Повелитель молний
Шрифт:
У начала Старой Лестницы мулы остановились.
– Подняться вверх, оттуда рукой подать, – обнадеживающе сказал Ши. – Вы не бойтесь, мы вообще-то люди мирные, зря никого не убиваем…
– Ши, – укоризненно перебил приятеля Хисс. – Кончай молотить языком о зубы.
Воришка обиженно замолчал – на целых двадцать ударов сердца, пока Клелия выбиралась из паланкина и с явным интересом озиралась вокруг, изучая глинобитные и саманные домики за глухими заборами, пожухшие от яростного солнца деревья в крошечных садиках, и пересохшие канавки вдоль утоптанной мостовой.
– Госпожа! – отчаянно воззвала Лиа, высовываясь из-за кожаных занавесок. –
– Да что тебе там делать? – Клелия слегка оторопела, удивленно глядя на служанку.
– Я… я хочу посмотреть… – пролепетала окончательно смутившаяся Лиа.
– Не было печали, – вполголоса буркнул Рейф. – Госпожа, доставить ее домой, а потом вернуться за вами?
– Нет, – рассудила Клелия и обернулась к Хиссу и Ши, с нескрываемым удовольствием наблюдавшим за маленькой сценкой. – Месьоры грабители, вы возьмете на себя труд присмотреть за этой не в меру любознательной особой?
– Разумеется, – первым ответил Хисс. Ши украдкой ухмыльнулся, когда рыжий мошенник с несвойственной ему галантностью помог девушке покинуть носилки, и решил, что об этом нужно непременно рассказать Кэрли. Будет забавно глянуть, как она воспримет такие новости о своем дружке.
Трое мужчин и две женщины начали подъем по скрипучим ступенькам Старой лестницы. Паланкин и трое его сопровождающих двинулись вниз по улице, разыскивая подходящий кабачок, дабы скоротать там время в ожидании возращения хозяйки.
– Мне очень жаль, но сегодня я не смогу никого принять. Пусть идут к Алиталии, она тоже неплохо гадает. Лорна, правда, мне даже говорить трудно…
– Вообще-то я не Лорна и пришла не за предсказанием.
Услышав незнакомый голос, Феруза растерянно обернулась. За сегодняшнее утро она успела несколько раз заглянуть в глубину бездонного провала под названием Отчаяние – когда ей казалось, что слова лекаря Шанталя сбылись и Аластор перестал дышать, поплакала над тяжкой судьбой Малыша, потом над своей собственной, а теперь время от времени дергала себя за локон, чтобы заставить уплывающее сознание вернуться и снова повторять одни и те же незамысловатые действия. Взять быстро теряющую в духоте влагу тряпку, намочить ее в ведре с тающими кусочками льда, разложить на иссохшем до пергаментной тонкости лбу человека, кажущегося мертвым, наклониться, взять из стопки новый лоскут, намочить… Феруза догадывалась, что толку от ее трудов – чуть, но надеялась, что там, за запертыми дверями своего сознания, Аластор чувствует ее присутствие.
Стоявшая в дверях женщина выглядела так, как, по мнению туранки, должны выглядеть очень богатые дамы с Заката. Взгляд ее выражал положенное в данной ситуации сочувствие и, что мимолетно поразило Ферузу, оно представлялось неподдельным.
– Это госпожа Клелия Кассиана, – в комнату сунулся Джай. – Она хочет повидать Аластора.
– Вот он, – Феруза спокойно указала на неподвижно лежащего на постели человека, накрытого мокрой простыней. – Только вряд ли он сможет поддерживать разговор.
– Это неважно, – мягко сказала Клелия. – Я приехала издалека, дабы повидать своего давнего друга, и я это сделаю, – она вошла в комнату, встав за спиной гадалки. – Феруза ат'Джебеларик, так тебя зовут? Могу я попросить тебя выйти? Ненадолго. Кстати, там вернулся один из твоих друзей. Думаю, ты обрадуешься, увидев его.
– Кто? –
– Малыш, – шепотом пояснил Джай. – Он вывернулся. Везучий, как не знаю кто…
– Малыш? – повторила туранка. Это прозвище заставило шевельнуться какие-то неприятные воспоминания.
– Он самый, – подтвердил Джейвар и, войдя, мягко, но решительно заставил девушку встать. – Пойдем-ка со мной, в самом деле. Ты что-нибудь ела? Не волнуйся, ничего страшного без тебя не случится. С Альсом посидит госпожа Кассиана.
Уговорами и легкими подталкиваниями он вывел слабо сопротивлявшуюся Ферузу в коридор, где ее поджидала Лорна. Вернулся, вопросительно глянул на Клелию. Конечно, за офирку ручались Хисс и Ши Шелам, но слабо верится, чтобы такая женщина тратила время и деньги на поиск в Шадизаре давнего дружка.
– Все будет хорошо, – пообещала золотоволосая красавица. – Идите. Спасибо, что помогли. Присмотрите за этой девочкой, Ферузой, ладно? Как только я закончу, я спущусь вниз.
Джай озадаченно поскреб в затылке, кивнул, не придумав, чего сказать, и вышел, плотно затворив за собой дверь. Странные нынче пошли времена… Как офирская графиня (если верить Ши) могла бы оказаться в таком месте, как «Уютная нора»? И что ей нужно от Аластора? Привела с собой мрачного громилу под стать Райгарху и какую-то вертихвостку, только и знающую, что строить глазки всем подряд.
Оставшись в одиночестве, Клелия прошлась по комнате – три шага поперек, четыре вдоль. Выглянула в окно – внизу шелестел приличных размеров для здешнего удушающе-знойного лета ухоженный садик. Озадаченно посмотрела в сторону нужника – Клелии, в этой неприметной пристройке на дворе, что-то показалось крайне подозрительным и небезопасным. Боязливо потрогала висящий на стене эсток – длинное синеватое лезвие, сплетенная из кованых веток и листьев чашка гарды. Как ее угораздило очутиться в этом местечке? Обитатели «Норы» ей нравились, хотя она предпочла бы не иметь с ними близких отношений. Они, наверное, хорошие исполнители – сообразительные, предприимчивые и надежные. И эта девочка, новая подружка Аластора – очень даже ничего. Не только хорошенькая, но, похоже, умненькая. Он что, наконец-то обзавелся вкусом? Имечко себе какое подобрал – Дурной Глаз… Ему идет. Но как же он позволил проделать с собой такое? Какие призраки прошлого догнали его на сей раз?
Она неторопливо сняла с пальцев многочисленные перстни, сложив их блестящей горкой на столе. Осторожно сняла накрывавшую человека простыню – чуть влажную, со следами крови, свернула ее и совершенно не по-женски присвистнула. Похоже, она успела на редкость вовремя. День-два, и этот прирожденный авантюрист точно бы простился с жизнью – слишком далеко он ушел по темным дорогам, ведущим лишь в одну сторону.
Госпожа Клелия быстро пошевелила в воздухе пальцами, разминая их, грустно улыбнулась каким-то своим мыслям, и присела в изголовье кровати. Ее узкие ладони плотно прижались к вискам Аластора, а лицо приобрело бесстрастно-отсутствующее выражение, став похожим на лик прекрасной древней статуи. Она сидела неподвижно, ничего, в общем-то, не делая, но находившаяся в общем зале Феруза вдруг вздрогнула и пристально посмотрела на потолок.