Правда
Шрифт:
Дарагие [мама с папой]!
Дабрался я в опчем харашо и живу, по адресу [Анк-Морпк Тени Заводильная улица 109]. Все в парядке. Нашел себе харошую работенку у [г-на С.Р.Б.Н. Достабля, частного предпринимателя] и очинь скоро буду зашибать кучу денег. Я помню все ваши добрые саветы и не пью в барах и не путаюсь с троллями. Вот наверно и все надо мне бежать, очень хачу снова повидать вас и [Эмелию], ваш любящий сынок
…который, диктуя письмо, обычно шатался. Двадцать с легкостью заработанных пенсов – а в качестве дополнительной услуги Уильям подгонял орфографию под конкретного клиента и давал ему самостоятельно расставить запятые.
Тем вечером, под бульканье дождя со снегом в водосточных трубах, Уильям сидел в своем крошечном рабочем каинете над Гильдией Заклинателей и аккуратно выводил буквы, вполуха слушая, как этажом ниже начинающие заклинатели безнадежно, но усердно повторяют на вечернем занятии слова учителя.
– …внимательно. Готовы? Хорошо. Яйцо. Стакан…
– Яйцо. Стакан, – скучно прогудел класс.
– …Стакан. Яйцо…
– Стакан. Яйцо…
– …Волшебное слово…
– Волшебное слово…
– Фазаммм. Вот так вот. Ахахахахаха…
– Фаз-аммм. Вот так вот. Аха-ха-ха-ха-ха…
Уильям придвинул к себе очередной лист бумаги, заточил свежее перо, ненадолго уткнулся взглядом в стену и написал следующее:
И наконец, если забыть о Серьезном, поговаривают, что Гномы научились обращать Свинец Золотом – хотя никто не знает, откуда произошел этот слух, – так что законопослушных Гномов, выходящих в Город по своим делам, встречают такими криками, как, цитирую: «Эй, коротышка, натвори Золотишка!» – хотя поступают так исключительно Приезжие, поскольку все местные жители знают, что ожидает того, кто назовет Гнома «коротышкой», а именно Смерть.
Ему нравилось заканчивать письма на мажорной ноте.
Уильям взял самшитовую доску, зажег новую свечу и уложил письмо на дерево текстом вниз. Потер бумагу ложкой – и чернила перешли на древесину, а тридцать долларов и такое количество фиг, которое способно обеспечить человеку серьезные проблемы с желудком, были уже, можно сказать, у него в кармане.
Сегодня он занесет письмо господину Резнику, завтра после расслабленного обеда заберет копии и, если все пойдет как надо, к середине недели уже их разошлет.
Уильям надел пальто, аккуратно обернул доску вощеной бумагой и вышел в холодный вечер.
Мир составляют четыре элемента: Земля, Воздух, Огонь и Вода. Это
Вот вам пример: гномы обнаружили, как делать золото из свинца сложным путем. Он отличается от простого тем, что работает.
Гномы толкали свою перегруженную, скрипящую повозку по улице, вглядываясь в туман. Повозка порастала льдом, гномьи бороды – сосульками.
Всего-то и нужно было, что одна замерзшая лужа.
Старая добрая Госпожа Удача. На нее всегда можно положиться.
Туман сгущался, превращая каждый огонек в тусклое сияние и приглушая звуки. Для сержанта Колона и капрала Шноббса было очевидно, что никакая орда варваров не станет включать завоевание Анк-Морпорка в свои туристические планы на этот вечер. Стражники их понимали.
Они закрыли ворота. Эта процедура была не такой значимой, какой могла показаться, поскольку ключи потерялись уже давно, и припозднившиеся гости города обычно швырялись камушками в окна построенных на стене домов, пока не находили того, кто готов был открыть для них засов. Предполагалось, что иноземные захватчики не в курсе того, в какое окно лучше бросить камушек.
Потом парочка стражников потащилась по грязи и слякоти к Шлюзовым воротам, через которые имела честь проникать в город река Анк. Воды в темноте было не видно, однако время от времени мимо парапета проплывали призрачные силуэты льдин.
– Погоди-ка, – сказал Шнобби, когда они с Колоном ухватились за лебедку подъемной решетки. – Там, внизу, кто-то есть.
– В реке? – переспросил Колон.
Он прислушался. Далеко внизу поскрипывали весла.
Сержант Колон сложил ладони рупором и издал традиционный оклик стражника:
– Эй! Вы!
На мгновение стихло все, кроме шума ветра и плеска воды. Потом кто-то сказал:
– Да?
– Вы это в город вторгаетесь или что?
Последовала еще одна пауза.
– Что?
– Что «что»? – переспросил Колон, поднимая ставку.
– Что за другие варианты?
– Ты мне голову не дури… Вот вы, которые в лодке, сейчас в город вторгаетесь?
– Нет.
– Ну и хорошо, – сказал Колон, который в подобный вечер рад был поверить человеку на слово. – Тогда поспешайте, а то мы решетку опускаем.
Вскоре плеск весел возобновился и удалился вниз по течению реки.
– Может, надо было не только спросить? – засомневался Шнобби.