Предел обороны

В контрольном зале центрального вероятностного процессора было тихо и прохладно. Макатанаи дежурил здесь всего третий раз, но уже привык к такому положению вещей. Прохладу давал прозрачный кожух главного преобразователя энергии, всегда покрытый внутри изморозью. Если бы не хорошее отопление зала, операторы смогли бы находиться здесь только в шубах (урожденный инка улыбнулся своим мыслям — лишь из дорогого меха ламы, разумеется) или в гиперборейских накидках из пуха и перьев. Впрочем, Макатанаи тут же

согнал улыбку: высокорожденный должен быть снисходителен к жителям Ствола вероятностного Древа — местная ватная телогрейка тоже вполне подошла бы.

Ну а тишина… Процесс-мастер Каратонинью утверждал, что ей можно только радоваться. Это было справедливо. Ведь нарушить безмолвие, наполненное негромким шелестом — гласом стихий вероятности, — могли только два звука: голоса людей или сигнал тревоги. Вести отвлеченные беседы атмосфера почти религиозной святости этого места не позволяла, а значит, все правильно — тишине можно только радоваться.

Разум Макатанаи соглашался с этим, но, что поделаешь, возраст порой брал свое. В девятнадцать с небольшим порой так хочется, чтобы однажды все вокруг взорвалось воем сирены и грохотом настоящего боя!.. Например, как это случилось в прошлом месяце по местному календарю, когда в контрольном зале действительно кипел бой, а на улицах окружающего города — Москвы, кажется? — шла пусть короткая, но самая настоящая война, отголоски которой, несмотря на все старания Земного отдела, задели даже коренное население. Как жаль, что для Макатанаи тогда еще не пришло время стажировки!

Дежурную смену процессора составляли трое — стажер пока не в счет. Юный инка украдкой оглянулся: присутствие иноверцев все еще было для него в новинку.

Справа Таланий, подданный великой Атлансии, служитель Посейдона. Атлант неторопливо двигал ладонью над утыканной металлическими стержнями каменной тумбой. Веточки прирученных молний с тихим треском плясали между стержнями и плотью, пропитанной благородным орихалком. Использование этого металла, способного преобразовывать любую биоэнергетику в электричество, когда-то предопределило главенствование атлантов в их родной ветви вероятностного Древа. Что ж, у каждой расы свои методы управления вероятностным процессором. И свои способы ведения войн: против служителя Посейдона с орихалковым стиком в руках можно выстоять, только имея самое мощное оружие и укрывшись защитным полем…

Помыслав, творец, слуга Общины гиперборейской, расставил на деревянной столешнице перед собой простые геометрические фигуры. Каменные кубики, пирамидки, шары… Некоторые из них висели над поверхностью, не удерживаемые ни гравитацией, ни силой мысли. Творец Помыслав вплел их в ткань Мироздания там, где они показались ему уместными и полезными. Никто, кроме гипербореев, не мог понять ни смысла, ни самой возможности подобных действий, но это не мешало творцам управлять реальностью. Впрочем, так же как и гиперборейским воинам, способность которых разгонять в бою свое тело до состояния ультразвуковой вибрации делала их несокрушимыми бойцами в рукопашной схватке.

Процесс-мастер Каратонинью — солнцерожденный инка — рассеянно оглядывал свои мониторы из удобного операторского кресла. Установленную перед ним машину древних богов земляне назвали бы пультом управления. Панель с кнопками и переключателями, два больших экрана, испещренных линиями и символами Великих Ушедших… Некоторые из этих священных знаков Макатанаи уже знал, сотни других еще предстояло выучить и научиться понимать их бесчисленные комбинации. Кое-кто из иноверцев — особенно

земляне — считали могущество империи Инка фальшивым. Невежды полагали, что найденные пять веков назад в пещерах долины Куско машины и оружие достались детям солнца слишком легко. Что эти находки сделали их вероломными завоевателями в своей вероятностной ветви… Макатанаи невольно скривил надменную мину. Глупцы, не познавшие благоволения солнечного бога Инти! Они не подозревают, что такие подарки судьба делает лишь избранным народам! Впрочем, откуда им знать, если на Земле, в Стволе вероятностей, по недосмотру богов победила цивилизация белых…

Инка, атлант, гиперборей… Трое дежурных от трех могущественных народов вселенского Древа, учредивших некогда Ассамблею миров, призванную охранять покой и стабильность великих рас. Не хватает только самых сильных и загадочных — смарров, потомков реликтовых ящеров. Впрочем, говорят, что и до своего поражения в последней схватке и спонтанного выхода из Ассамблеи они никогда не работали с вероятностным процессором напрямую, предпочитая свои мистические методы. Или магические… Каких только сказок о них не рассказывают.

Тихий голос процесс-мастера прервал неспешные размышления стажера:

— Подойди, ученик. Посмотри на рисунок этих символов. Что они тебе говорят?

Макатанаи облизнул вмиг пересохшие губы. Учиться у самого Каратонинью было не только большой честью, но и большой головной болью.

— Это… орел, распростерший крылья над зайцем. И еще… змея, ныряющая в реку. Нет! Да… кажется… И еще солнце, стоящее в зените… — Макатанаи тяжело вздохнул, предчувствуя справедливую отповедь. — Прости, учитель, я не помню такого сочетания.

Однако вместо суровых слов процесс-мастер одобрительно кивнул.

— Ты почти прав. Только первый символ не орел над зайцем, а сова. И последний не солнце, а луна. Ты еще ни разу не видел их на экранах.

— Но… Учитель! Тогда это предупреждение о трансвероятностном проколе между ветвями вселенского Древа!

Макатанаи не сумел сдержать восклицание, но Каратонинью не уделил ему и двух слов порицания. Дежурный посмотрел на атланта, потом на гиперборея. Первый, нахмурившись, комкал пальцами красный ветвящийся разряд от одного из орихалковых стержней. Второй озабоченно созерцал пирамиду и шар: фигуры поднялись со стола и затеяли в воздухе хоровод.

— Я подтверждаю, — произнес наконец Таланий. — Одиночный. Кратковременный.

— Но с высокой энергией, — уточнил Помыслав. — Это прокол из очень далекой ветви Древа.

— Обратные координаты не фиксируются, — не остался в долгу атлант. — Похоже, гости не хотят быть опознанными. В привязке к карте города выход на территории лесного массива Лосиный остров. Около километра от Ярославского шоссе.

— Согласен, — кивнул гиперборей. — Только, пожалуй, прибавлю пятьсот метров.

— Согласен, — повторил за ним атлант. — Поднимаем мобильную группу?

— И Земной отдел, — вставил наконец процесс-мастер. — Возможно, придется зачищать следы… Макатанаи, ты еще медлишь? Вот эта черная кнопка.

Юный инка не сразу осознал последние слова наставника. Рука его немного дрожала, когда он положил ладонь на большую шляпку тревожной кнопки. Помедлив еще мгновение, чтобы до конца проникнуться сознанием высокого доверия, он преодолел сопротивление тугой пружины.

Протяжный вой разнесся по зданию земного представительства Ассамблеи, и арендованный некогда у разорившейся мебельной фабрики корпус взорвался движением, словно растревоженный муравейник…