Предел Чандры
Шрифт:
– Твоя команда уже проводила подобные манипуляции?
– Проводила, но не с живыми людьми. Технология, которую мы собираемся применить, используется в наших лабораториях для строительства искусственных тел с живой тканью. Используем роботов, обученных на работу с различными тканями человека, включая сердечную. Ребята использовали ее и для лечения болеющих животных, но неофициально. Им удалось спасти несколько жизней, например, вот его.
Эмиль вытащил из кармана очаровательного на вид грызуна с пушистой
– Сколько времени необходимо для манипуляции?
– Около месяца.
– Сколько времени у меня осталось?
– Около месяца.
Ден посмотрел на Элину. Он не знал, справится ли без ее поддержки.
– Элина, последний год ты была для меня целым миром, потерпишь еще месяц?
Элина лишь кивнула.
– Эмиль, дружище, не будем терять время. Я доверяю тебе и твоим коллегам, подпишу все бумаги сейчас же.
– Анна будет счастлива.
Ден слабой рукой вывел витиеватые подписи.
После началась боль. Эмиль предупреждал его о предстоящем испытании, но он оказался не готов. Ден наивно полагал, что ближайший месяц будет почитывать романы на берегу реки и сочинять легкомысленные песни о стогах сена и облаках в небе, одурманенный спасительным забвением. На деле оказалось иначе, он остался наедине с бесконечной тянущей болью в груди. Фредерик не позволял увеличить дозу обезболивающего, мотивируя тем, что это может негативно сказаться на сердце и нейронах, и в итоге негативно повлиять на результаты терапии.
Сегодня был тридцать первый день с того утра, когда он проснулся на берегу Иветт. Эмиль и Фредерик ввели ему в артерию управляемые частицы. Созданные на основе стентов, они должны были закрепиться на стенках его сердца и начать ремонт, как выразились бы его друзья-механики. Ремонт, судя по болезненным ощущениям, шел успешно, вот-вот должен был начаться вывод нанороботов с тем, чтобы начать тесты и сделать томографию.
В комнату, как всегда, без стука ворвалась Элина. Судя по выбранному ею платью, она была вся в предвкушении. Все эти дни она старалась вести себя сдержанно, но сегодня перед ним была снова она настоящая.
Следом, постучав, вошел Эмиль. Вид у него был решительный.
– Итак, приступим, Ден, нам, необходимо будет ввести катетер, Ариана зайдешь к нам на минутку? – обратился он в пустоту.
Только Эмиль завершил приготовления, вошла Ариана, штатный нейрохирург и микробиолог в команде Эмиля, выполняющая функции сиделки или медсестры. Пока Дену ставили катетер, Эмиль напряженно смотрел в окно. Когда Ариана закончила с катетером и подключила его к системе жизнеобеспечения, он подошел к Дену и осторожно сел на край кровати.
– Мы сделаем тебе две инъекции, одна из них для того, чтобы
По старинке он принялся внимательно изучать показания мониторов, единственное что выдало его волнение.
– Фредерик, мы готовы, запускай. Только не все сразу, сперва первую очередь, через час вторую.
– Эмиль, это не первая моя операция, – прозвучал раздраженный ответ.
– Серьезно?
– Нет, конечно, я – новичок, как и ты. У меня внутри все дрожит от волнения.
– Выпей виски, успокой нервы.
– Потом, может быть, когда все закончится…
– Думаешь закончится?
– Сделаю все что в моих силах. Три, два, один – все, я запустил процесс вывода.
– Вижу.
Первое время все было спокойно, затем по телу Дена пробежала дрожь, скоро они услышали крики.
– Фредерик, у него такая гримаса, словно что-то раздирает ему органы изнутри. Ариана, какой уровень боли мы фиксируем?
– Девять из десяти, близко к максимальному уровню.
– Фредерик?
– Я все рассчитал, такого не должно было произойти.
– Фредерик, какая вероятность негативного сценария? Я думал, вывод отработан?
– Да, отработан, ткани не теряют целостность, технология размером с клетку, и все достаточно быстро затягивается, но при массовом неправильном выходе возможен болевой шок…
– Ариана, добавь обезболивающее, на десять минут.
– Сделано, уровень боли упал до шести.
Старина Ден наконец перестал биться в конвульсиях и провалился в спасительном забытие.
Он проснулся в луже из пота, мочи и рвоты. Чьи-то руки заботливо протирали влажной тряпкой его лицо, перебирали волосы. Наверное, руки были мамины… чьи же еще? Он почувствовал знакомый аромат. Элина.
– Все закончилось, Ден, все позади.
Он с трудом открыл глаза, его карие встретились с ее пронзительными зелеными. «Нет, не зелеными, изумрудными», – поправил он себя.
– Сколько я проспал?
– Все закончилось около часа назад. Отдыхай, тебе нужен отдых, завтра поговорим. Я буду здесь.
– Мне бы принять душ.
– Успеешь, милый мой, надеюсь, впереди у нас теперь будет много времени.
– И я надеюсь.
Минуту он лежал молча, затем снова захотелось спать, закружилась голова, приподнявшись в постели он спросил: