Предатель рода
Шрифт:
– О, боги, боги, – прошептала она.
– Мне жаль, – сказала Каори, всё еще глядя в темноту. – До нас доходят только слухи. И у нас остался только один агент, который может свободно перемещаться по территории дворца. Но мы знаем, что Хиро – один из трех претендентов на титул Даймё. По слухам, он пользуется полной поддержкой Гильдии Лотоса. Как только он станет лордом клана, он потребует себе трон сёгуна.
– Но это же безумие. – Юкико попыталась сглотнуть, но во рту было сухо, как в пустыне. – Почему его поддержали другие кланы?
– С династией
– Но Хиро по крови не Казумицу. Династия умерла вместе с Йоритомо.
– Есть еще один человек из рода Казумицу, который пока жив.
Юкико нахмурилась, пытаясь очистить свои мысли. Сконцентрироваться. Буруу вскочил на ноги, зарычал, и его жар эхом разнесся по коридорам ее разума. Она чувствовала ночных птиц, порхающих за оконным стеклом. Обезьян, прыгающих по деревьям. Крошечные жизни и крошечные удары сердца – сотни ярких точек, светящихся в Кеннинге. Так сложно думать. Нужно закрыть их. Дышать.
– Я не…
– Аиша жива.
В голове у нее вспыхнули воспоминания. Йоритомо на арене Кигена. В его глазах – ненависть и ярость. Рукой он вытирает кровь, что сочится из раны на щеке.
«Нет, моя сестра не предавала тебя. И всё же она осмелилась молить о прощении».
Юкико согнулась пополам, сложив руки на коленях.
«Но не получила его».
В глазах у нее потемнело, и эта тьма, распускаясь черным цветком, проникала в голову, вызывая мучительную боль.
ЮКИКО?
– Хиро закрепит свое требование на трон, создав династический союз с последней из выживших наследниц династии. – Каори говорила так, словно произносила траурную речь. – Он и Аиша должны пожениться.
Темнота накрыла Юкико. Внезапно и тихо. Как смерть. Без колыбельной. Без налетевшего ветра. В комнате раздался странный звук – как будто что-то мокрое ударилось о стекло. Каори вздрогнула и, прищурившись, посмотрела через окно спальни в темноту. На стекле растекалось небольшое пятно крови. Еще один удар – на сей раз в дальнюю стену. И еще один.
И еще.
Каори повернулась к девушке и увидела, что та согнулась от боли.
– Юкико?
ЮКИКО!
В окно врезался воробей, ударившись головой и размозжив череп о стекло. А за ним другой, и еще один, и еще. Десятки крошечных тел врезались в стены спальни, в потолок, в окно. Каори выхватила из ножен вакидзаси и взмахнула им. Лезвие блеснуло в свете свечей. Лицо Каори побледнело от страха, когда удары плоти о дерево стали греметь, словно гром, а мягкие дышащие тела и хрупкие кости полились дождем.
– Дыхание Создателя, что это за чертовщина?
Юкико стояла на коленях, прижав руки к вискам, лоб – к полу. Глаза закрыты, лицо искажено страданием, зубы оскалены. Она слышала всё – удары тысяч сердец в темноте, тысячи жизней, тысячи искр – горячее, чем солнце. Их голоса звучали у нее в голове, вызывая чувство тошноты – черное, жирное, затаившееся в самой глубине ее тела,
Боги, я убила его.
«До свидания, Хиро…»
СЕСТРА.
Буруу. Пусть они прекратят.
ОНИ? ЭТО ТЫ. ТЫ.
Я?
ТЫ КРИЧИШЬ. ПЕРЕСТАНЬ КРИЧАТЬ.
– Прекратите, – выдохнула она.
Каори схватила ее за плечо и крепко сжала.
– Юкико, что происходит?
Бьются в маленьких грудных клетках крошечные сердца. Под оперением и кожей пульсирует теплая кровь. Врезаясь в стены, они разбиваются и, окровавленные, падают в могилу из опавших листьев. Глаза их горят ярко, зубы скрежещут, у них в голове кричит девушка. Кричит и кричит. Им больно… чего она хочет… почему не может остановиться… надо заставить ее замолчать… заставить замолчать.
– Юкико, перестань кричать.
СЕСТРА, ПЕРЕСТАНЬ КРИЧАТЬ.
Костяшки пальцев, импульсы и тысячи, тысячи искр.
– Прекратите!
Ее крик прозвучал в ночи, глаза расширились и налились кровью, темными прядями упали на лицо волосы. И, наконец, воцарилась тишина, словно молот упал и замер. И нарушал ее лишь один звук – звук маленьких, еще теплых тел, падающих во тьму. Доски пола под ногами были забрызганы яркими красными пятнами. Юкико потрогала нос и почувствовала, как размазывается по губам теплая липкая жидкость. Пульс в висках бился в такт песне ее сердца, мысли Буруу крепко обнимали ее, тепло Кеннинга уходило в холодную и пустую тьму, точно вода после наводнения.
Каори встала на колени рядом с ней, всё еще сжимая клинок в дрожащем кулаке.
– Юкико, ты в порядке?
Она поднялась на ноги, размазала кровь по лицу тыльной стороной ладони, выскочила за дверь и обняла Буруу за шею. Она снова упала на колени, он был рядом с ней, прикрыл ее своими заводными крыльями. Вкус крови на губах, распухший нос. В голове гулко звучало эхо. Искры каждого животного в лесу, там, в темноте, вспыхивали ярче, чем когда-либо.
«До свидания, Хиро…»
Она все чувствовала.
– Боги, что со мной происходит?
3
Первая и единственная причина
Во сне Юкико видела охваченные огнем броненосцы.
Золотой трон и юношу с глазами цвета моря.
Он улыбался ей.
Днем ей было некогда. Она навещала Кина в лазарете. Обсуждала с советом Кагэ атаку броненосцев. Потом – свадьбу Хиро. Переживала из-за смерти маленьких теплых существ, которые разбились о стены ее спальни. С вялостью уверяла, что с ней всё порядке. Ловила недоверчивые взгляды.