчищенному месту.
— Что вы нашли? — Поинтересовался Зарянов.
Один из сидевших на корточках поднялся — это оказался Лазарев.
— Господин Зарянов. — Заговорил он явно обескураженным голосом. — Один из спасателей, ультрасканером, обнаружил неоднородность на статитовом покрытии космодрома. Характеристика неоднородности дает большую величину. Похоже, что она идет насквозь по толщине, о длине судить пока нет возможности, требуется дополнительная расчистка. Предположительно — это трещина.
— О черт! — Зарянов несколько раз тряхнул головой. — Это же катастрофа для космодрома. Его закроют.
— Почему? — Раздался удивленный голос Урбана. — Даже если поверхность космодрома лопнет на несколько частей, это все равно позволит ему нормально функционировать.
— Ты забываешь, что под космодромом песок. — Зарянов начал тыкать пальцем себе под ноги. — Его толщина десятки метров. От колебаний плит под ним начнут образовываться пустоты, плиты станут проваливаться, космодром будет больше похож на испытательный полигон для мехов, а не на взлетное поле для космических кораблей. С чего вы взяли, что это трещина. — Он грубо тряхнул Лазарева за плечо. — Поле космодрома изготовлено из напряженных фулеритовых нитей со статитовым наполнителем. Это покрытие, практически, нельзя разрушить.
— Шов имеет характерные микросколы. — Лазарев провел пальцем вдоль предполагаемой трещины. — Они вероятно возникли из-за трения плит друг о друга.
— Шов! — Зарянов присел на корточки, рукой смахнул песок с места указанного Лазаревым и наклонился так низко, что его шлем уперся в поверхность космодрома. — Шов. — Раздался его глухой голос.
Затем он опустился на колени и пополз вдоль шва, разметая руками перед собой песок. Остальные безмолвно наблюдали за ним. Наконец Зарянов уперся головой в стену неразметенного спаэрами песка. Резко оттолкнувшись, он оказался на ногах и вернулся к спасателям.
— Я вспомнил, что это за шов. — Заговорил он, останавливаясь и обводя всех взглядом. — Первоначально поле космодрома было меньше, затем его решили увеличить. Для стыковки двух площадей был изготовлен специальный плазмоид, вырабатывающий антивещество, которое в магнитной оболочке направляли на шов. Вдоль шва стояли гасители магнитных полей, которые освобождали антивещество и оно, контактируя со статитом, плавило его. Так и образовался этот шов. Если верить документам, то контроль шва был жесточайший. Что-то здесь не так. Придется копать.