Предок
Шрифт:
– Мы хотели… - замялась девушка.
– Я не знаю, что мы хотели, но сейчас у меня на шее трое паучат, один другого хитрее, и мне нужно, чтобы никто их у меня не отнял. Вот и позаботьтесь об
– этом, а я пойду смотреть, как Урма с новым другом завтракают.
– Вот-вот, - вздохнул Питти.
– Все сводится к тому, что надо обо всех заботиться. Клянусь тебе, Клас, именно этого я не хотел никогда. Да и не смогу. Рокки - единственный, о ком я в состоянии позаботиться. Где он, кстати?
– У Лолы. Но что же будем теперь делать?
– не понял Клас смысла речи шамана.
– Как что? Пойдем к Кабаньей Голове. Может быть, нас там убьют, и
Первым проснулся Шогга. Время было еще очень раннее, и Олень хотел было подменить караульного. Обойдя несколько раз вокруг костра, он с удивлением убедился, что никакой охраны нет.
– Как же так?
– пробормотал он.
– Вчера ведь договаривались…
Недоумевая, он растолкал похрапывающего Канни и поделился с ним своим открытием. Тот только сплюнул на холодные угли.
– Разве с этими степняками можно хоть в чем-то быть уверенным?
Вечером вместе с Килком они пошли на замеченный еще сверху огонь, однако наткнулись не на ушедших со скал раненых, а на Пожирателей Гусениц во главе с Дорни. Посланные поближе к местам возможных боев, мужчины племени - в нарушение своего самоназвания - пожирали кроликов, причем достигли в этом больших успехов, судя по множеству валяющихся вокруг костей. Поделившись с ними новостями, все трое поужинали и завалились спать.
– Надо бы поискать своих, а, Шогга? Посмотри на этих обжор, их может перерезать любой ребенок. Как они выжили в Степи, среди скорпионов?
– Мне кажется, с тех пор, как они оказались в Горах, каждый потолстел раза в три. А вот Килк остался, каким был… - Шогга натянул сапоги, поправил пончо и принялся развешивать на себе оружие.
– Ты прав, пойдем, вот только этого задиру стоит взять с собой.
– Как скажешь, - согласился Канни. Разбуженный Килк хмуро оглядел стойбище, но ничуть не удивился, хотя сам же накануне взял с Дорни слово выставить караульных. Вместо того, чтобы возмущаться, степняк встал на ноги, подобрал копье и сразу оказался готов идти.
Двигаясь как можно тише, все трое покинули Пожирателей Гусениц и направились к подземелью. Канни настойчиво предлагал перемазать лица спящих золой, но более рассудительный Шогга остановил его. Зачем нам лишняя ссора? Ведь если все получится, мы еще вернемся сюда из Леса.
– Ты думаешь?
– почесал Канни затылок и, недоверчиво покосившись на Килка, негромко спросил: - А ты не скучаешь по Лесу?..
– Скучаю, - согласился Шогга.
– Но это местечко куда безопаснее. Кроме того…
– Безопаснее?!
– во весь голос изумился его сородич.
– Да, оно было безопасным, но теперь безопаснее сидеть посреди Степи и ждать патрулей со всех сторон! Ты ж слышал: сюда рвется целое воинство этих смертоносцев! Ты в самом деле собираешься привести сюда свою семью?
– А что делать?
– вздохнул Шогга.
– В Лесу скоро людям никакой жизни не станет, когда насекомые размножатся. И земли наши уже ими захвачены, зверья-то не осталось… А тут кролики. Ты обратил внимание, что они немного похожи на наших зайцев?
– Нет… Зайцы больше в десять раз! Да и кролики не кусаются - что же тут похожего?.. А вот я, Шогга, решил не возвращаться. Попутешествовал - и хорош. Прибьюсь
– А если придут смертоносцы? Побежишь через Степь сюда - один, со всем семейством?
– вставил слово Килк, который только удивлялся такому наглому предательству.
– А ты уверен, что тебя здесь с радостью встретят?
– А ты? Ты уверен, что здесь останется хоть кто-то живой?
– огрызнулся Канни.
Шогга придержал опасно наседающего на степняка Канни, но промолчал. Слова сородича запали ему в душу. Действительно, что бы ни говорил сумасшедший шаман Питти, но теперь в Монастыре не самое подходящее место для искателей спокойной жизни. Откуда-то спереди порыв ветра донес запах жарящегося мяса, и все трое одновременно потянули носами. Не позавтракавшие желудки требовательно заурчали.
– Хорошо бы это были наши… - помечтал Канни.
– И хорошо бы Локки не успел все сожрать. Локки не успел: они выскочили на полянку, облюбованную Таффо для стоянки, в самом начале трапезы. Все были рады, даже морщившийся от сильно беспокоившей его раны в плече Олли. Великан со сломанной ногой, вдоль которой теперь покоилось множество прикрученных Элем палок, выглядел свежим и отдохнувшим.
– А мы как раз вас вспоминали!
– отрывисто говорил он в перерывах между едой.
– Таффо, вы слышали, собрался меня тут оставить! А я ему говорю: поползу за вами - что будете делать?.. А у Эля вот прошу копье на костыль - не дает. Какой же ты друг после этого?
– Копье - это оружие, а не костыль, - обиделся степняк.
– Я и так о тебе заботился как мог, а теперь сам отыщи палку. Я предлагал шесть раз, ты отказался.
– Ты предлагал! Ха!
– веселился Локки, обнимая Эля за шею.
– Да, ты не виноват, что здесь почему-то не растет прямых деревьев. А все-таки твое копье мне подходит в самый раз, длина что надо - в подмышку упереть. А на острие хорошо приладить чурбанчик, насадить покрепче - вот я и не буду нигде проваливаться, резво поскачу! Ну, ладно, ладно, шучу я… - А что Томас?
– вдруг вспомнил Килк.
– Он жив? Не вижу его.
– Да вон, в кустах, - проворчал Таффо, которому бодрость Локки совсем не нравилась.
– Что с ним сделается?.. Лежит, постанывает, всю ночь спать не давал - вот и откатили немного в сторону. Небось скорпион не утащит.
– Земля дрожит, - вдруг сказал Олли, и все прислушались.
Действительно под ногами ощущалась отчетливая дрожь, а вскоре и уши всем сообщили о приближении латоргов. Люди перестали есть и осторожно подкрались к прикрывающему их от лугов кустарнику. Ко всеобщему облегчению, суровые воины, разыскивавшие выход на пригодные для конных сражений равнины, промчались мимо, не обратив внимания на дымок костра.
– Хорошие ребята, - высказал общее мнение Таффо.
– Но совсем спятили взаперти.
– Это вы здесь?
– тихонько спросил Тэг, появляясь из зарослей.
– А я просто от латоргов спрятался, а потом слышу: вы здесь.
– Ну, и чего тебе надо?
– недружелюбно поинтересовался Локки, хватая с углей последний кусок.
– Завтрак окончен, мы уже уходим.
– Питти просил передать, что вам надо идти к Кабаньей Голове. Он говорит, будет штурм, и карлики не справятся. А Бияш сказал, что их там много померзло этой ночью… - Тэг сделал круг возле костра, но ничего съестного не нашел и разочарованно закончил: - Ваш долг в этот трудный миг - встать стеной на самом опасном участке!