Практикант 5
Шрифт:
— Ну ты, Лизавет, еще меня поучи!.. Че, скажешь я неправильно…
Сюююдааа! Ииидиии сюююдааа! — зашелестел голове тягучий, как сироп, призыв, выдергивая меня из разговора.
Через мгновение голосовое послание от бывшего исчадья дополнилось картинками нужного здания, замелькавшими перед глазами сумасшедшим калейдоскопом.
— «Сормовский», — озвучил я указанный Мариной ориентир.
«Рендж ровер» тут же вырвался из черепашьего потока на относительно свободную встречку. И у вдавившего педаль газа в пол Митюни больше не осталось времени для болтовни. Клещом вцепившийся в руль здоровяк целиком сосредоточился на экстремальной
Глава 34
Глава 34
(Пятью часами ранее)
— Первая плохая новость, Сергей, заключается в том, что столь радикально вдруг изменившееся поведение Марии Терентьевой стало следствием проведения десять дней назад над бедняжкой одного крайне неприятного ритуала.
— Что еще за ритуал? О чем вы, вообще?
— Одна из разновидностей темного ритуала хаоса, приводящего к обмену сознанием между лишенными дара ясновиденья людьми, — спокойно пояснил Артем Борисович, усаживаясь обратно на табурет.
— Как это?
— Всех тонкостей, увы, я не знаю. Хаос, сам понимаешь, не моя епархия. Но в общих чертах попробую тебе объяснить… Для проведения этой разновидности ритуала хаоса необходима группа хаосистов, на ментальном плане связанная меж собой в единое целое. Проще говоря, связь между участниками ритуала должна быть примерно, как у единоутробных близняшек. Что в реальной жизни (учитывая неуживчивый характер одиночек-хаосистов) практически невыполнимо. Однако, в данном конкретном случае в роли устроителей ритуала выступили накаченные энергией хаоса потерянные души пресловутого Хозяина, обнуленные и перерожденные хаосом личности которых так же превратились в некое извращенное подобие единоутробных близняшек… Еще для успешного завершения ритуала необходимо наличие яркой эмоциональной связи между объектами, избранными для обмена сознаниями. Окрас эмоциональной связи между жертвами ритуала может быть любой: любовь, ненависть — без разницы. Важно лишь, чтобы данная связь между людьми была достаточно продолжительной. Чем дольше, тем лучше. Смекаешь к чему клоню?
— Сперва побег Цыгана. Потом машино похищение. Пару месяцев назад они, вроде, были любовниками, — стал вслух рассуждать я. — И через неделю — встречаю подругу с манерами знакомого гопника.
— Приятно иметь дело с умным человеком, — кивнул Артем Борисович. — Как уже говорил: я не посвящен в подробности самого процесса этого ритуала хаоса. Но предполагаю, что представление там разыгралось не для слабонервных. И ставшей невольной его участницей девочке остается лишь посочувствовать… Однако, сделанного уже не изменить. И сознание твоей подруги, Сергей, темным ритуалом хаоса уже примерно десять дней запечатано в теле беглеца Цыгана. Телом же Марии Терентьевой, соответственно, уже добрую декаду управляет сознание бывшего ее любовника. Увы, появление этого дубля в институте, вместо настоящей Марии, даже артефакты Лизаветы не смогли распознать. Потому, уж прости старика, практикант, я воспринял поначалу в штыки тое заявление: о похищении девушки.
— Чего уж теперь, — хмыкнул я, ошеломленно.
— Кроме того, — продолжил Артем Борисович, — наложенная в процессе ритуала на тело девушки печать хаоса, способствовала появлению у Лжемарии ауры подчинения, визуальное проявление которой, благодаря развитому ментальному навыку, ты и разглядел на студентах политеха в виде призрачных паразитов.
— И что теперь делать?
— На самом деле эта проблема с обменом сознания вполне решаема, — обнадежил меня Артем Борисович. — Всем нам придется изрядно подсуетиться,
— С фига ли мне-то? — возмутился я. — Не, Артем Борисович, вы не подумайте, что я заднюю врубаю. Просто, сами видите, я только-только от ранений очухался. Чувствую еще себя паршивей не придумаешь. В теле слабость, как у дистрофика. А у вас под рукой с десяток ясновидящих, мало того в гораздо лучшей форме, чем я, так еще и на порядком меня опытней. Они потерянные души переловят куда как быстрее, чем…
— А вот тут ты ошибаешься, практикант, — перебил меня Артем Борисович, заиграв желваками. — Сам подумай: зачем нужно было три дня сидеть сложа руки у твоей постели, в ожидании выхода из комы тяжело раненого практиканта, если б ликвидировать устроителей темного ритуала хаоса хоть как-то возможно было без твоего участия?
— Да че я могу-то?.. — растерянно развел я руками.
— Попросить посодействовать в поиске скрытных ублюдков свое ручное исчадье, конечно, — зло сощурился Артем Борисович. — Потому что ее нынешняя телесная оболочка, будучи в недавнем прошлом так же потерянной душой, сохранила остаточные воспоминания о единении с прочими прислужниками Хозяина. Проще говоря, твоя Марина — это единственное во всем городе существо, способное учуять и встать на след надежно прикрытых хаосом устроителей темного ритуала. И тому есть неопровержимое доказательство. Ведь она на твоих глазах вскрыла глотку первой потерянной душе, чтобы, окропив потом его проклятой кровью зеркала в парикмахерской, устроить массовый призыв теневых тварей через дюжину зеркальных порталов, едва не обернувшийся полновесным прорывом.
— Так-то, когда я примчался туда, мертвый мужик в камуфляже уже лежал на полу в луже крови, — уточнил я.
— Не суть, — отмахнулся Артем Борисович. — Главное: она смогла выследить неуловимую для всех городских служб безопасности проклятую душу. Значит, если попросишь, сможет вывести тебя на след оставшихся четырех… Вернее трех, потому что нахождение четвертого ублюдка недавно вскрылось само собой. Но достать теперь его, боюсь, не получится даже с помощью твоего ручного исчадья.
— Почему?
— Потому что в как раз этом и заключается моя вторая для тебя новость. Которая куда как паршивей первой.
Интерлюдия 11
Интерлюдия 11
Добравшись на такси до следующей цели, она расплатилась с водителем и, никем не примеченной, вошла в практически пустой холл кинотеатра… Это было последнее ее мероприятие на сегодня. Покончив с которым, ей дозволено будет вернуться на базу, и получить там от доброго Хозяина залуженную порцию эйфории.
Поднявшись по лестнице на второй этаж, девушка в элегантном брючном костюме и в туфлях на высокой шпильке спокойно прошла мимо широкоплечего усатого камуфляжника. Здоровяк, в упор не замечая прибывшую в числе первых студентов гостью, отчего-то рефлекторно сдвинулся, при ее приближении, в сторону, освобождая дверной проем.
— Добрый день, Роман, — ее спокойный голос (вдруг прозвучавший с места, где мгновенье назад точно еще никого не было) заставил вздрогнуть тридцатилетнего мужчину.