Предок
Шрифт:
Конрад снова достал изрядно надоевшую шаману черную штучку, опять в нее что-то неразборчиво забурчал. Элоиз переводила взгляд с Питти на Класа, ничего не понимая. Степняк тоже имел довольно глупый вид. Дорни не отреагировал на произошедшее совершенно никак. Питти загадочно молчал, поглаживая насупившегося Рокки.
– Ну вот, - наговорился наконец Конрад.
– Вот и все. Спасибо тебе, Питти.
– Теперь твоя очередь, - напомнил шаман.
– Я свое дело сделал, теперь ты должен нас спасти.
– Не спасти, а попытаться уговорить Повелителя Армии, смертоносца Тратануса, пощадить вас, - возразил Конрад.
– Это я сделаю в самое ближайшее время.
– Не забудь
– Что?
– Не забудь обо мне, - повторил Питти.
– Ты обещал, что мы будем говорить с этим Тратанусом втроем. А иначе я прямо отсюда отправлюсь раскапывать Сгусток, всем рассказывая, что это ты меня надоумил.
– Хорошо, хорошо!
– досадливо всплеснул руками Конрад.
– Уймись. Хотя никуда ты не можешь пойти, да и рассказать мало кому сумеешь. Вообще, не пытайся меня пугать, это смешно. Я, правда, думаю, что проще и лучше было бы мне поговорить с ним одному… Но как хочешь, шаман.
– Ты как-то неуважительно это сказал?
– поднял бровь Питти.
– Да нет, занятие как занятие, - хмыкнул предок.
– Я позову тебя, жди.
Конрад часто замерцал, а потом пропал вовсе. Элоиз несколько раз открыла и закрыла рот, а потом налетела на шамана с расспросами. Питти отвечал немногословно, но значительно, важничал как мог. Его забавляло, как счастлива эта девушка оказаться взаперти, в опасной близости к рвущимся сюда смертоносцам - зато рядом с обожаемыми паучатами. Она хотела бежать к ним немедленно, но Питти не разрешил. Хотелось еще посидеть здесь, в прохладной тишине, прежде чем отправиться на разговор с Повелителем Армии - разговор, от которого зависела жизнь всех его друзей. "По крайней мере, мир я спас", - подумалось ему.
Если, конечно, его не погубит Дорни, уж очень странно на степняка смотрел Бияш. А еще он сказал: "Увидимся", - что тоже внушает надежды. Может быть, мутант решил перехитрить всех? Позаботиться о малышке Лоле… Питти и так не забывал о ней, все-таки именно он подобрал ее, бежавшую из Песчаных Пещер. Что ж, остается только решить, что сказать Повелителю - и, может быть, все сразу станет хорошо.
Глава 16
Маленькая Пси поднялась на рассвете. Спали все: и степнячки, и утомленный переживаниями Томас, и стороживший его Тэг, - только смертоносцы находились в состоянии какой-то полудремы. Девочка поднялась, прошла к ручью и тщательно умылась, стараясь держаться подальше от крабов. Вечером она решилась, а значит, ждать больше нечего. Возвращаясь к стоянке, она подавила в себе желание разбудить Стэфи. Пускай спит, мало ли еще как все получится.
Ягод у нее, к сожалению, не было, да и Бияш куда-то потерялся. Что ж, рой вчера ей поверил -почему бы ему не поверить и сегодня? Ведь теперь она будет просить не только для себя. Лола собиралась немного схитрить: сказать полосатикам, что пауки замышляют опутать их жилище паутиной и переловить всех пчел. Они должны поверить, ведь это очень похоже на правду. Кроме того, рой… дурачок.
Лола даже сама застеснялась этих мыслей. Обманывать тех, кто тебе верит - нехорошо. Но ведь полосатое семейство от этого не сильно пострадает. Конечно, многие пчелки погибнут, но для роя это, как для человека волосы - отрастут. А уж Лола позаботится, чтобы у него было много ягод. Она даже спросит у Бияша, где они растут, и покажет это место пчелам. И почему они сами о нем не разузнали?..
Добравшись до поляны перед ущельем, Лола увидела, как сразу взлетели все пасущиеся там пчелы. Они окружили девочку кольцом и так
Но пока надо было заставить кое-что сделать себя. А именно - не мечтать. Нужно постараться стать взрослой, хоть ненадолго. Лола решила завладеть всем вниманием роя и подошла к самому ущелью, оказавшись почти под гнездом. Рой удивился, но не изменил своего отношения. Пчелы теперь подолгу зависали над ее головой, прежде чем лететь пастись или вернуться домой.
– Рой! Тебе угрожает опасность!
– Лола не слышала своего голоса за гудением, и так было даже лучше. Она немного подождала, чтобы пчелы успели понять.
– В Горы пришли пауки, много пауков, и те люди, что вместе с ними, - помогают им!
– Теперь следовало сделать паузу, чтобы рой успел встревожиться.
– Они переловят в паутину всех пчел и порушат гнездо!
Больше говорить ничего не пришлось. Рой соображал гораздо быстрее, когда она обращалась к нему здесь, у самого гнезда. Пчелы сновали к девочке и обратно, совсем, кажется, перестав заботиться о пище. Их собралось очень много, Лола уже ничего не видела за их полосатыми телами.
Рой пришел в ярость. Лола зажмурилась, потому что от поднятого крыльями ветра слезились глаза, и смотрела в его сознание. Это было страшно. Рой посылал на бой пчел-солдат - не менее хладнокровных убийц, чем смертоносцы. А вместе с ними летели обычные пчелы, все вместе. Этот рой действительно был сумасшедшим. Лола чувствовала, что может сейчас войти в его пустеющее гнездо и остаться там навсегда - такой любовью сочились мысли о ней. Ее будут кормить, она станет своей. Ее защитят от всех врагов, потому что Лола - единственный друг, больше чем друг. Рой не умел дружить, но умел любить. Потому что умел ненавидеть.
Гнездо опустело, но несколько пчел остались возле девочки, готовые ее защищать. А сам рой полетел на битву с обидчиками. Все произошло так быстро, так просто, что Лола даже испытала что-то вроде разочарования. Дурачок.
Лола видела все. Пчелиная Армия вылетела через противоположный выход из ущелья и устремилась к расположению Армии пауков. Именно они, Восьмилапые, были главными врагами. В рассветной прохладе смертоносцы, разойдясь на удобное для каждого расстояние, дремали, широко расставив конечности. Несколько десятков, может быть, даже больше. Ничто не предвещало нападения, все произошло слишком стремительно. Они почувствовали угрозу в самый последний момент, но даже и узнай они об этом раньше, спастись пауки уже не могли.
Началась ужасная битва. Пчелы десятками гибли, жаля смертоносцев, и в каждого впивались по два-три солдата, обладающих мощными челюстями, предназначенными совсем не для пережевывания травы. Пауки превращались в полосатые клубки, они бежали, немыслимо живучие, пытаясь где-то спастись, и замирали, убитые болью, растерзанные.
Несколько воздушных шаров покачивались в воздухе - они стали второй мишенью для Армии пчел. Находившиеся в них Восьмилапые успели обменяться командами, несколько полетели в сторону Степи, остальные остались наблюдать, полагая себя в безопасности: пчелы редко поднимаются так высоко. Но теперь рой действовал целенаправленно. Всей своей массой он прошел через шары, и они падали вниз, покрытые умирающими пчелами. Лоле хотелось крикнуть, что ни шары, ни корзины жалить не надо, но слова замерли у нее в горле. Потом рой настиг тех, кто пытался улететь.