Пределы
Шрифт:
К ним присоединились кадеты, и вскоре по двору двигалась длинная вереница худых извивающихся тел, размахивающих факелами. Мужчины выстроились в два ряда, образовав некий проход для командора Стэна.
— Я вижу его! — воскликнул рядом глупый Кори.
Толпа загудела, когда показался Стэн, а за ним двое мужчин, тащащих за собой огромные сани. Элой выбежал из ряда танцующих мальчишек и присоединился к своему мужчине. Тарин фыркнул. Элой снова показывал свой статус, однако его сложно в этом упрекать.
— Растопка! — выкрикнул Офер.
— Вот, — сказал Сокорро,
К Оферу подбежали ещё несколько мальчишек с такими же листами в руках. Офер поджёг бумагу, и ребята с визгом разбежались. А в это время мужчины громко ликовали и топали ногами.
— Если они обегут вокруг Костра и не уронят бумагу, то получат приз, — пояснил Тарину Сокорро. — Когда они вернутся, Офер разожжёт Костёр, таким образом встречая подарки Матушек. Затем мы все подожжём наши листы от факела Офера и кинем их в Костёр.
Командор Стэн с помощниками уже почти подошли. Вдруг мимо них пронёсся худенький мальчик с горящим листком бумаги, оставляя за собой искрящийся след.
— Да! — закричал Офер. — Маддокс добежал!
Вскоре из темноты вышли остальные мальчишки, посасывая обожжённые пальцы. Маддокс тем временем гордо рассказывал всем, как догадался сложить свой лист особенным способом!
Из офицерского здания вышел Титус, чьи неправильные волосы казались совсем странными при тусклом свете факелов. Он подошёл к Костру одновременно с командором Стэном, который радостно возвёл руки к небу, и в эту минуту Офер разжёг Костёр.
— Умри, Темнота! — прокричал Титус.
Костёр быстро разгорелся, и Офер со своим факелом поспешил отойти в сторону. Его тут же обступили мальчишки со свёрнутыми листками бумаги и, подождав, пока они воспламенятся, начали поджигать Костёр с разных сторон.
Тарин остался в стороне. Ему нравилось стоять в тени и наблюдать за происходящим.
Со всей суматохой с Костром кто-то оставил поднос с леденцами, чем Тарин тут же воспользовался и, стащив один, быстро засунул себе в рот. Как же хотелось вернуться в здание. Странно, но такое желание у Тарина возникло впервые. Он вздохнул. Нет, хочется не в здание. Хочется к моему мужчине.
Тарин смотрел, как Офер с гордостью достаёт из повозки каждый подарок и показывает его, чтобы все в общине могли громкими криками выразить благодарность Матушкам. На самом дне саней лежали мешки с мукой для Эдона с Тарином. А ещё там было так много ярких разноцветных коробочек, что Тарин совсем запутался, что это и для кого. Жар от Костра и громкие возгласы присутствующих слишком давили на Тарина. Он отошёл в темноту и встал позади всех, с другой стороны Костра. Нет, он никуда не уйдёт без Сокорро или Марта, но здесь было меньше народа и тише.
Наконец-то можно спокойно вздохнуть. Рядом никого. Казалось, без мужчин и мальчишек огонь стал гореть ярче и потрескивать громче. Искры то и дело разлетались в стороны, но сейчас Костёр
— Одно штрафное очко. Неуважение к офицеру!
— Вот дерьмо! — взвизгнул Тарин. Оказывается, он врезался в Джейдона и стоял на его ноге.
Тарин был обут лишь в цветочные подошвы, а на майоре были офицерские ботинки. Поэтому не было необходимости шипеть на Тарина и говорить:
— И ещё одно очко за причинение вреда здоровью офицера!
Тарин сжал кулаки, и его позвоночник приготовился к бою. Сейчас Тарин находился один на один с мерзким майором. Неужели Джейдон специально пошёл за мной? Тарину было наплевать. Он больше не должен вести себя как Тарин-добыча.
— Мы связаны! — зарычал он и кинулся на своего врага. Пусть Джейдон большой, но он не охотник. Он простой цивилизованный мужчина, который не ожидал нападения. Поэтому он лежал на земле, а на нём сидел рычащий Тарин и что есть мочи душил его. Тарин с силой давил на шишечку на горле Тухлого Яйца.
Однако Джейдон оказался сильным и, запаниковав, быстро сбросил с себя Тарина.
— Драный дерьмоед! — заорал Тарин, когда увидел, что на штаны перекинулось пламя. Борясь, Тарин с майором подкатились к самой кромке костра. — Я горю! — Тарин отпустил горло Джейдона и начал хлопать руками по штанам, стараясь потушить огонь.
Громко кашляя и пытаясь восстановить дыхание, Тухлое Яйцо рассмеялся. А потом он схватил Тарина за запястья и смотрел, как тот извивается. Тарин дёргал горящими ногами и случайно с силой заехал Джейдону по яйцам. Тарин и его враг откатились в разные стороны и застонали. Тарин быстро затушил искры на штанах и, посмотрев на свои красные, покрывшиеся волдырями руки, всхлипнул.
Хоть ноги остались целы, а вот новые штаны почернели… Тарин кое-как поднялся на колени, готовясь броситься на Джейдона и выдавить ему глаза. Однако тот уже встал.
— Послушай меня, ты, грёбанное дважды пойманное ничтожество. Я тебя уничтожу. Но не сегодня. Слишком легко. Нет, я сделаю это медленно. Но сперва твоего драгоценного капитана лишат звания и заставят выносить вёдра с дерьмом. Он у тебя теперь инвалид. Ему здесь не место! И ты увидишь, как я избавлюсь от него. И ты не остановишь меня! Гаррик будет опозорен, унижен и сам откажется от тебя!
Джейдон резко развернулся и ушёл прочь.
Тарина вырвало леденцом, и он отполз в темноту. Никто не видел драку, и Тарин не хотел, чтобы его обнаружили, пока он не пришёл в себя. Тарин прекрасно понимал, что Джейдон не будет сейчас докладывать о произошедшем. Конечно, ведь он сможет использовать это против Тарина с Гарриком позже. Сюда доносились громкие радостные возгласы мужчин и мальчишек, когда Офер со Стэном доставали всё новые подарки. Тарин всхлипнул. Руки болят, но, что хуже всего, сейчас голова и позвоночник пришли к согласию. Тарину надо бежать. Если он останется, Гаррика уничтожат, и Джейдон выиграет.