Предатель
Шрифт:
Гарри Джонсон взял слово.
— Вы, конечно, будете искать поддержки совета при любых серьезных изменениях.
Майкл посмотрел на Джонсона.
— Это тема моего отчета. Я хочу поставить на голосование договоры о найме для меня и Маргот Глэдстон. Чтобы ответить на ваш вопрос, Гарри, мой контракт, который я предлагаю, дает мне все полномочия нанимать и увольнять тех, кого я сочту нужным. Будут еще предложения?
— Предлагаю одобрить контракт, — сказал кто-то из членов совета.
— Одобряю, — произнес еще один.
—
Джонсон встал.
— Майкл, во-первых, я должен выразить вам благодарность всего совета за то, как вы взялись управлять студией. Ваши действия в области производства одновременно бережливы и созидательны, и мы восхищаемся вами.
Он откашлялся.
— В то же время есть потенциальные проблемы, касающиеся дел студии. Некоторые из глав администрации работали на своих местах по многу лет и зарекомендовали себя с лучшей стороны при Лео. Все эти люди обладают большим, чем вы, опытом в этом бизнесе, и я, честно говоря, сомневаюсь в возможности дать вам право убирать и заменять их.
— Благодарю, Гарри, — сказал Майкл. — Конечно, то, что вы говорите, правда: в студии есть опытные и компетентные люди. Но все они, между прочим, не рады работать со мной!
— И еще, — сказал Джонсон. — Введение Маргот Глэдстон в должность коммерческого директора кажется нам слишком поспешным. Мисс Глэдстон работала секретарем у многих исполнительных директоров, и это едва ли характеризует ее как способную управлять деловой стороной студии.
— Я понял вашу точку зрения, Гарри, — произнес Майкл. — Но Маргот знает о работе студии больше, чем кто-либо из присутствующих, включая меня. Она очень образованна, и я всегда находил ее суждения безупречными. Свои действия она, естественно, будет согласовывать со мной.
— Оклад в миллион долларов в год плюс премиальные для женщины, которая была секретарем? — спросил Джонсон.
— Она квалифицированный специалист, — ответил Майкл, — и, как я уже говорил, ее пенсия довольно скромна по стандартам производства.
Джонсон опять начал говорить, но Майкл опять поднял руку.
— Гарри, я не хочу прекращать дебаты, но вопрос перед советом один: буду я управлять студией или нет? Я поясню: я соглашусь на эту работу только в том случае, если буду иметь те же полномочия, что и Лео. Мой контракт перед вами, по нему я имею все полномочия. Я предложил вам контракт Маргот Глэдстон чисто из вежливости. Если совет одобрит мой контракт, то моим первым действием будет подписание контракта Маргот. Если этот совет решит этого не делать, то я освобожу свой стол за полчаса. Я думаю, что мне лучше покинуть собрание на время обсуждения. Господа, решение за вами.
Майкл встал и пошел к выходу.
— Майкл, — произнес Джонсон.
Майкл оглянулся.
— Все за?
— Да! — сказали все одновременно.
— Против?
В комнате наступила тишина.
— Предложение принято
— Господа, больше вопросов нет, заседание совета объявляется закрытым до следующего очередного еженедельного заседания.
Майкл вернулся в офис. Маргот ждала его. Он прошел к своему столу, подписал четыре копии ее контракта и протянул ей один.
— Теперь ты коммерческий директор «Центуриона».
Маргот встала на цыпочки и поцеловала его.
— А теперь, — произнес Майкл, — уволь финансового директора.
— Да, сэр, — ответила Маргот.
Глава 58
Майкл сидел в длинном «мерседесе», который достался ему по наследству от Лео Голдмана, и смотрел, как «Гольфстрим-4» приземляется в аэропорту «Санта-Моника». Казалось, полоса слишком коротка для такого большого самолета. Тем не менее самолет аккуратно подъехал прямо к тому месту, где ждал Майкл.
Майкл приветствовал Томми Про, хлопнув его по плечу, и затем проводил его к «мерседесу», пока шофер возился с багажом.
— Прекрасный вид транспорта, — произнес Майкл. — Не доставляет особых беспокойств!
— Особых беспокойств? — Томми рассмеялся. — Я должен быть всегда готов к неожиданностям.
Он взялся за ручку и поднял стекло перегородки, отделяющей их от водителя, который вел машину к Колонии Малибу.
— Он совсем не слышит нас? — спросил Томми.
— Совсем. Лео купил стандартный «седан-600», единственный с двенадцатицилиндровым двигателем, и усилил его мощность. А еще он сделал эту звуконепроницаемую перегородку.
Томми повертел телевизор.
— Эта штука ловит «Си-Эн-Эн»?
— Нет, Томми, для «Си-Эн-Эн» нужно подключить кабель или систему спутникового телевидения.
— Он хоть какие-нибудь новости ловит?
Майкл наклонился вперед и переключил канал.
— Мы передаем пятичасовые новости.
На экране появилось лицо Тома Броккава.
— Добрый вечер, — произнес диктор. — В сегодняшнем выпуске: Саддам Хусейн осматривает свои военные объекты; президент озабочен скандалом в Иран-Контрассе и… — на экране появился труп, лежащий на одной из Нью-Йоркских улиц, — смена поколений в мафиозном клане.
Томми глубоко вздохнул.
— Что происходит? — спросил Майкл. — Я многого не читаю в газетах.
— Этот парень, лежавший на улице, — Бенни Нос, — сказал Томми.
— Бенни? Да кто же осмелился убрать Бенни Носа?
— Он перед тобой.
— Черт возьми! Объясни хоть что-нибудь!
— Ш-ш-ш, — произнес Томми, показывая на экран.
Там опять появился Броккав.
— Сегодня днем в Нью-Йорке двое главарей мафии были застрелены при выходе из ресторана на Манхэттене. Эти убийства показали несостоятельность теории ФБР о том, что после смерти Бенито Карлуччи власть перешла к совету управления безо всякой борьбы.