Предатель
Шрифт:
– «Глуми» подтвердил, что Бореев тот, за кого себя выдаёт. Также он подтвердил, что Бореев может работать по проблематике «Системы», однако ему доподлинно не известно о степени его осведомлённости. Кроме того, наш агент сообщил, что в последнее время Бореев злоупотребляет алкоголем и у него возникли напряжённые отношения с руководством, – доложил Майкл.
– Считаешь, что фортуна нам улыбнулась!? Наш клиент!?
– Если это подстава, то русские затеяли крупную игру. Подставлять такую серьёзную фигуру по мелочи никто не будет. В любом случае, как уже было сказано, с нашей стороны риск минимален.
– И какая у Бореева мотивация?
– Чёрт его знает!? Думаю, 99% это деньги. Время патриотов давно прошло. Точнее сказать его и не было никогда, за исключением одного, двух случаев. Может обида на начальство!? Уверен, что Катрин сможет прояснить этот вопрос на предстоящей встрече, – закончил Майкл.
– Катрин, что скажешь? – обратился к ней Эрик.
– К операции всё готово. Планируем задействовать резервный вариант под условным названием «Театр». Действия на случай неблагоприятного развития ситуации отработаны.
Круг лиц, осведомлённых в её реализации сокращён до минимума. Консула на период операции будем держать в готовности.
– Ну, что же ребятки, осталось только подцепить этого жирного окуня! Пришло время надрать русским их задницы и показать кто в доме хозяин! С Богом! – подвёл черту Эрик.
Вечерняя Москва, выходной день. К театру подъезжает автомобиль с дипломатическими номерами, из него выходят красиво одетые Майкл и Катрин, они направляются к входу. Автомобиль уезжает.
Майкл и Катрин стоят перед большим зеркалом в фойе театра, поправляют одежду и причёсываются. У Катрин запоминающаяся причёска «шарик», яркое платье и тёмные очки, даже самому далёкому от шпионских игр человеку в голову не придёт мысль, что в таком наряде можно выполнять строго секретные и острые операции.
Хоть представление и началось относительно недавно, Катрин встаёт со своего места и направляется в уборную, её муж продолжает наслаждаться спектаклем. Конечно, подобные пассажи американских разведчиков не могут не насторожить российских контрразведчиков. И поэтому практически сразу после выхода Катрин из зала, за ней незаметно поднимается с заднего ряда сотрудник наружного наблюдения.
Катрин выходит из зрительного зала и направляется в женскую уборную. Она заходит в туалет, её взгляд падает на закрытую дверь, на двери висит табличка с надписью: «Техническое помещение», дверь опечатана куском приклеенной бумаги, на которой видны две круглые печати. Катрин проходит к зеркалу, красит губы, одновременно напевает незатейливую мелодию не открывая рта. В угловой кабинке слышен звук смываемого унитаза. Катрин резко направляется к двери с табличкой, открывает своим ключом замок, срывает печать, заходит внутрь и закрывается изнутри.
Угловая кабинка открывается и из неё выходит женщина как две капли воды похожая на Катрин. Двойник подходит к зеркалу, красит губы и напевает ту же мелодию, которую только что пела Катрин. После этого она направляется к выходу, поравнявшись с дверью технического помещения женщина останавливается и на место сорванного
Сотрудник наружного наблюдения не отрываясь от газеты наблюдает за вышедшей из уборной комнаты «Катрин», которая как ни в чём не бывало возвращается в зрительный зал. Он незаметно прикладывает руку к гарнитуре радиостанции и сообщает своему напарнику о возвращении объекта наблюдения в зал. У него самого ещё есть небольшая работа здесь.
Дождавшись, когда американка скроется из вида, контрразведчик быстрым шагом направляется в туалет, его цель убедится в том, что в ходе посещения этого помещения Катрин ни с кем не встречалась и не оставила внутри каких-либо шпионских закладок, а если быть точнее – не провела там тайниковую операцию.
Наружник входит в женский туалет, и не проходя внутрь громким голосом спрашивает:
– Извините пожалуйста, есть кто-нибудь? Сработал датчик пожарной сигнализации, мне его нужно проверить!
Не получив ответа, он входит внутрь и внимательно осматривает все кабинки, умывальники, туалетную технику, включая мусорные бачки. Его движения отточены, а поиск проходит по утверждённой и стократно отработанной на практике схеме. Не обнаружив ничего подозрительного, он направляется к выходу, останавливается у двери технического помещения, смотрит на приклеенную бумажку с печатями, толкает дверь, она заперта. Сотрудник выходит и направляется обратно в зал.
Представление продолжается, Майкл внимательно смотрит на сцену, рядом с ним сидит «Катрин», которая нежно облокотилась на его плечо и внимательно наблюдает за происходящим на сцене волшебством.
Несколькими рядами позади Майкла и Катрин, сидит контрразведчик, который наблюдает за американцами, и украдкой, в нарушение строгих указаний руководства, получает удовольствие от представления, на которое вряд ли бы нашёл время в своём плотном рабочем графике.
Глава 9
Вечер, городской парк, на лавочке сидит Николай, в руках он держит бутылку с квасом, это знак для его контакта из американского посольства. По парковой дорожке к лавочке приближается женщина. Это та женщина, которую никто и никогда не назовёт представительницей прекрасного пола. Не произойдёт этого потому, что понять её возраст практически невозможно, половая принадлежность определяется с трудом, и то потому, что она одета в одежду скорее характерную для женщин, нежели для мужчин. По её гардеробу с уверенностью можно сказать, что высоким доходом она похвастаться не может. Голова женщины покрыта платком, на лице очки с толстыми линзами, ничто в её виде не выдаёт Катрин из театра.
Катрин равняется со скамейкой, останавливается напротив Николая, поворачивается в его сторону и начинает разговор. Говорит по-русски, но с небольшим акцентом.
– Мужчина, не найдётся ли у Вас случайно спичек?
– Нет, но могу предложить другой вариант. Присаживайтесь пожалуйста.
Катрин присаживается на скамейку, но чуть поодаль от своего собеседника, осматривается.
– Здравствуйте Николай!
– Здравствуйте Катрин!
– Откуда Вы меня знаете!? Мы встречались раньше?