Правда людей
Шрифт:
— Какая хорошая у него фамилия, — невольно я улыбнулся и уточнил: — Полкан продажный?
— Как ни странно, — Иван Иваныч помотал головой, — но нет. Ворует, конечно, не без этого, но на продаже оружия не попадался.
— И в чем его слабость?
— Мальчиков любит.
— Педофил?
— Скорее, просто пидарас.
— И как ты на него вышел?
— Раньше он в нашей бригаде начальником склада был, а потом его в Москву перетянули, по слухам, кто-то из высокопоставленных покровителей постарался. А недавно я смотрел военную передачу и его морда мелькнула. Ну, а дальше все просто. Послал
— А сегодня ты что делал?
— Информацию уточнял.
В разговор встрял Трубников, которые недовольно пробурчал:
— Каждый должен заниматься своим делом. Разведка это мой хлеб. Сказали бы, и я этого полковника за пару часов пробил…
— Не кипятись, Антон Ильич, — Лопарев слегка толкнул его в плечо. — Разведка она разная бывает. Если считаешь нужным, пробей Денежкина по своим каналам.
Трубников хотел что-то сказать, но я остановил его:
— Хватит споров.
Антон Ильич сдержался, и я спросил Лопарева:
— Значит, ты считаешь, что это наш клиент, которого мы сможем использовать?
— Да.
— И на чем его можно подловить? На гомосексуализме? Так это теперь не преступление, треть московских депутатов и телезвезд жопошники, и гордятся этим.
— Фотографии дальше посмотри.
На следующих фото Денежкин был не один, а в компании с молодым человеком, очень худым и бледным. Посмотрел еще фото. Двое обнимаются. Двое держатся за руки. Двое в магазине покупают дорогое красное вино и сыр. Двое в аптеке, приобретают какие-то мази.
— Кто этот второй? — я передал фотографии Трубникову.
Иван Иваныч улыбнулся:
— Последняя любовь полковника, известный в Балашихе проститут и гомик Альбертик. Живет неподалеку, на квартире своего спонсора Денежкина.
— И что ты предлагаешь?
— Берем полковника и Альбертика, а затем заставляем Денежкина выполнить наши приказы. Младшего пидара держим в заложниках, а полковник пропускает на территорию части несколько автомашин, и по левым документам мы берем все, что нам нужно. После чего обоих убираем.
— Одобряю, — сказал Трубников. — План простой и шансы на успех хорошие.
— Согласен, — поддержал я офицеров и поинтересовался: — Что мы можем взять на складах?
— В основном стрелковое вооружение: автоматы АКМ и АКС, пулеметы ПКМ и РПК, пистолеты "макарова", боеприпасы, ручные гранаты, тротил и детонаторы. Возможно, будут ручные гранатометы и огнеметы, но это вряд ли. Солдатики со складов, которых мои парни в увольнении подпаивали, про них ничего не говорили.
— Ладно, что есть, то и хорошо. Когда мы сможем провести операцию?
— Хоть завтра. Но нужны машины, и надо наших парней дождаться, а то двух боевых пятерок не хватит. И самый лучший срок для проведения акции, вечер субботы. До понедельника полковника никто не хватится.
— Правильно. Будем ждать и готовиться. А потом займемся подпольным казино. — Я заметил, что соратники стали зевать, и махнул рукой. — Все, господа-товарищи, отдыхаем…
Ночь прошла спокойно, а утром, после того как мы позавтракали, я позвонил Гоману.
— Егор, — Паша ответил сразу, — хорошо, что вышел на связь. Я только хотел твой номер набрать …
— Ближе к делу, — оборвал я его. —
— У Гоги Чкаловского рядом с Одоевым родственник живет. Больше ему деваться некуда, наверняка, он там. Поэтому выезжаем.
— Как воровской контакт?
— Сработал.
— А полиция что?
— Ничего. У них стабильность, чего не вижу, того нет.
— А как же ролик в интернете?
— А что ролик? Может, розыгрыш, злая шутка или дезинформация. Отмазка работает. Шмаковых дома нет, но заявление об их пропаже никто не подавал, а соседи молчат и полицейским похуй. Не хотят они дело заводить. Так в городе говорят.
— Ясно. Продолжайте операцию и будьте осторожны.
— Само собой, Егор. Отбой связи.
— Отбой.
Лопарев и Трубников, которые слышали весь разговор, ничего не сказали, и засобирались в столицу, на встречу с отставниками. А на меня навалилась тоска. Вроде выспался и усталости нет, но на душе было как-то неспокойно и, включив телевизор, я стал чистить трофейную "беретту". Руки делали привычную работу, а глаза невидяще смотрели в экран, на котором красивые и успешные люди делились с народом рецептами приготовления экзотических блюд.
"Суки! — подумал я. — Какой херней они занимаются? Собрать бы их всех в одну кучу: самозванных телезвезд, депутатов-воров, губернаторов, олигархов и шоуменов. А что потом? Расстрелять? Нет уж, слишком это легко. На север всех, в камеломни, блядь! Дать всем проституткам кайло и пусть рубят гранит, пока не сдохнут, и показывать это в прямом эфире на всю страну. Вот это было бы справедливое наказание. Хм! Наказание за что? Так известно за что. За разграбление страны. За смерть людей, которые остались во враждебных республиках и верили, что Москва их спасет. За выброшенных на обочину жизни сограждан. За уничтожение культуры моего народа. За пенсионеров, которые не могут свести концы с концами. За ложь. За фальшь. За обман. За воровство. За опозоренную страну. И даже за то, что еще не произошло, но обязательно произойдет, если оставить все как есть".
— Щелк! — я нажал на спусковой крючок собранного пистолета, ствол которого был направлен в голову жирного депутата, делившегося воспоминаниями о том, какое клевое блюдо он недавно пробовал в Венеции.
Депутат не упал, и его мозги не расплескались по стенке. Убивать через экран человечество пока не научилось и, спрятав оружие, я выключил зомбоящик и полез в интернет.
В мире все было как обычно. США влезли на Ближний Восток и начинали новую военную операцию, на этот раз против Сирии. В Европе потихоньку охуевали от своей толерантности и готовились к переходу в ислам. В Великобритании накрыли новую секту насильников, которые держали в подвале полтора десятка малолеток, но кто они такие, не уточнялось, видимо, очередные негро-англичане. В Бразилии карнавал. В Мексике поймали и сожгли на костре какого-то янки. В Австралии отловили нелегальных эмигрантов, отбуцкали их ногами и отправили на родину. В Индонезии опять цунами. В Японии скандал — наследники самураев отказались строить в Токио синагогу. В Южной Африке голод, болезни и разруха, а виноваты во всем проклятые белые оккупанты, которые массово сваливают в Европу. В Сомали теракт. В Египте новый президент, а в Турции волнения.