Предок
Шрифт:
В подвалах Монастыря лежало много удивительных человекообразных скелетов. Трехглазые, рогатые люди, люди с длинными, как копья, руками и люди с грудью, в которую легко поместились бы два шамана. Монахи не изгоняли мутантов, а те исправно сражались с пауками. Но мутации усиливались, и спустя несколько лет стали рождаться существа, уж вовсе не похожие на людей. Вот когда жителям стало страшно, и часть из них навсегда покинула Монастырь. Может быть, именно тогда отсюда ушел в Степь Настоятель Пси, чтобы поселиться там в загадочных Песчаных Пещерах, а может быть, это случилось позже… Питти не все мог понять в летописях, выбитых на каменных плитах. Он не знал, из-за чего началась схватка в стенах самого Монастыря, кто первый начал битву.
Никого, потому что Бияша он не признавал. Питти знал, что мутант втайне обижается за это на творение древних. В какой именно момент родился Бияш, Питти тоже не мог определить, в летописях про него ничего не говорилось. По рассказам самого Бияша, он был похож на человека едва ли не больше всех своих сверстников. Единственное, что отличало его от родителей внешне -отсутствие волос и половых органов. Так всем казалось до тех пор, пока ребенок не вывалился из окна на камни. Он умер, а потом ожил. Тогда монахи и поняли, что он не просто мутант, а одно из самых страшных и непонятных созданий, порожденных Зеленым Огнем. Малыша подвергли испытанию Вечным Мостом, и Мост отказался держать Бияша над пропастью.
Сам Бияш никогда не говорил, что он "родился", предпочитая слово "возник". Действительно, можно ли говорить о нем как о человеке, если сам он не может продолжить свой род? Если понятие "род" вообще неприменимо к такому существу? К мутанту отнеслись хорошо - его не сбросили в пропасть и позволили жить в Монастыре. Много лет он осознавал сам себя, а потом однажды прыгнул вниз. Очнувшись у ручья, Бияш поднялся и побрел по ущелью. Он сам отыскал дорогу через подземелье и ушел в большой мир удовлетворять проснувшуюся в нем жажду знаний. Мутант хотел исследовать окружающее, он чувствовал, что просто обязан знать все. Бияш бывал везде, посещал и Лес - когда Питти еще не родился. Белка однажды уловил в словах безволосого намек на Болото, лежащее за Лесом. "Там, - говорил он, - я узнал много интересного…"
Бесполого Бияша всегда называли "он" - вероятно, из-за могучего сложения. Бронзовокожий, он превосходил ростом всех известных Питти людей, а его мощные мускулы не так давно смогли несколько долгих мгновений противостоять смертоносцу… Тогда это спасло шаману жизнь, но мутант преследовал другую цель.
Смертоносец-Повелитель однажды приказал казнить Бияша, появившегося в Городе. Бияш ожил, исхитрился как-то убить нескольких Восьмилапых, потом - пытавшихся схватить его людей… Он забавлялся, бессмертный, способный каким-то образом восставать, даже будучи сожранным. Однако вдали от Зеленого Огня он слабел и всегда возвращался в свое подземелье, поближе к покинутому Монастырю, где в тайнике продолжало гореть дававшее ему силы пламя. "Святая Земля", - говорил Бияш о Монастыре, так это место называли древние жители.
Тогда Смертоносец-Повелитель приказал своим подданным не убивать мутанта, а закутать в паутину и доставить к нему во Дворец. Питти представил себе, что это именно он, бессмертный, сотни лет лежит в тенетах, в вечном полумраке… Ничего удивительного, что, узнав об уготованной ему судьбе, мутант принял сторону людей, к которым раньше относился не слишком хорошо.
Они потревожили его покой, вторгшись в подземелье во время отсутствия Хозяина. Они убивали его слуг, карликов
Всю историю запутывал Предок со звезд… Маленький лысый человек обладал какой-то чудовищной властью, но тем не менее стремился подчинить себе Бияша. Зачем?.. Мутант говорил, что Предок ведет борьбу со своими сородичами. Какую? И зачем ему мутант?
Питти не был уверен, что сможет понять ответы, доведись ему даже получить их. Если предки были именно такими людьми, когда ушли на звезды, то внизу теперь живут мутанты… Или наоборот, звезды сделали предков не похожими на людей?.. Шаман споткнулся и свалился в снег.
Широко разинутый рот жадно тянул холодный воздух, легкие жгло огнем. Питти заставил себя встать и побрел, шатаясь и оглядываясь. Куда он забежал, не пропустил ли место подъема?.. Вот впереди что-то чернеет на снегу. Кашляя, скользя, шаман добрался туда и увидел замерзшего карлика. Да, это здесь. Снег будто грыз покрасневшие руки множеством крохотных и острых зубов. Сверху вдруг посыпались твердые холодные кусочки, один больно царапнул по щеке.
– Питти?!
– проезжая мимо на заду, воскликнул Тэг.
– Я, - согласно выдохнул Белка, провожая охотника глазами.
– А я к тебе бегу!
– продолжил Тэг уже снизу.
– За помощью, там жуть что творится, все лезут и лезут! А ты почему один?.. А Касу мою не видел?
– Помощь… Сзади… - Питти старался дышать носом.
– Не… видел.
– Как же так?
– расстроился степняк.
– Ну, ладно, побегу дальше, может, она сама сюда идет… Питти провожал охотника глазами, пока не успокоил дыхание. "Все лезут и лезут…" Надо, пожалуй, смотреть по сторонам, а не нестись сломя голову. Класа с этими лентяями, Пожирателями Гусениц, скоро ждать не приходится, латорги согласны сражаться только на конях… И даже карлики неуправляемы… хотя Бияш оставил шлем. Питти пообещал себе обязательно передать командование Класу, если в этот раз удастся отбиться.
Забравшись, наконец, на склон, он пошел по узкой тропе, то и дело спотыкаясь об неубранных отсюда замерзших карликов. Попадались женщины, тоже с молотами и в точно таких же шлемах, детей не оказалось. Рассматривая их ничего не выражающие лица, Питти отвлекся и вздрогнул, когда ветер донес до него чей-то вопль. Кажется, кричали что-то о смерти… Шаман ускорил шаг, потом не выдержал и снова перешел на бег. Когда впереди показалась спина стоящего на чем-то Олли, Питти выхватил нож. Олень выпускал стрелы одну за другой, и в колчане их оставалось все меньше. Две, одна… Вот рука Олли уже зашарила в пустоте, и тут же лучник завертелся, срывая с себя колчан, не веря, что он уже опустел.
– Дай мне топор!
– крикнул Питти, протискиваясь мимо него.
– Не ходи туда, там тесно!
– Олли уже отшвырнул колчан, нагнулся и вдруг вытащил горсть стрел откуда-то снизу. Шаман увидел, что Олень стоит на трупах латников, у нижнего из которых еще остались стрелы.
Питти остановился на этом возвышении и окинул взглядом схватку. Шогга размахивал топором возле самого камня, стараясь подрубить ноги влезшим на него воинам. Воины неловко подпрыгивали, стараясь спастись и от сверкающего лезвия, и от жалящих копий двух степняков. Ближе, за их спинами, Канни стоял над кучей катающихся по камням тел и время от времени наносил могучие удары. Никто не кричал, лишь раздавалось громкое хриплое дыхание бойцов, да Таффо что-то рычал, силясь выбраться из-под навалившихся на него врагов.