Правила
Шрифт:
— Увидим. — Она отвернулась от меня в водовороте красной ткани и дорогих духов.
— Рейчел. Что ты делаешь? — позвал я, встревоженно.
Но она проигнорировала меня, прокладывая прямой путь к дверям в коридор.
Черт. В попытке предостеречь ее, я только направил ее к Ариане на полной скорости.
— Рейчел лучше поторопись, прежде чем они закончат с камерами, — пробормотал Мэтти.
— О чем ты говоришь?
Мэтти склонил голову к дальней стене, и я увидел парня в черном комбинезоне с ярко-красным логотипом «GTX» на лестнице, возившемся
— Разве ты не слышал объявление этим утром? — спросил он, снова нагружая свою вилку.
Я смутно вспомнил услышанное по громкоговорителю, когда я был в коридоре, выслеживая Ариану.
— «GTX» пожертвовали школе новую систему охраны. Они устанавливают ее сегодня. — Он сглотнул и глотнул из своей бутылки со спортивным напитком. — Камеры везде, парень. Будет чертовски сложно скрыться от них.
Хах. Разве это не будет приятной частью идеальной справедливости, если Рейчел будет поймана, той же системой, которую подарил школе ее собственный дед.
Я откинулся на своем кресле, улыбаясь этой идеи.
— Ни то чтобы это что-то значило для Рейчел, — продолжил Мэтти со вздохом. — Этой девочке с рук сойдет даже убийство. — Он говорил завистливо, но не со злостью.
И он был прав. Моя улыбка исчезла. Камеры могут поймать Рейчел, делающую что угодно, и в главном офисе найдут способ, оправдать это или просто не заметят этого. Особенно, если они хотят сохранить благосклонность ее дедушки и любое другое дорогостоящее оборудование, которое он решит отправить в школу.
Проклятие. Я по-настоящему надеялся, что Ариана Такер знала, что делает.
Глава 9 (Ариана Такер)
— Твой отец заставил тебя остаться дома этим утром? — скептически спросила Дженна.
Мне удалось отложить неизбежное, на четверть часа, просто щедро извиняясь через смс и говоря, что объясню свое отсутствие позже, лично. Но сейчас, подходя к столовой, мое время и отговорки закончились.
— Он не заставил меня насовсем остаться дома, — сказала я. — Очевидно. Я здесь. Ему нужно было, чтобы я задержалась дома немного дольше.
Я ненавижу во всем винить своего отца. Но лучшая ложь, та, что близка к правде. И раз я не могла сказать ей "Я не могла встретиться с тобой этим утром потому что, это могло привлечь больше внимания ко мне и, следовательно, в конце концов, разрушить мой тщательно рассчитанный облик как нормального и полностью человеческого ученика", это было лучше, чем что-либо другое.
Дженна повесила свою раздутую, набитую до отказа сумку на плечо. По количеству книг, которые она несла, можно было точно предположить, что она не подходила к своему шкафчику между занятиями.
— Послушай, я не хочу совать свой нос, куда не следует, но у тебя все в порядке дома? Похоже, твой отец хочет как можно больше времени проводить с тобой, — она сморщила нос.
Я вздохнула. Ерунда. Я опять слишком сильно отклонилась от социальных норм. Она волновалась, что мой отец имел нездоровый интерес к моей жизни.
Эта грань,
Даже если это не вызывало подозрений. «Эй, ты избежала научного проекта, — и даже больше — Точно, как «особенная» папина девочка? — не имело значения. Привлечь взрослых — особенно тех, из какой-нибудь правительственной социальной службы — будет плохо для моего прикрытия, как «нормального» человека».
— Моя мама умерла, и через два года он останется один, — сказала я.
Я понимала, что поднятие темы "умершего родителя" сводил любой разговор на нет. И раз один из моих "родителей" скорее всего, был мертв, это было почти правдой.
По крайней мере, я надеялась, что он или она были мертвы. Это прозвучит ужасно, пока вы не рассмотрите альтернативу. Источником «чужого» материала, используемого в моем создании — космическое существо, занимавшееся его / ее / своими делами, пока его не сбили, на Землю, за пределами Розуэлла, в 1947 году, согласно различным теоретикам а в интернете — было где-то определенно, заперто в каком-то секретном здание, без сомнения. Я видела достаточно вскрытий пришельцев по телевидению, чтобы знать это.
Но мысль о нем или о ней, живых и находящихся в какой-то ярко-белой комнате, в одиночестве, за исключением, когда кто-то входит с огромными иглами, чтобы взять образцы для дальнейшего клонирования / гибридизации, вызывает тошноту. Образ, кого-то мертвого и плавающего в огромной сосуде с формальдегидом, были одинаково ужасны. Но, по крайней мере, он или она больше не будут находиться в пределах досягаемости людей. Меньшее из двух зол и всего этого.
Я раньше задумывалась, существовала ли там семья, в далекой галактике, гадающая, что же случилось, когда они потеряли контакт с одними из посланных сюда. Та же семья будет моей, пусть и косвенно. Но, раз я никогда не узнаю, то и не могу позволить себе зацикливаться на этом.
Моя мать, суррогат человека, возможно, тоже умерла, насколько я знала. «GTX» не относились к безопасности проекта легкомысленно. Это было в информации, полученной через «GTX» источники моего отца, так что я даже знала, что у меня была мать, вместо стволовых клеток, пожертвованных человеком и услужливой «чашкой Петри 6» или чего-то еще.
Раньше я иногда думала о ней, о суррогате. Говорили ли они ей, чем была я? Боялась ли она? Может, она уже ненавидела меня до моего рождения.
Я видела достаточно телепередач и фильмов, чтобы знать, что идея об инопланетных/человеческих гибридах, часто показывалась ужасающе страшной или обрывающей жизни («Победа», «Чужой», «Чужие» и т. д., и все что связанно со звездными франшизами.)
Или, может, она любила то существо, которое имело часть ее ДНКа, и не хотела оставлять меня в «GTX».
У меня не было возможности узнать, было ли это реальной возможностью или просто моей человеческой стороной, стремящейся к воссоединению. Так что я старалась больше не думать о ней, кем бы она ни была.