Правило профессионалов
Шрифт:
— Может быть, — теперь он окончательно разозлился, — мне ничего не известно о его семье. Вам не кажется, что эта тема достаточно печальна, чтобы уделять ей такое внимание.
Он протянул руку к чашечке кофе.
— Да, если не учитывать, что он был вашим связным, — просто сказала она.
Рука замерла. Нет, она не дрожала, но на мгновение замерла. И это было непрофессионально. Теперь нужно брать себя в руки. Он слишком расслабился. Да, определенно это шоу пошло ему не на пользу.
Говорить что-либо в такой
Она внимательно следила за ним. Поняв, что не ждется от него реплики, она вздохнула, резким движением руки потушила сигарету и достала вторую.
— Вы много курите, — наконец сказал он.
— Мне тоже так кажется, — кивнула Наиля, — вы не ответили на мой вопрос.
— Что я должен отвечать?
— Ну, во всяком случае не молчать.
— Что вы от меня хотите.
— А как вы думаете?
— Это не ответ. Вы сказали, что он был моим связным. Подразумевается, что я в таком случае по меньшей мере резидент. Можно узнать какой разведки?
— Вы не резидент «Дронго», — она произнесла это с чудовищным спокойствием, — вы скорее блуждающий агент.
— Кто вас послал? Вы не отвечаете ни на один мой вопрос.
— Как и вы на мои. Вы популярны не только как журналист. О ваших подвигах хорошо знают в некоторых странах Европы и Америки. Нет, это не любезность с моей стороны. Это просто констатация фактов.
Он начал догадываться.
— Этот дипломат ваша работа? — спросил вдруг «Дронго».
— Конечно нет. Я сама сожалею о нем. Теперь мы почти в равных условиях, «Дронго».
— Я об этом догадался. «Иодид». Так, кажется, зовут вас в английской разведке. Почему, кстати, такой химический символ? Он что-то обозначает.
Женщина чуть смутилась, но, откинувшись на спинку кресла, громко захохотала.
— Вы меня давно подозревали.
— Даже не думал о вас, — честно признался «Дронго», — просто знал, что в составе делегации должен быть «Иодид». Но я думал, что будет мужчина.
— А мне сразу сказали, что «Дронго» — это вы. У вас были контакты с английской контрразведкой два года назад.
— Помню. Тогда они смогли меня вычислить. Теперь все ясно. Вы знали обо всем с самого начала. Так кто убил этого несчастного?
— Не знаю, — она затушила вторую сигарету, — я спустилась вниз, только услышав крики. Его, конечно, выбросили. Но кто и зачем? Несчастный, правда, был неумелым конспиратором. По-моему, его могли просто обнаружить, даже случайно.
— Я в такие чудеса не верю, — он вновь начал обретать спокойствие. Теперь все вставало на свои места.
— На него вышли через вас?
— Скорее всего. Или лучше скажем, что наша встреча стала катализатором его смерти. Кто-то очень не хотел моей встречи с «Волком». Правда, это вполне могли быть и вы. Вас
— Все правильно. А где ваши «прилипалы»?
— На улице. Неужели вы не заметили их, когда мы сюда ехали. Они следовали за нами буквально по пятам.
— А я думала, это ваши люди.
— У вас нет такого эскорта?
— Пока нет, но после сегодняшнего вечера, боюсь будет.
— Зачем вы вышли на меня?
— А как вы думаете? — она смотрела ему прямо в глаза.
— У вас нет связи, — понял «Дронго», — вы остались одна, как и я.
Об Афифе Заки ей, конечно, лучше не знать. Правда, и она может иметь свои скрытые источники информации.
— Мы могли бы договориться, — она сказала это уже деловым тоном, словно речь шла о сделке двух бизнесменов.
— Сколько вам заплатят за то, чтобы вы вышли на «Волка»? — спросил «Дронго».
— Тридцать тысяч фунтов стерлингов, — она не колебалась ни секунды.
— Много. Я получу почти в два раза меньше за его убийство. Может, мне действительно стоит помогать вам.
— Не нужно смеяться, — она выждала, пока официант расставит на столике еще две чашечки кофе, и продолжала, — у меня есть скэллер. Нас не смогут подслушать, если я его включу.
— Первое приятное сообщение за все время моего пребывания в Ираке. Так о чем мы можем договориться?
— Мы ищем «Волка» вместе. Если вы найдете его первым, вы даете мне шанс уговорить его покинуть Ирак. Для вашего руководства он все равно потерян. А моему может понадобиться.
— Вам не стыдно, Наиля? Мы граждане одной страны, а служим разным разведкам. Я хоть не менял свою. А вы работаете на проклятых империалистов.
— Мы говорим о серьезных вещах, — ее красивые глаза потемнели, — я работаю на англичан уже много лет.
— Вы были иностранным шпионом. И как это КГБ вас проглядел? В прежние времена вас могли расстрелять. Сейчас даже будут хвалить как борца с проклятым коммунистическим режимом, — он говорил это почти шутливым тоном, но с очень серьезным выражением лица, — впрочем, — продолжал «Дронго», — в каждой шутке только доля шутки. В нашей независимой стране все поменялось местами. Теперь вы почти герой, а я просто предатель, желающий реставрации империи. Это еще мягко сказано.
— Вы отказываетесь?
— Только раздумываю. Вы не боитесь, что «Волк» вам не поверит?
— Не боюсь. У меня есть способы его убедить.
— Не сомневаюсь. Значит, если я найду его первым, то должен, передать его вам. И только в случае вашей неудачи его ликвидировать.
— А если я в свою очередь найду его первой, то обязуюсь в случае своей неудачи передать его вам.
— Он не посылка. Его трудно «передать», — невольно заметил «Дронго», — значит, в любом случае первой должны встречаться с ним вы.