Предатель

Райан Энтони

Говоря строгим военным языком, я должен был признать, что наше продвижение в Шейвинскую Марку улучшило положение войска Короны. Только в Ярнсале под знамёна Алгатинета встало несколько сотен добровольцев, и ещё больше ежедневно прибывало из близлежащих деревень. Разумеется, пополнение наших рядов повлекло за собой сопутствующее увеличение наших потребностей в припасах. Помимо основной потребности большего количества еды, у многих новобранцев не было надлежащего оружия. Наши кузнецы заняли кузницы в порту и с обычным трудолюбием приступили к изготовлению необходимых клинков, но чтобы полностью вооружить каждого солдата, требовалось время, и поэтому мне приходилось ещё больше ждать.

Чтобы облегчить переживания, я отправил

Тайлера с горсткой разведчиков проверить подступы к замку Амбрис.

— Держитесь в лесу, — предупредил я его. — Ты знаешь все лучшие укрытия, но у неё есть такие глаза, которых нет у других, так что двигайся постоянно. Не останавливайся нигде больше, чем на полдня. Мне нужно знать, сколько человек осаждает замок. Как только получишь точные цифры, езжай на юг и разыщи меня на прибрежной дороге.

Леанора во время нашей задержки занималась созданием своего двора на более формальной основе. Заняв особняк казнённого купца, она назначила Эйн главой канцелярии — эта должность давала фрейлине власть над всеми аспектами королевского хозяйства. Пажи и слуги различных рангов набирались должным образом из горожан, которые были слишком старыми или слишком молодыми для солдатской жизни. А ещё Леанора, стремясь произвести впечатление королевской власти, начала выслушивать прошения от местных жителей, которых было много. Сборщики налогов Эвадины захватывали имущество без разбора, и принцесса-регент изо дня в день терпеливо выслушивала вариации одних и тех же требований о реституции. Эйн старательно записывала данные каждого просителя, и всех отправляли восвояси с королевским указом, обещавшим компенсацию по окончании военных действий. А тем, кто время от времени осмеливался возражать против задержки, Леанора резко отвечала, что день реституции наступит раньше, если они присоединятся к Войску Короны.

К концу нашей третьей недели в Ярнсале в гавань, наконец, зашёл широкий торговый корабль Шильвы Сакен. В отличие от «Морской Вороны» на нём не наблюдалось явных повреждений, но выражение лица его капитана всё равно было мрачным.

— Ваше величество, все северные порты для нас закрыты, — сказала она Леаноре, когда её привели в королевские покои. — Одни постигла та же участь, что и Фаринсаль. Другие брошены, а люди из них сбежали ещё до прибытия войска Ковенанта. С той стороны на помощь рассчитывать не приходится. Однако, — Шильва натянуто и настороженно улыбнулась, вытаскивая из кармана тяжёлого матросского плаща свёрнутый пергамент, — я принесла новости, которые могут оказаться хорошими, по крайней мере, частично.

Она начала опускаться на колено, протягивая пергамент Леаноре.

— Госпожа Шильва, просто расскажите мне, — сказала принцесса-регент. — Сути будет достаточно.

— Я привезла послание от сестёр-королев Аскарлии, — сказала Шильва, разворачивая свиток. — Они поздравляют вас с недавними победами и очень осторожно признаются, что желают положить конец правлению восходящей-королевы. Судя по всему, на свои недавние дипломатические шаги по отношению к ней, сёстры-королевы получили определённо нежелательный ответ. В этой связи они предлагают полноценные и постоянные поставки всех материалов, необходимых для обеспечения быстрого и справедливого триумфа вашего величества. В знак доброй воли сюда вскоре прибудет дюжина аскарлийских кораблей, нагруженных оружием и провиантом. За ними последуют и другие, как только их условия будут выполнены, поскольку, естественно, они ожидают адекватной компенсации за свои усилия.

— Естественно, — эхом отозвалась Леанора, поморщившись. — Позвольте угадаю: династия Алгатинетов оставит все претензии на Фьордгельд, а за любые поставки придётся платить втридорога?

Шильва, извиняясь, кивнула.

— Ваше величество, я правда старалась договориться, но…

— Не сомневаюсь, вы сделали, что могли. — Леанора взглянула на Элберта, который

смиренно пожал плечами, и выпрямила спину. — Миледи, — сказала она, повернувшись к Эйн. — Прошу вас, подготовьте ответ сёстрам-королевам с согласием на все их условия. Я также потребую свидетельство о возведении в дворянство госпожи Шильвы, которая в дальнейшем будет известна как леди Шильва, герцогиня морей и командующий Королевским флотом.

Как и многие преступники, которых я когда-либо встречал, Шильва Сакен была циничной душой. И всё же, когда весь смысл слов Леаноры дошёл до неё, я увидел, как она вздрогнула, стараясь скрыть эмоции. Быстро моргнув, она опустилась на колени и низко склонила голову.

— Для меня честью будет принять это назначение, ваше величество.

«Сначала Лорайн, а теперь Шильва», размышлял я. «Обе герцогини». Я чуть улыбнулся тому любопытному факту, что две самые важные женщины в жизни Декина Скарла достигли того, чего не достиг он. Мне нравится думать, что ему хватило бы терпения найти это забавным.

* * *

С прибытием аскарлийских кораблей войско Короны и его союзники, наконец, получили достаточно продовольствия, чтобы начать марш на север. Я обсуждал с Леанорой возможность обратиться к сёстрам-королевам за воинами, а также оружием и продовольствием, но она быстро отвергла эту идею.

— Это напоминает мне то, что говорил мой отец, — ответила она. — Пригласи аскарлийцев на пир, и они выживут вас из дома, а потом заявят, что их обманули. Кроме того, я думаю, что по нашим землям сейчас и без того разгуливает достаточно чужеземцев, вы так не считаете, лорд Писарь?

Армия снова держалась прибрежной дороги, а перемена погоды несколько облегчила наш переход. Морозный воздух зимы чуть потеплел, растапливая свежий снег, но оставался при этом достаточно холодным, чтобы дорога не превращалась в грязную трясину. Во время марша через Алундию длинная извивающаяся колонна могла проходить десять, а то и двенадцать миль в день. Теперь нормой стали пятнадцать. У меня появилось искушение надавить на них ещё сильнее, но я боялся последствий истощения нашего большого контингента едва обученных новобранцев.

Другим, менее желательным последствием изменившегося климата стал густой покров тумана, навалившегося с моря на пятый день выхода из Ярнсаля. Я надеялся, что он исчезнет к вечеру, но туман задержался на несколько дней, скрывая большую часть ландшафта, мешая разведке и жутко омрачая настроение солдат. Я приказал замедлить шаг и чаще делать привалы для отдыха, чтобы армия оставалась собранной — от альбермайнцев этого было легче добиться, нежели от каэритов. Паэлиты, которых всегда раздражало ярмо командования ишличен, были склонны совершать обширные объезды окружающих земель. Таолишь и вейлишь вели себя немногим лучше: они целыми группами исчезали на несколько дней в поисках добычи на охоте или просто из желания исследовать эту удивительную страну огороженных полей и домов причудливой формы.

— Они воины, а не солдаты, — сказал Рулгарт в ответ на мои жалобы. — А ещё не стесняйтесь пригрозить им поркой за непослушание. Очень хочу посмотреть на их реакцию.

Наш шаг замедлился ещё сильнее, когда мы вышли на скалистое, извилистое побережье среднего Шейвина. Здесь море прорезало в берегу глубокие бухты, создавая пейзаж из высоких утёсов и многочисленных ручьёв, и некоторые были слишком глубокими для лёгкого перехода вброд. К счастью, этот регион уже много лет считался владениями Шильвы, и отозвавшиеся на её призыв контрабандисты знали каждую скрытую бухту и каждое место для высадки. Поэтому войско Короны по-прежнему хорошо снабжалось, хотя для этого требовались многочисленные перерывы на марше.