Предательство
Шрифт:
Незадолго до захода солнца Лолор пришел в тюрьму, предварительно осмотрев виселицу, которая, к его радости, была уже готова. Дамон наблюдал за происходящим из окна камеры.
– Дамон Грозный Волк, – сказал командующий, подкручивая усы и внимательно рассматривая арестованного с ног до головы. В руках он держал одно из объявлений с портретом Дамона.
Бывший рыцарь угрюмо смотрел в глаза рыцаря.
– Ты должен умереть до рассвета, – спокойно продолжал Арун. – За все твои преступления против моего Ордена.
– А мы? – тихо спросила Рикали.
– Меня
Лолор вытащил объявление о розыске Мэлдреда:
– А где же этот приятель?
Дамон пожал плечами:
– Давно его не видел.
Рыцарь расспросил об ограблении госпиталя и поджоге города в Кхуре, о различных кражах, в которых, как подозревалось, они участвовали, причем часть обвинений выглядели явно ложными. Лолор еще несколько раз задавал вопрос относительно Мэлдреда и наконец, швырнув Дамону пергаменты, повернулся к Вейреку.
Молодой человек приподнялся на кушетке. Рикали сидела рядом, поддерживая юношу, и что-то внимательно рассматривала на полу, чтобы не встретиться взглядом с командующим.
– Вейрек…
– Да, сударь.
– Странно, как это приличный молодой человек вроде тебя мог оказаться в воровской шайке?
Вейрек дернулся, чтобы ответить, но командующий остановил его движением руки:
– Это мне неинтересно, – Лолор подошел ближе к решетке. – Вейрек, мы с твоим отцом старые друзья, и ему будет неприятно узнать, в какой компании ты оказался. Расскажи подробно об этой шайке, дай показания, которые я могу использовать против Дамона Грозного Волка, скажи, где найти его приятеля, и ты свободен. Тебе нужно лечиться, и если ты поможешь нам, я тебя с удовольствием отпущу.
Вейрек покачал головой.
– Ты не понимаешь, сынок. Я не хочу видеть тебя повешенным, но мне придется наблюдать, как ты чахнешь в тюрьме просто из-за знакомства с этим человеком. Расскажи, о чем я тебя прошу.
На губах Вейрека застыла вызывающая улыбка:
– Предан друзьям, как и отец! – Юноша помолчал с минуту, гладя руку Рикали. – Все будет в порядке, – прошептал он. – Нас не повесят. Нас даже не будут долго держать в тюрьме – тем более раз ты беременна.
– Я не такая преданная, – ответила полуэльфийка, отстраняясь от Вейрека и подходя к Аруну Лолору:
– У меня более веские причины быть верной Дамону Грозному Волку, но я дам вам любые показания против него, расскажу о том, чего, кроме меня, никто не знает.
– Рики, замолчи! – крикнул молодой человек, вскакивая, но тут же падая лицом на каменный пол. – Ты не должна ничего говорить от моего имени. – Вейрек, извиваясь, забрался на кровать и снова попытался подняться. – Пожалуйста, Рики. Мы выпутаемся из этой истории по-другому. Мой отец – очень влиятельный человек.
– Я расскажу о каждой краже, совершенной Дамоном, о каждом человеке, которого он убил, о каждой тайне в его темном сердце. Я расскажу вам и о Мэлдреде, том человеке, который изображен на втором объявлении. – Ее пальцы шевельнулись в направлении пергаментов, валяющихся на полу. – Видели того синекожего монстра в соседней
– Рики… – Юноша все еще пытался уговорить жену замолчать.
– Он – людоед-чародей, пользующийся магией, чтобы выглядеть как красивый здоровый мужчина. Он любит прикидываться человеком – это ведь приятнее, чем ходить в таком уродливом облике.
Рикали уже невозможно было остановить; она говорила и говорила. На протяжении всего рассказа рыцарь сурово и удовлетворенно улыбался.
Молодой человек тратил последние силы на слабые протесты, а остолбеневший Дамон тихо сполз по стенке и сидел на полу, уткнувшись лбом в колени.
– А этот зверь, – сказала девушка в заключение, кивнув в сторону Рагха, который все еще спал, – единственный, кто не сделал ничего плохого. Конечно, он драконид, но он не заслуживает виселицы, как Дамон с Мэлдредом.
Лолор взглянул на сивака:
– Когда он придет в себя, мы допросим его. Но в любом случае я не могу позволить ему уйти. Он – драконид. Мои люди сделают все быстро и безболезненно для него.
Рики взглянула на Вейрека вызывающе.
– Мы с Вейреком муж и жена, командующий Лолор, скоро у нас будет ребенок. – Она натянула тунику на животе. – И я не хочу, чтобы мой малыш родился в тюрьме.
– Не родится, – заверил девушку командующий.
– Я не хочу также, чтобы мой муж провел еще хоть какое-то время в этом жутком месте.
– Вас обоих отпустят немедленно. – Рыцарь развернулся, сделал несколько шагов, но внезапно резко остановился и посмотрел назад, чтобы встретиться взглядом с Вейреком.
– У тебя умная жена, сынок. Береги ее. Я дам вам фургон, лошадь и немного драгоценностей – это пригодится в пути. Может быть, еще мешок с монетами. – Он задумался. – И протез или даже два. – Лолор указал на культю Вейрека. – Ты сможешь надеть их, когда спадет опухоль. Думаю, ты воспользуешься фургоном, чтобы отправиться вместе с женой в дом твоего отца.
Как только стихли шаги командующего Лолора, в тюрьме повисла звенящая тишина.
Вейрек и Рикали ушли без лишних слов, а Дамон потом еще долго тупо смотрел в опустевшую камеру.
– По крайней мере, она в безопасности н, наверное, уже далеко отсюда, – проговорил Мэлдред. Силачу удалось окончательно оправиться от дурмана, и теперь он безуспешно пытался расшатать решетку. – Да они и слона выдержат!
Грозный Волк грустно ухмыльнулся.
– Ты ведь не хотел, чтобы она умерла вместе с нами, разве не так? – спросил Мэлдред, закрыв глаза.
– Нет, не хотел.
– А повезет, так и мы останемся в живых. – Чародей сел, прислонившись к прутьям решетки, и принялся задумчиво рисовать что-то пальцем на слое пыли.
– У тебя совсем не осталось магической силы?
Мэлдред оглянулся, чтобы убедиться, что поблизости нет охранника.
– Может, совсем немного. Мне показалось, что она начала возвращаться, до того как они заставили меня выпить эту гадость.
Он опять закрыл глаза, нагнул голову так, что белая грива закрыла лицо, и тихо забормотал.