Преданный
Шрифт:
Чувствую, как девушка смотрит на меня, словно ища подсказку, но я продолжаю смотреть вперед, чтобы не втянуть ее еще глубже в семейную драму Нортов. Хейс уже думает, что мы спим вместе. Если я сейчас защищу ее, помогу ей хоть как-то, он воспримет это как подтверждение.
Она прочищает горло.
— Я поделилась с ним своим видением другого вида единения с природой. Лучшей идеей. — Гордость в голосе Лиллиан, ее абсолютная искренность вызывают у меня желание броситься к ней, чтобы защитить от летящей шрапнели.
— Лучшей идеей? — говорит Алекс.
— Не могу
Девушка нерешительно оглядывает стол, выглядя так, будто только что начала задумываться, не сказала ли она что-то не то.
— В тот вечер, когда мы с Хадсоном пошли на фестиваль зимнего солнцестояния…
— Фестиваль, да? — Август качает головой. — Как здорово выкроить время из своей командировки, чтобы посетить фестиваль. — Его взгляд устремляется на меня. — Черт возьми, Хадсон, у тебя было одно задание! Одно гребаное задание! — Он хлопает ладонями по столешнице, заставив Лиллиан подпрыгнуть.
— Я не могу силой заставить парня подписать контракт. — Я знаю, что мои слова останутся без внимания, но все равно продолжаю. — Он обеспокоен такого рода инвестициями, не имея никаких веских доказательств того, что «Цеэ» будет успешным в долгосрочной перспективе.
— Чушь собачья, — ворчит Хейс.
— Дайте ему немного времени. Курорт только что открылся. Дайте ему возможность увидеть цифры, а не давите на него ради второй сделки.
— Так и знал, что надо было послать Хейса. — Август машет рукой в сторону моего близнеца. — Он скорее кастрирует себя, чем вернется без подписанного контракта.
— Он прав. — Хейс пожимает плечами и смотрит на меня с презрением. — Где были твои яйца, когда ты должен был работать с Чатто, чтобы заключить эту сделку, а?
Кингстон чешет горло.
— Вся эта токсичная мужественность вызывает у меня зуд.
Хейс переводит взгляд на Лиллиан.
— Держу пари, я знаю, где были его яйца…
— Достаточно. — Я встаю и отодвигаю стул Лиллиан. Напряжение в комнате становится удушающим, когда все взгляды фокусируются на мне, помогающем девушке встать со стула. — Пойдем, тебе не нужно терпеть это дерьмо.
Август вскакивает с места, его ноздри раздуваются.
— Собрание еще не закончилось!
Я смотрю ему в глаза.
— Закончилось. — Кладу руку на поясницу Лиллиан, чтобы вывести ее из комнаты. Замечаю, что все трое моих братьев заметили этот контакт, но в данный момент мне наплевать. Пусть строят свои предположения.
— Джиллингем! — орет Хейс.
Как будто произнесение ее фамилии переключает какой-то внутренний переключатель послушания, девушка резко останавливается и поворачивается к нему лицом.
— Ты уволена. Немедленно. — Хейс смотрит на Августа в поисках подтверждения.
— Хорошее решение, сынок. — Август смотрит на меня, словно призывая бросить ему вызов и возразить.
Я не могу. Думаю, Лиллиан заслуживает гораздо большего, чем получает в «Норт Индастриз».
Мы ее не заслуживаем.
Никто из нас не заслуживает.
Я уволена. Хейс наконец-то получил то, что хотел. Повод выгнать меня.
Вместо того чтобы плакать или устраивать скандал, я сосредотачиваюсь на руке Хадсона на моей спине. Его большая теплая ладонь лежит на моем позвоночнике, а его пальцы почти касаются моего бедра. Мое сердце бешено колотится, пока он ведет меня к двери. Все взгляды в комнате направлены на меня, и от них у меня мурашки по коже.
Предполагаю, что Хадсон проводит меня к лифту, чтобы я могла собрать свои вещи и уехать. Вместо этого он направляет меня в свой кабинет.
— Это было ужасно, — шепчу я, мой голос дрожит.
— Да. Ужасно. — В его голосе слышен гнев, и я думаю, не злится ли Хадсон на меня. Но его рука все еще лежит на моей пояснице. Стал бы он прикасаться ко мне, если бы был зол?
— Мистер Норт, уже вернулись? — Симпатичная брюнетка с большими карими глазами вскакивает со своего рабочего кресла. — У меня для вас есть несколько сообщений…
— Спасибо, Бекки, — говорит Хадсон, когда мы проходим мимо нее в его кабинет. Он наконец-то убирает руку с моей спины. — Придержи их. Я скоро присоединюсь к тебе.
— Да, сэр…
Он прерывает ее, хлопнув дверью.
Хадсон поворачивается ко мне и в два шага преодолевает расстояние между нами. Поднимает руки к моему лицу, но останавливается, едва не коснувшись его. Мой разум спотыкается и заикается, думая, что мужчина собирается поцеловать меня. Но тот этого не делает. Он опускает руки и делает шаг назад.
— Мне чертовски жаль, что так получилось. — Его взгляд путешествует от моего подбородка вверх, изучая каждый миллиметр моего лица. — Ты в порядке?
Я сглатываю свое неуместное разочарование. Знал ли он, что меня вызвали на это собрание, чтобы уволить? Без работы у меня ничего нет. Мы с Аароном зависим от моей зарплаты. Мои родители зависят от моей зарплаты. Что, блядь, мне теперь делать?
— Меня только что уволили. Нет, я не в порядке. — Я перехожу к окну в дальнем конце комнаты, чтобы оставить между нами как можно больше расстояния. Солнце мерцает на фоне Нью-Йоркского залива, отчего кажется, что он усыпан бриллиантами, как и его самые богатые жители. Мне здесь не место.
— Если тебе нужны деньги, я дам тебе столько, сколько…
— Боже, пожалуйста, прекрати. — Как будто он может заплатить за решение моих проблем? Избавить себя от чувства вины. — Мне не нужны твои деньги.
— Позволь мне помочь. Я хочу помочь. — Воздух смещается, как будто мужчина придвигается ближе. — У них нет законных оснований для увольнения…
— Я сорвала огромную деловую сделку, Хадсон. — Закрываю глаза. Почему я ни разу не задумалась о том, как сильно облажалась в Седоне? Мне показалось, что у меня была хорошая идея, и я поделилась ею. Действия имеют последствия, Лиллиан. Теперь я слышу своего школьного психолога. Особенно импульсивные . А теперь у меня нет работы. Сколько еще раз мне придется выучить этот урок, прежде чем он закрепится?