Поведай нам, тьма
Шрифт:
Говард перекинул ногу назад через бревно и снова уселся спиной к костру, прислонившись к девушке боком.
— В тебе мне нравится то, — продолжала она, но вдруг запнулась. — Ты знаешь об этом, но… не ведешь себя, словно я чумная. Хотя тебе это и не дает покоя.
— Да. — Сердце громко стучало. От испуга, что сейчас она вот-вот начнет рассказывать о таком, о чем ему не терпелось узнать, но чего он так страшился. — Право, не понимаю этого — как ты могла оставаться с таким? Знаю, что ты не могла себе позволить иметь собственную квартиру,
— Все гораздо сложнее. Он платил за обучение, платил за все.
— Но почему?
— Мы заключили сделку. Я согласилась жить с ним и заботиться о нем, а он согласился дать мне возможность закончить колледж.
Но он издевался над тобой! Как ты могла позволить ему делать с собой такое?
Эти мысли ураганом пронеслись в голове Говарда, но он промолчал.
— Но и это еще не все, — продолжала она. — На тот случай, если ты еще не догадался. Думаю, можно сказать, что я была его любовницей.
— Он приставал к тебе?
— Не знаю. «Приставал» вроде звучит правильно. Но я не собираюсь тебе врать, Говард. В прямом смысле слова он никогда не насиловал меня. Я была с ним добровольно. Мне не хотелось никакого секса с ним, но я позволяла ему делать все, что он желал. Кое-что ему, конечно, приходилось заставлять меня делать, но обычно я просто делала все сама. И это было не так уж и плохо.
— Боже, — пробормотал он.
Хуже, чем он себе представлял. Намного хуже. Почти невероятно.
— Мне жаль, — призналась Анжела.
— Как ты могла?
— Мне нужно было получить образование. Ему нужна была я. Думаю, мы просто использовали друг друга.
— Но… это омерзительно.
— Знаю. Дело в том, что он не так уж плохо относился ко мне. И, в основном, нормально обращался со мною.
— Ну да, а почему бы и нет. Ты ведь раздвигала перед ним ноги.
— Эй, перестань! — В ее голосе прозвучала обида. Когда Анжела наклонилась вперед, Говард обернулся. Упершись локтями в колени, она опустила голову и, казалось, глядела в землю. — Ну вот, выходит — я шлюха, да? — пробормотала она.
— Я этого не говорил.
— Но так думаешь. И я не виню тебя. Потому что и сама так считаю. Наверное, не стоило тебе рассказывать. Но мне не хотелось держать от тебя что-либо в тайне.
— Все нормально. — Говард положил руку ей на плечо.
— Скеррит был намного добрее ко мне, чем другие. Любил меня, причем очень. И редко делал мне больно. А когда и делал, то только потому, что сильно любил меня и боялся потерять. — Она покачала головой. — Не следовало покидать его. Он, должно быть, решил, что я ушла навсегда. Боже, нестерпимо думать о том, что он теперь переживает.
— Но ты ведь не собираешься к нему возвращаться, нет?
— Может, мне там самое место.
— Нет!
— Было не так уж и плохо. Правда, правда. Скеррит просто ангел по сравнению с другими.
— Какими другими? На кого ты постоянно намекаешь?
— Не думаю, чтобы тебе хотелось узнать.
—
Анжела выпрямилась и посмотрела на него. Она не плакала, но лицо ее было печальным и уставшим.
— Ладно, — согласилась она.
— Ладно.
— Но не будем забывать о бдительности.
— Тот парень, вероятно, уже где-то очень далеко. Теперь, когда он знает, что у нас есть револьвер…
— Он не отступит. Я знавала таких людей. Они не сдаются, пока не получат своего.
— Что ты этим хочешь сказать, «я знавала таких людей»?
— Мой отчим, для начала. Чарли. И его мальчики. Двойня, Джек и Джордж. Вся тройка была… ужасной. Они оставили меня у себя после гибели моей мамы.
— Это когда тебе было четыре?
— Да. Близнецам тогда, наверное, было лет по девять или по десять.
— Они были твоими братьями?
Анжела покачала головой.
— Они были сыновьями Чарли. Их матери я не знаю. Но это была не моя мама. И я не знаю, как моя мама сошлась с Чарли. Может, у нее не было выбора. А больше всего мне хотелось думать, что она была его пленницей или что-то в этом роде и не могла вырваться. Но они поженились. По крайней мере, я так предполагаю. Потому что носила его фамилию: Карнес.
— Карнес? А я думал, ты Лоуган.
— Я была Анжелой Карнес, пока не сбежала от него. Затем я сменила фамилию. Прочитала книгу «Побег Лоуган». Имя мне понравилось, и я взяла его себе. Во всяком случае, я почти не сомневаюсь, что мама была замужем за Чарли. Хотя и не знаю, почему она сделала это, если не под принуждением. Разве только сама была такой же и действительно полюбила его. Но мне очень не хочется думать о ней так.
Будь она жива, быть может, вырвала бы меня из лап этих мерзавцев. А может, и нет. Возможно, все было бы так, как оно и было. Но, думаю, этого я уже никогда не узнаю.
Как бы там ни было, но это длинная история. Только в тринадцать лет я покинула Чарли и близнецов. Большую часть времени мы жили в фургоне. Когда мы не переезжали куда-нибудь в очередной раз, то останавливались где-нибудь у черта на куличках. В лесу, в чистом поле. Чарли не хотел никого видеть рядом.
За все то время, пока была с ними, я никогда не ходила в школу.
— Никогда? Как же ты научилась читать?
Анжела повела плечами.
— Они-то меня точно не учили. Должно быть, научилась от мамы. По меньшей мере усвоила какие-то азы, а потом уже училась самостоятельно. Пока жила с этими ублюдками, читала все, что попадало под руку. Это было так здорово. И, вероятно, это и спасло меня от помешательства. Читая, я жила жизнью других людей. И эти жизни всегда были лучше моей — даже когда героям приходилось несладко. Думаю, именно книги удержали меня на плаву. Книги и мои грезы.