Предел. Воплощение
Шрифт:
Например, есть Северный Анклав, что расположен где-то в районе места, что ранее носило название Кольская сверхглубокая скважина, куда упал один из очень крупных обломков и ушёл глубоко в землю. Теперь там буквально спуск в Ад на Земле.
Или взять Донской Анклав, Казачью Вольницу, что расположен рядом с Аномалией Ростов. Где приходится держать оборону как с огромными Ордами степных кочевых Зверей, так и с нашествиями со стороны Азовского моря, одни из самых известных тварей оттуда — Летучие Медузы и Зелёные Комары.
Но если вернуться к гарнизонам, то чаще же всего в них попадают после обучения в каком-то заведении, по распределению из него. При этом ещё и играет роль, как именно
Как правило, самостоятельную оплату могут позволить себе очень немногие — обычно это кто-то из родственников высокопоставленных членов Гильдий, но и то им проще сразу пойти по контракту от Гильдии, так как всё равно по окончании учебы, подпишут его с ней, вся их жизнь связана с Гильдией.
Но самый распространённый вариант — это именно стипендия от государства.
Так попал туда и отец, и мать. Там они и познакомились. Там родился я, а потом и сестрёнка. Там они все и остались…
Во всяком случае, так записано обо мне в личном деле интерната.
В нём же приводится и выдержка из слов Воина, что меня буквально вытащили из пасти детёныша Теневого Ликаона, чья стая дорвалась до нашего многоквартирного дома. К тому моменту выживших в нём, кроме меня, не осталось, хотя, насколько смутно помню, мама была со мной… Она в тот момент уже не работала, потому как скоро на свет должен был появиться наш братик…
А вот сестрёнки дома не было, её мама как раз отвела в детский сад, что был в паре кварталов от дома… Согласно записям, садик был разрушен Серебряным Медвежутью, а про эвакуацию детей никакой информации найти не удалось…
Отец же был учёным-исследователем Аномалий, потому частенько пропадал либо в походах в Зону, либо между походами буквально жил на работе, в лаборатории, где постоянно изучал что-то связанное с Зверями, что имели активные способности Силы Предела.
В тот злополучный день он как раз и был там. Сама же лаборатория пострадала чуть ли не первой, потому как была на той окраине гарнизона, что ближе всего к Зоне. Там же находились и казармы с основными подразделениями Воинов, и немногочисленные представительства крупных Гильдий. Так что самые жаркие и жестокие бои там и произошли. И пока основные силы людей были задействованы на том направлении, много каких Зверей-одиночек дорвались до жилых кварталов, где устроили себе настоящий пир среди беззащитного населения.
И думается, что если бы отец выжил, то наверняка бы уже отыскал меня за прошедшие года…
Имя-фамилию-то свои я знал, под ними и публиковался в списках выживших, под ними и записан в документах.
Первое же время, когда только попал в интернат, — практически не помню. Всё проходило абсолютно мимо, будто всё происходит не здесь, не со мной.
Мир стал совершенно бесцветным, совершенно мёртвым.
Но постепенно, понемногу краски возвращались.
Один первых из цветов — цвет чёрный. Цвет горечи и бессилия. За годы, что провёл в интернате, на том направлении, где мы жили, произошло ещё четыре расширения Зоны, так что теперь родной гарнизон оказался уже очень далеко от текущей границы. И добраться до него даже сейчас не самая простая задача. За время же обучения в Академии таких расширений может произойти не одно. А ведь я ещё даже не начал своё возвышение.
Другой цвет — цвет красный. Цвет ярости и исступления!
Должен вернуться туда!
Должен узнать, куда пропала мама.
Должен узнать, что случилось с сестрой.
Должен стать сильным!
Должен обрести Воплощение!
* Теневой Ликаон: https://author.today/reader/433488/4022905
*
* Летучая Медуза: https://author.today/reader/433488/4022908
* Зелёный Комар: https://author.today/reader/433488/4022906
Глава 2. Первый шаг
«Каждый рассвет — шаг в будущее. И я иду без оглядки.»
Астерон Неуязвимый
Собственно, за этими рассуждениями, в предвкушении исполнения мечты оставшееся время незаметно и пролетело.
Как подошла к своему завершению и пора жизни в интернате. Сюда мне более не вернуться в ближайшие годы, что бы ни вышло сегодня по итогу в Академии.
В последние дни были пройдены все процедуры завершения обучения. Я вместе с несколькими десятками мальчишек и девчонок получили свои выпускные грамоты о том, что прослушали обязательные образовательные курсы, посещали факультативные и подготовительные в зависимости от того, что запланировали наперёд, куда хотим направить свой дальнейший жизненный путь.
Вчера же прошёл и прощальный фестиваль, где ребята передали заботы о секциях, кружках, в которых состояли, своим младшим. Те в ответ пожелали удачи и достижения мечт, воспитатели дали последние наставления, поделились некоторыми советами, историями о будущей взрослой жизни. Не теми сухими премудростями, которые давались в ходе обучения и подготовки, а всяким полезным и интересным из своего личного опыта. Всегда бы так! В общем, славный был день… И даже для меня — достаточно нелюдимого, хотя стоит оговориться, что все мы тут такие — всё же почти у каждого история не краше моей.
С другой же стороны — за годы многие смирились, и их отстранённость, замкнутость практически сошли на нет. Может, сыграло роль то, что они оказались в интернате в более младшем возрасте? А может, воспитатели не зря всё же ели свой хлеб? Но взять ту же библиотеку — как на моей памяти, так и, судя по записям журнала посещения, никто в ней не провёл даже примерно столько же времени, как я. Можно сказать, что она стала моим личным кружком, личной вотчиной — всегда туда шёл, когда не был на занятиях, курсах или не выполнял комплексы упражнений. И редко, очень редко, когда кого-то там встречал — практически все предпочитали более активные занятия, более командные. За что и получали гораздо больше поощрений.
И если сперва у меня была цель посещений — поиск хоть какой-то информации о прошлом, хоть каких-то доступных упоминаний о своём гарнизоне, то впоследствии просто начал «пожирать» всё подряд, что находил на полках. А там чего только не было! Встречались даже книги из времён до Катастрофы. И не только энциклопедические, учебные, научные, но и художественные. До этого даже не подозревал о таком направлении в литературе.
Но стоит отметить, что у моих посиделок оказалось и ещё одно следствие — если изначально социализация моя хотя бы колебалась около нуля, то чем дальше, тем более она стремилась к совсем отрицательным величинам — близкими друзьями-товарищами так и не обзавёлся. Общение в рамках общих занятий было, работа в командах была, но на какой-то тесный, приятельский уровень так ни с кем и не вышел. Воспитатели всю плешь проели этим, но в конце концов смирились с тем, что книги для меня оказались большими друзьями нежели кто-то из сверстников, и искренне желали, чтоб хотя бы в будущем, когда стану Воином Предела, с кем-то сдружился-сошёлся, чтоб попал в группу, а не остался одиночкой.