Практик
Шрифт:
— Вот еще одни недоброжелатели.
— Точно нет. Там Род только рад будет, — машет рукой царь. — У них свара за наследство, не до дальней границы. Остальные держат, и ладно. Да и опасность Пятен уже лет тридцать начали забывать. Гона давно не было. Чудовища не вырывались из Пятен. Забывают, и службу несут спустя рукава. Здесь просто повод есть. У остальных примерно тоже самое, я же понимаю. Что-то еще?
— Освобождение от налогов Рода на год, за каждый доказанный эпизод покушения на меня именно от Боярской Думы. Доказательства не должны быть абсолютными. Достаточно понимания кто и зачем.
—
— Я бы не хотел привязывать год уплаты и год покушения друг к другу, — качаю головой.
— Не привязывай, — машет рукой царь. — Но не позже тридцати лет от этого момента, ну или до моей смерти, если это произойдет раньше. Я не хочу девочкам такую мину подкладывать. Это договор наш с тобой. Это все?
— Да. Мне, как я это вижу, выгодно в дальней перспективе, вам и сейчас, и в средней, и в дальней. Проигравших нет.
— Кроме государства. — Оценивающе смотрит на меня царь.
— Нет, государство от невыплаченных налогов не проиграет. Они уйдут в развитие, обязательно. Косвенно выиграет.
— На таких условиях тем более согласен. Договор?
— Договор. — Киваю я.
Неожиданно я снова наблюдаю фейерверк образования связи магического договора. Проявляется вязь первого договора на руке у меня, и, наверное, с десяток — у царя. Для Императора образование магической связи тоже является неожиданностью. Но принимает он такой договор вполне стоически.
— Неожиданно, — качает головой, когда последние штрихи вязи ложаться на запястье. — Ведь не было формализовано даже. Так что имей ввиду, нам обоим теперь лучше соблюдать дух договора, а не его букву. То есть важно не допускать действий, которые можно трактовать как нарушение, имей ввиду. С такими формулировками сложнее всего, Максим.
— Меня устраивает, — пожимаю плечами. Особенно радует зафиксированное обязательство допуска в архивы. То есть теперь в принципе скрыть ничего от меня будет нельзя. А не передавать знания, полученные таким образом? Так я и не собирался. — Единственно, Ваше величество, я прошу вас вспомнить, что вы имели ввиду, когда говорили мне — некоторыми вещами из архива не пользоваться никогда. Боюсь мне нужна формулировка теперь.
— На, — пишет на бумажке царь. — Я точно имел в виду расщепление души человека и связанные с этим практики. Там их немного, но они редкостной мерзости вещи. Плюс призывы богов. У нас было в истории столкновение с культистами. Это в архивах тоже есть, призыв этого бога уже не работает, но даже пробовать я бы не стал.
— Боги реальны? — удивляюсь.
— Да, — спокойно отвечает царь. — А чему ты удивляешься? — пожимает плечами. — Просто им до нас нет особого дела, нам до них. У нас равновесие. Вон, по этой теме инквизиторов пытай. Вот кто точно не будет рад твоему присутствию в архивах, — чему-то радуется Император. — Но им придется смириться. Многие инкунабулы и списки у нас пересекаются.
Качаю головой. Только богов мне еще не хватает. Хотя без разницы, в Церковь Всех Богов и так хотел зайти. Не понятно же, почему она не прозрачна
— Все, Максим, — встает с кресла царь. Я тут же встаю вместе с ним. — Было интересно, и я буду рад еще тебя увидеть, но при других обстоятельствах. Лично поговорить со Странником мне было интересно. Но время не ждет. Иди. — указывает на дверь. — А. — останавливает меня, — бери свою рыжую красавицу, кстати, можешь сказать ей, что я ее заметил. Девушке приятно будет. Действительно хороший маг. И мысли такие…ровные… Это ей не говори. Забирай Прозоровскую с провожатыми, и идите в парк. Скажи, Афанасию, чтобы проводил. Там тебе сюрприз небольшой, но тебе он был очень нужен, так что оценишь. Теперь встретимся только на праздник Солнцестояния, но это секрет. Там как раз все официальные объявления и будут. Никому не говорить, понял?
— Да, Михаил Александрович, — кланяюсь я и выхожу из кабинета. А вот это новость. С учетом того, что меня во дворец никто не приглашал, то Смоленск-2 ждут интересные события.
Матвей словно караулит под дверями. Кивает, и тут же заходит в кабинет вместо меня. Удивительно, неожиданно высокопоставленный человек, и сам в поля… Хм. Чего-то я тут не понимаю.
— Максим Рысев? — обращается ко мне секретарь царя.
— Да, — чуть кланяюсь этому очень спокойному человеку.
— Государь говорил проводить вас, прошу. — указывает рукой.
— А…
— Ваши спутники уже в саду, — кивает головой Афанасий. — Пойдемте, здесь недалеко.
Следую за секретарем. На самом деле недалеко. Идем почти безлюдными коридорами. И действительно недолго. Минут десять.
— Прошу вас, — открываются двери в действительно удивительной красоты место. — Вам по дорожке, налево, до беседки. Ваши спутники ждут вас там. Я прощаюсь с вами.
— Конечно, благодарю. — чуть кланяюсь и этому человеку. На самом деле — без него я бы из дворца так быстро не вышел. Иду по указанной дорожке.
Знакомые сигнатуры я вижу сразу, так что в принципе, своих спутников я бы не пропустил и так.
— Звал меня, Рысев Максим? — раздается вообще неожиданный голос за спиной.
Глава 9
Оборачиваюсь.
Доржат появляется за спиной словно ниоткуда. Сигнатуру узнаю сразу, так то, конечно, отреагировать я бы успел все равно, если бы было нужно. Зеленая живая стена растений расступается и выпускает Доржата.
— Да, — киваю головой шаману. — Здравствуйте. Хотел. Но в принципе, мне Степанов уже ответил. Ваши сказали — отличия у инфицированных есть.
— Я скажу точнее, Странник. Пойдем.
— Куда? — удивляюсь.
— Как куда? Смотреть. В твоем же Лесу это живет. В него и пойдем.
Тут же вспоминаю про шаманскую Тропу, которой в свое время Доржат ушел в Пятно. Так.
— Ты меня на Тропу возьмешь? — удивляюсь. Хотя, может они на самом деле не только сами так перемещаться могут. Мне становится дико интересно.
— Да. Я затем и пришел. Твой царь нам разрешение дал, без него сюда Тропу не построить. Его люди про твою просьбу сказали, меня отправили, потому что я тебя видел, знаю. А этих Других пока только ты отличаешь от Измененных Леса.