Поверить в чудо
Шрифт:
"Господи, Арсен - серый! Как же я это сразу не поняла? Серый-пресерый! Парень лишился родового черного цвета! И как ему это удалось?"
На ее откровенный вопрос Арсен понимающе улыбнулся.
– После зоны я с товарищем уехал в Одесскую область, где мы присоединились к бригаде строителей, возводивших церковь в Измаиле. Там я познакомился с отцом Григорием, доверился ему и исповедовался, а в конце получил совет - держаться подальше от черных и продолжать строить церкви. Так я и сделал, за восемь лет объездил весь юг Украины, заочно окончил строительный техникум, и теперь
– Я так понимаю, у тебя строительство соединилось с верой?
– поинтересовался Виктор. - Может, и в монахи податься собираешься?
– Ох, нет, - засмеялся Арсен.
– Монах из меня получится плохой, потому что я грешен. Каюсь, люблю удовлетворять потребности собственной плоти, начиная с чревоугодия и заканчивая прекрасной половиной, - он лукаво подмигнул Виктору и закатил глаза.
– Но до сих пор холостой? - усмехнулся Засуха.
– Пока да, - подтвердил Арсен.
– Зато мы с Олей решили обнародовать наши отношения и сегодня женимся, - сообщил новость Виктор.
– Сегодня?
– вскочил на ноги пораженный парень.
– Боже, поздравляю! Я не знал!
– Успокойся, не ты один, - улыбнулась Ольга.
– То, что мы с Виктором женимся - тайна, на празднование придут только самые близкие, родные и друзья. И мы приглашаем тебя присоединиться к ним.
Арсен вздохнул, молча осматривая Ольгу и ее жениха, а затем сел в кресло и с сожалением ответил:
– Нет. Спасибо, что пригласили ...но нет. Слишком много объяснений мне придется давать, почему я здесь и что делал все это время, ведь большинство сотрудников "Стража" - это мои знакомые и друзья.
– Да, - подтвердил Виктор.
– И вообще в моем присутствии на вашей свадьбе будет что-то неуместное, неправильное. Я не могу объяснить ...но так мне подсказывает внутреннее ощущение. Так что я лучше сегодня отправлюсь обратно на Тернопольщину, ведь в Зарванице меня ждет еще не один месяц работы. А ближе к Новому году обещаю приехать в гости, хорошо?
– Обязательно приезжай. А мы, тем временем, подготовим общественность к встрече с тобой, чтобы не задавали лишних вопросов, когда ты снова окажешься в городе.
– Это было бы прекрасно, - Арсен поднялся с кресла.
– Ладно, мне пора, да и вам нужно готовиться к свадьбе. Еще раз поздравляю и желаю много-много счастья.
– Спасибо, - сказал Виктор.
– Я провожу тебя до ворот.
Ольга на прощание поцеловала Арсена в щеку и грустно улыбнулась, а Засуха, доведя парня в такси, сказал:
– Хорошо, когда все заканчивается хорошо.
– Не все, Максимович, - вздохнул парень.
– Галина мне объяснила, что возможна отдача, то есть, смерть моего деда может изменить в городе главную белую. Собственно, из-за этого я себе места не нахожу, хотел даже расспросить Ольгу, но не смог. А она что говорит?
– Ольга называет это законом равновесия и относится по-философски. А вот я, когда узнал, сразу настоял на срочном бракосочетании, чтоб всегда быть рядом.
–
– Остается лишь молиться и надеяться, что беда обойдет вас стороной, ведь Оля и в шестнадцать лет была, словно белая пташка. А сейчас в ней чувствуется такая невероятная сила - сила любви и добра, что я ...я подобное встречал лишь у некоторых священников.
Прощались Виктор и Арсен с надеждой на скорую встречу, парень сел в такси и, махнув рукой на прощание, уехал, а Виктор, вернувшись в дом, спросил невесту:
– Скажи, Оля, ведь в течение многих веков черные проклинали на смерть и что, белые всегда так дорого за это платили? Где же тогда справедливость и этот ваш закон равновесия?
– Черный чувствует, когда возвращается его проклятие, - объяснила девушка, - поэтому образует вокруг себя магический щит, который уничтожает угрозу. Но в нашем случае все произошло иначе, старый Звенигора хотел умереть, он не защищался, вообще ничего не делал, а просто дал себя убить.
– Выходит, дед все равно выиграл, - вздохнул Засуха.
– Получил долгожданный покой, а еще утешение, что его смерть обязательно нам досадит.
– Что говорить? Мы сделали все возможное, поэтому смирись и живи дальше, - успокоила его Ольга, а затем, взглянув на часы, охнула.
– Господи, уж десять! Сейчас приедет Наташа помогать мне одеваться, а я еще столько не сделала! ...Что? ...Ты спятил? Не трогай меня, Виктор, убери прочь свои руки! Что ты делаешь? ...Ах! Так и быть, продолжай.
26
День свадьбы пролетел для новобрачных словно одно мгновение, мгновение счастливое, веселое и безупречное. Венчание в церкви, выход на паперть под звон старой колокольни, проезд по Стусову на длинном белом лимузине, который переполошил все село, и чудесный августовский вечер, когда гости с энтузиазмом поднимали бокалы за счастье и здоровье молодых. Все шутили, смеялись, пели, танцевали, а то, что компания собралась небольшая, только делало атмосферу праздника дружнее и веселее.
Наташа, подруга детства и свидетельница, пользовалась у ребят из "Стража" большим успехом. Это приводило Рому Коваля в такое бешенство, что невесте пришлось провести с ним короткую поучительную беседу.
– Она - не твоя девушка, - грозно втолковывала напарнику Ольга, - и то, что вы знакомы, не дает тебе никакого преимущества. Так что перестань беситься, а лучше иди танцевать и покажи ей и всем вокруг, что ты парень хоть куда. А главное не забывай - выбирает здесь Наташа. Понял, Отелло?
– Ох, Максимович, - обратился к жениху Роман.
– Она с вами такая же грозная?
– Бывает и хуже, - счастливо улыбнулся Виктор.
А свадьба, тем временем, продолжалась. Как только зашло солнце, на деревьях сада, окружавшего дом, вспыхнули разноцветные огоньки и фонарики, так же засиял огнями и высокий забор, увешанный соседской ребятнёй. Под воротами топталась стусовская молодежь, сбежавшаяся на звуки житомирских музыкантов, но на двор и к столам никто не лез - ребята из "Стража" сразу разъяснили местным "политику партии".