Пределы вечности

Дереча Екатерина

– Да, я знаю. Здесь заканчиваются наши земли, за кряжем каньон, а дальше земли Тирсов.

– Вы очень неосмотрительны в суждениях, госпожа Бретор, – мужчина направил ездового ближе к Рилинде и понизил голос. – Тирсов и Нильдов больше нет. Наследник императора завоевал и тех и других. Вы тому прямое доказательство – залог мирного соглашения и смены хозяина.

– Простите, конечно же теперь эти земли принадлежат императору.

– Ваш клан поддерживал старшего принца, верно?

– Мой батюшка считал, что Ринор Толант имеет больше прав на престол, чем его младший брат, – девушка передёрнула плечами, ощущая

между лопаток чей-то взгляд. Искать того, кто следит за ней, бессмысленно – она в окружении людей принца, даже этот его друг, притворяющийся балагуром-шутником, приставлен следить за невестой наследника. – Наши обычаи… обычаи Нильдов отличались от ваших. Теперь это уже не имеет значения.

– Вы правы, конечно же вы правы, – мужчина повторил слова Рилинды и улыбнулся, но его улыбка не коснулась глаз. – Что же касается старшего принца… его место подле брата, но не на троне.

Разговор перестал быть лёгким и Рилинда сделала вид, что ей любопытно наблюдать за окрестностями. Наследный принц ехал рядом с любовницей, окружённый охраной, а она, невеста, тащилась в хвосте колонны среди слуг и погонщиков. Если бы только Рилинда могла что-то изменить, исправить, она бы высказала венценосному жениху всё, что думает о таком пренебрежении, но она не посмела бы. Единственное, что могла сделать девушка – принять свою судьбу.

Перевалочные стоянки были устроены отцом Рилинды много лет назад, но до сих пор выглядели хорошо: приземистые бревенчатые домики, окружённые частоколом, да несколько низких полуземлянок служили временным приютом путникам не одно десятилетие. Когда-то здесь останавливались караванщики и погонщики, но с тех пор, как война пришла в земли Нильдов, торговцы избегали тракта – слишком опасно стало везти дорогие товары.

Наследный принц, его любовница и приближенные остановились в самом добротном доме, недавно отремонтированном и будто нарочно стоящем в отдалении от основных хижин и землянок. Пока слуги разжигали костёр и варили похлёбку, а наследник ужинал припасёнными яствами, Рилинда ждала, что кто-нибудь вспомнит о ней, но даже столь учтивый друг принца не проявил внимания. Наследница клана Нильдов неловко потопталась рядом с покосившейся оградой и под пристальным наблюдением стражников подошла к костру.

Большего унижения для невесты наследника императора и придумать было нельзя – просить постную похлёбку у слуг, чтобы не умереть с голода. Но Рилинде не пришлось просить, верная Гента отложила для госпожи самые вкусные кусочки, отрезала ломоть серого деревенского хлеба и даже нашла где-то полоску вяленого мяса.

– Не серчайте, госпожа, но больше ничего вам предложить не могу, – поклонилась служанка и смутившись отвела взгляд. – Кто же знал, что вам с собой и снедь надо было захватить? Мы ведь только одежду взяли, а оно вот так вышло.

– Спасибо, Гента, – на щеках Рилинды расцветал румянец, не то от стыда, не то от обиды. – Хотя бы не упаду в ущелье от голода – и то хорошо.

– Да вы что?! Богиня не допустит, защитит и проведёт дитя своё по достойному пути, – женщина сложила руки в молитвенном жесте и прижала их к груди. – Пресветлая Ваурта видит всех нас, госпожа, всех одарит она своей милостью.

– Иди ешь, а то сама без ужина останешься, – Рилинда отошла к забору и присела на грубо сколоченную лавку. Видел бы батюшка, как его дочь, на которую он возлагал

большие надежды, ютится рядом со слугами и жадно хлебает бульон без ложки.

Девушка невольно вспомнила румяные пироги с жирными гусями, подстреленными батюшкой на охоте, и наваристое жаркое из молодых куресов. Не так давно Рилинда вкушала за праздничным столом приготовленные кухаркой блюда и запивала их вкуснейшей наливкой, а теперь сидит на подгнившей трухлявой лавке и мечтает о куске хлеба. Принцу и дела нет до невесты, но ведь не мог он забыть отдать распоряжения. Или так хотел указать девушке на её место, что не погнушался морить голодом? Хотела бы Рилинда думать, что наследник императора не стал бы глумиться над ней, но слухами земля полнится.

Император не сходил с трона почти четыре столетия и за годы правления подавил всех, кто восставал против него. Таллы жестоки, мстительны и алчны, как кесурки, что тащат в свои гнезда блестяшки и разноцветные камушки. Говорят, старший сын императора не такой. Ринора Толанта уважают и даже любят в дальних провинциях, он стал наместником императора и отрёкся от престола под давлением отца.

Рилинда не верила в милосердие и справедливость. Много ли тех, кто наделён властью, но не утратил сострадательность? Станет ли сын императора проявлять человечность, будучи одним из Таллов, что всегда ставили себя выше остальных?

Девушка допила остатки похлёбки и принялась жевать вяленое мясо, пересоленное и жёсткое, как сердце наследного принца. Лотрим Толант так стремился сесть на трон, что дважды пытался связать себя узами брака с представительницами других кланов – сначала с наследницей Тирсов, а затем с вдовой правителя Анвиров. Обе помолвки стали причиной новых войн.

Тирсийцы и анвирцы оказались приверженцами старых традиций и не признали право Лотрима на престол. Наследник императора оскорбился и смял сопротивление, уничтожив всех не согласных. Тогда-то он и решил взять в жёны своих соплеменниц, но обе таллийки бесследно пропали.

Таллы уповали на равное происхождение, первая супруга императора была ниже статусом – ни она, ни дети от брака не имели права претендовать на трон. Рилинда даже задумалась о том, что именно старший принц убивает невест брата, чтобы у того не было законных наследников – без подтверждения зрелости Лотрим не сможет сесть на трон.

– Госпожа, вам и лечь куда-то надо, – Гента возникла так неожиданно, что Рилинда вздрогнула и оглянулась на стражников, приставленных к ней. – Поспрашивала я местных, но они говорят, что наследник распоряжений не давал. Слуг-то всех по домам распределили, а я вроде как к вам приставлена. Как и быть не представляю.

– Ну на улице нас вряд ли оставят, – задумчиво протянула Рилинда, отгоняя неприятные мысли. – Пусть я не дочь монарха, но всё же наследница Нильдов. Невеста наследного принца и…

– Полюбовница наследника ужинать изволила рыбой на углях да фруктовыми ломтиками, госпожа, – возразила служанка и тут же опустила взгляд. – Не пришлось бы нам на этой лавке ночь коротать.

– Не придётся, – Рилинда встала и, отдав миску, расправила плечи. – Я поговорю с женихом.

– Госпожа! Не надо! Не гневите его высочество, – Гента сначала согнулась в поклоне, а затем упала на колени и обхватила ноги девушки. – Не зима ведь, не озябнем, да и нам ли спорить с дракканами?!