Прасковья [СИ]
Шрифт:
— Откуда ты узнала?
— Мам, ну ты так удивляешься, как будто у тебя мать и дочь не ведьмы, а просто погулять вышли. Вижу я. Первый раз со мной такое. Бабуля говорила, что смогу не раньше чем через пол года, а я вот еще в прошлый твой приезд сподобилась. Вот и обереги решила сделать на всяк случай.
— И в кого ты у меня такая?
— В себя! — сказала я, гордо задрав нос. — Я у тебя особо продвинутый акселерат!
— Ладно, балбеска, — маман отвесила мне легкий родительский подзатыльник, — поеду я. Отца твоего радовать буду. Да, совсем забыла, можно я у тебя в комнате спрячу подарок
— Конечно, а что ты там купила?
— Сюрприз, вместе с бабулей посмотришь.
— Ладно. Ты езжай поосторожнее и кулоны не снимайте ни ты, ни папа.
Глава 4
А тем временем наши старушки сидели как две мышки возле своих ноутов и тихо млели.
— Параска! Ты это видела? — воскликнула бабуля, — какой красавец у меня. И, главное, мне теперь никто не мешает. Она счастливо закатила глазки и причмокивала от удовольствия.
— А я могу спокойно с народом чатиться — радовалась другая.
Мне это понемногу стало надоедать, я попыталась воззвать к их совести.
— Эй, меня кто-то учить будет или как? — не помогло, совесть закопалась в песочнице и благополучно уснула, причем у обеих.
— Меня кто-нибудь слышит? — помахала я хвостом перед лицом у одной, не помогло, прошлась по клаве у другой, помогло, но не так как я думала. Крик поднялся такой, что вопли '..пожар…' показался мне тихим шепотом и детским лепетом.
— Ты что поганка мелкая творишь? — вопила Никитична, — Страничка закрылась, как я своего Борюсика теперь найду? Ты мне всю личную жизнь порушила, хулюганка малолетняя!!
— Никитична, остынь! — гаркнула на нее бабуля. — Не первый твой бойфренд и не последний, найдешь другого, а внучка у меня одна. И если ты взялась ее учить, то уж будь добра, доводи начатое до конца. Да и я малость расслабилась, через пару дней у нас Новый год, а изба не метена, пироги не напечены.
Никитична усадила меня читать Пушкина 'Барышню-крестьянку'. Чтобы не травмировать нежную психику соседей, расположила меня на печи, а сама под предлогом: 'а не пойти ли мне покормить Барсика', слиняла.
После памятного случая с Капиталом, Никитична у нас буквально прописалась. Утром могла у нас появиться до восхода, мотивируя тем, что деточка еще в людском облике и можно попробовать учить меня петь. А вечером могла уйти после заката. Периодически только забегала домой на скорую руку что-то приготовить и покормить собаку. Бабуле это активно не нравилось, так как по селу уже начали гулять различные слухи, но поделать она ничего не могла. Были разные версии поведения Никитичны: 1. она на старости лет тоже ведьмой заделалась и они с бабулей разные ритуалы ночами практикуют, вот поэтому черную кошку и завели, чтоб ритуалы у двух ведьм сильнее были. 2. Бабуля ее лечит от какой-то редкой и противной болячки (ага, маразмом называется). 3. Бабуля ее чем-то опоила и теперь использует по хозяйству, как бесплатную рабочую силу, а несчастная старушка не имеет возможности даже за псом нормально ухаживать. Были и другие версии происходящего, но вот только никому в голову и не могло прийти, что было на самом деле.
Отсутствовала Никитична до вечера. Наверно совесть проснулась.
В течение нескольких последних дней мы наряжали елку, убирали, готовили. Никитична в этом не принимала почти никакого участия. Она сидела в уголочке с ноутом и тихо бурча, переписывалась с очередным поклонником.
31 декабря вечером мы накрыли стол. В 12 ночи под бой курантов каждая из нас загадала свое сокровенное желание. Мне очень хотелось, чтобы в новом году с моими родными было все хорошо.
— Настасья, а что ты загадала? — спросила Никитична.
— Не скажу, а то не сбудется.
— Да? А я рискну, очень хочу, что бы ты мне молодильный бальзам сделала, — старушка умильно посмотрела на бабулю. — Пожалуйста.
— Да с чего ты решила, что я умею то?
— Ну как, ты же на себя посмотри, кожа гладкая, волос еще темный, глаз ясный, явно же секрет какой знаешь.
— Да ну тебя, старая, не дури. Никакого секрета нет. С молодости умываюсь холодной водой, волосы полощу ромашковым отваром, ну а глаза — наследственность у меня хорошая. Слышала про генетику? Вроде ж в школе работала.
— Ну вот, самое мое сокровенное желание порушила. Нет в тебе, Настасья, тонкой душевной организации. Один голый материализьм присутствует.
— Бабуля, Никитична, Новый год, а вы ругаетесь, вот лучше на мои подарки посмотрите.
— О, внученька, покаж, что там у тебя, чем решила меня порадовать? — спросила бабуля.
— Ба, ну что я могу тут придумать интересного почти не выходя из хаты. Вот для тебя и Никитичны обереги заговорила. Тебе пихту, а Никитичне ясеня. Я когда их заговаривала, думала о том, чтобы исполнилось самое сокровенное желание носителя, я хитро посмотрела на Никитичну.
Челюсть у старушки немного отвисла и чувствовалось, что вот сейчас у нее происходит интенсивный мыслительный процесс и до чего она додумается, одному богу известно.
— Надевайте, надевайте, чего замерли? — сказала я.
— Ой, внученька, есть и у меня для тебя подарок! — засуетилась бабуля. — Думала позже тебе его отдать, да видать время то пришло.
Она подошла к серванту и вынула из него небольшую расписную шкатулку.
— Вот держи, это тоже твое наследство. Перстень Устиньи. Она с ним до смерти не расставалась и, когда умирала, взяла с меня слово передать тебе его в назначенный час. Вот видно время то и пришло.
Я вынула из шкатулки перстень, нет, не так — Перстень! Он был настолько великолепен, что у меня не было слов! Представьте небольшую гемму из черного агата с изображением головы рычащего белого тигра. И все это в серебре. Работа была настолько тонкой и искусной, что тигр казался живым. Я сидела и, глупо улыбаясь, гладила изображение тигра на перстне, все, никак не решаясь надеть.
— Надевай внученька, ну что же ты, — бабуля смотрела на меня с улыбкой. — Черный агат — это твой камень. У древних персов он символизировал власть над злом, он отпугиваел темные силы. Это очень сильный оберег, самый сильнодействующий из всех агатов. Он силу колдовскую увеличивает и хранит свою хозяйку, так что надевай не раздумывая.