Предел. Воплощение
Шрифт:
Готовые куски рыбы складывал пока что рядом на очередной плоский камень, предварительно обмытый. Тоже проблема — во что завернуть, как хранить пищу. Неизвестно, сколь долго ещё наше Испытание продлится и куда нас заведёт, так что готовые припасы лучше иметь под рукой.
Котелок меж тем закипел. Сняв с огня и заглянув в него, не увидел совершенно никакого осадка. Что ж, будем считать местную воду условно безопасной, но сырую всё же поостережёмся пить. Выложил камнями небольшую заводь у края воды, в которую и поставил котелок остывать. Должно сильно ускорить процесс — озёрная вода по ощущениям совершенно
Третьей мыслью, над которой ломал голову, было изготовление чего-то защитного от прямого свечения кристалла-гиганта. И здесь никаких конструктивных идей не было. Намотать на голову что-то из остатков запасной одежды можно, но дело-то не в напекании головы. Нужен какой-то весьма большой козырёк, который даст тень на глаза. Из чего его придумать — только Предел ведает! Или вот этот спящий товарищ, которого и потряс за плечо, будя.
Рассказал, озадачил Светлого, как тот чуть пришёл в себя после сна. После стольких приключений пара часов отдыха — ничтожно мало. Но и то счастье! Так что, подложив под голову рюкзак, улёгся рядом с костром, наказав Микту не забывать подкидывать остатки дров. После сна сходим за новой охапкой и со всем остальным разберёмся.
И удивительное ведь дело! Пока Микт спал, рёва-воя ни разу больше не звучало. Повезёт ли мне также?.. Не хотелось бы просыпаться от него. С этой мыслью и уснул…
Сказать, что пробуждение было лёгким — не сказать ничего. Ощущение такое, словно тебя Флегматичная Корова пережевала и выплюнула. Бр-р-р! Отвратительно! И нет, я не об ощущении, а о Звере. Это не та милашка из древних времён, что давала вкуснейшее молоко. Справедливости ради, его она и сейчас даёт, только вот вряд ли его кто-то осмелится выпить. Разве что больные на всю голову Ренегаты — те ничем не брезгуют. Потому как из травоядного безобидного животного она превратилась в плотоядного падальщика, подъедающего останки жертв Неостановимого Быка. Отвратительно! Повторяюсь, ну и пусть.
Кое-как осознав, кто я такой, что я такое, взбодрившись после ледяного умывания в озере, начал расспросы Миктлана:
— Ну, так как, есть какие идеи?..
— По костям, думаю, что смысла нет. У нас уже есть снасти, вполне рабочие, судя по твоим успехам, пока я спал, — ответил он. — По флягам из пузырей тоже не вижу, почему может не выйти толк. Если только окажется по итогу слишком хрупкой, но это проверять надо. А с прикрытием от света тоже идей нет.
— Эх ты! — посетовал я на безрезультативность, полученную от Микта.
— А что я? Нет ни у нас, ни в округе ничего подходящего! У нас даже нитки-иголки нет, чтоб что-то взять и вшить-пришить в качестве козырька к тряпкам, которыми можно обмотать голову. И той же коры нужного размера не найти. Она вон только у этих центральных деревьев есть подходящая. А соваться мы туда не будем! — выдал своё возмущение Светлый в ответ на мои вздыхания разочарования.
— Ладно, ладно, не кипятись. Кстати, о кипятке! Вода остыла? Пробовал?
— Остыла. Пробовал. Обычная вода. Совершенно обычная, — пробурчал Микт.
— Да? Ну и хорошо. Перекусим и идём дела вершить?
— Не, я не голодный ещё, — уже несколько веселее похлопал себя по животу опрашиваемый.
— Я в принципе тоже… — протянул я, прислушиваясь к ощущениям в своём. — Давай тогда
В нашем списке подвигов было всего два, а не двенадцать, как полагается. Первый — новая охапка дров, второй — фляги. И оба мы совершили! Надувать рыбий пузырь оказалось не особо гениальной идеей, и плевались потом ещё долго, но получили две фляги колбообразной формы, причём от простого падения ничего с ними не случилось. Как пустыми, так и заполненными. Магия вне Академии!
И ведь вдоль озера таких зон с деревьями с пяток насчитали только в том пространстве, что просматривалось. Почему такое сокровище никак не используется? Расточительно! А в неиспользовании мы были полностью уверены, потому как никаких следов деятельности, кроме как в том начале пещеры, не встречалось. Да и к ним возникали вопросики — слишком уж примечательная находка с перстнем, чтобы лежала нетронутой долгое время…
Кости рыбьи тоже придумали как использовать. В особо крупных рёбрах проковырял ножом отверстие поближе к месту их крепления к хребту, а после отправили на окаменение — теперь у нас было десятка два игл. Зачем нам они? Ну, раз Миктлан сетовал на их отсутствие, то вот закрыли брешь. Провернули это с костями от двух последних рыбин, а первую оставили нетронутой, решили сохранить их первозданно синими. На всякий случай. Вдруг ценные?
Проверка же целых кусков рыбы на предмет сушки всё-таки не прошла. Ни на тех отложенных сырых, ни на свежеприготовленных. Всё стало каменным, неразгрызаемым.
И Светлый таки выдал идею насчёт головных уборов.
Предложил он взять хвосты рыб, сделать пару дырок в их краях для пропуска завязок, бросить в зону, а затем вдеть кусок бечёвки и повязать сиё творение на голове. Не хочу даже знать, как он до этого додумался. Больной ублюдок! Нет, вы просто представьте себе эту картину, а потом скажите, что я не прав. Два парня, в достаточно потрёпанной одёжке, обвешанные рюкзаками, один с киркой наперевес. И у обоих на лбу хвостовой плавник, смотрящий в вашу сторону, буквой «V». Я б от таких бежал быстрее, чем от тех тварей из логова…
В целом же, резюмируя последние часы, можно было сказать, что мы полностью готовы продолжать путь. И припасы кое-какие появились, и отдохнули чуть — место оказалось спокойное, ни единой твари так и не заметили. Не только живых, но и мёртвых тоже — просматриваемый берег был чист и пуст от любых останков. Из-за этого спокойствия сразу путь продолжать и не стали. Посовещались и решили отоспаться. Впрок, так сказать. Заодно и осторожненько искупались на мелководье, далеко не забредая — мало ли насколько там крупные особи водятся на глубине. И какое количество. Пусть себе и дальше там водятся, а мы тут, с краешка, чуть-чуть.
Так как ту первую накопившуюся усталость победили, то на этот раз решили спать большими промежутками. Первым опять на отдых отправился Микт, я же занялся дальнейшим промыслом и не только — таскал дрова, готовил еду и ресурсы для той работы, которую выполнит Светлый, как проснётся. Не всё же мне одному вкалывать, как крестьянину на гильдейском контракте. И вновь Миктлану везло — неизвестный Зверь молчал всё время его сна. Мистика какая-то! Тоже так хочу.
А ещё мы решили сделать нечто «сказочное». Да-да, в том самом значении…