Предположительно
Шрифт:
— Не хочу, чтобы кто-то подумал, что мы из трущоб.
Поэтому я не могла ничего с собой поделать. Почистила ногти, завязала волосы в пучок, утопила лицо в лосьоне и надела платье не по размеру под свою лучшую пару джинсов. Вчера вечером я постирала свои шнурки средством для мытья посуды. Они были все еще влажными, когда вдевала их в кроссовки.
Беру с собой Новенькую, потому что она, кажется, разбирается во всей этой юридической ерунде. Она дает мне свой черный свитер взамен платья.
Отмечаясь, мы просим разрешения поехать в город, чтобы помочь в центре продовольственной помощи.
Зайдя в высокое стеклянное офисное здание, мы обнаруживаем, что на стойке охраны уже лежат наши имена. Мы заходим в лифт, который поднимает нас на двадцать восьмой этаж. У нас закладывает уши. Новенькая стучится в офис номер две тысячи восемьсот один. Нервное напряжение переполняет меня. Женщина распахивает дверь. Ее улыбка меркнет, при виде синяка, который оставила на мне Келли.
— Ну, привет, — шокировано говорит она, и я узнаю голос, который слышала по телефону. — Проходите.
Мое сердце уходит в пятки. Это ошибка. Мисс Кора совсем не похожа на юриста. На вид, ей лет восемнадцать. Она выглядит слишком молодо в своих свободных джинсах и красном свитере. И она индианка. Мама говорила, что они занимают все рабочие места для иммигрантов. Мне не нужен еще один плохой юрист, несмотря на то, что я даже первого своего не выбирала. Новенькая легонько подталкивает меня и входит внутрь. Я сохраняю спокойствие и следую за ней.
— Я рада, что вы смогли прийти, — говорит она. — Сюда.
Ее офис маленький, но очень опрятный. Он уставлен полированной мебелью из красного дерева и искусственными растениями. В комнате имеется полка с толстыми учебниками, похожими на энциклопедии. Как те, что я читала в доме Алиссы. Она проводит нас в небольшой конференц-зал. Молодой белый парень в очках в тонкой черной оправе ставит тарелку с печеньем на стол, рядом с бутылками воды.
— Это Терри, мой ассистент. Терри поздоровайся с этими милыми дамами.
— Рад встрече, — говорит он, протягивая руку. Я не жму ее.
Мы садимся и молча смотрим друг на друга, не зная с чего начать. Очень хочу взять печенье. Оно выглядит таким аппетитным, а я умираю с голоду, но не хочу показаться прожорливой. Она смотрит на меня, затем, на печенья и подталкивает тарелку в моем направлении.
— Вот, угощайтесь. Можете взять несколько. Они здесь для вас.
Я раздумываю над этим и беру две штуки. Новенькая берет четыре.
— Вода, — предлагает Терри. Я беру бутылку. Фиджи. Есть такой остров.
Интересно, вода действительно оттуда?
— Во-первых, позвольте мне начать с того, что я была очарована... просто очарована твоим делом с самого первого дня. Фактически, с самого поступления в юридический, — говорит мисс Кора. — Если не ошибаюсь, тебе тогда только
Она знает про мой день рождения. Не уверена, что даже мама про него помнит.
— Итак, я с самого начала считала, что они недобросовестно подошли к рассмотрению твоего дела, — продолжает она. — И абсолютно субъективная точка зрения, освещенная в СМИ, которая преследовала тебя, ребенка, еще до того, как ты зашла в здание суда... это было неэтично. Я не знаю всех деталей, но уверена, что твои показания — твои обдуманные взрослые впечатления от того, что произошло той ночью — могут кардинально изменить результат. Но сначала мы должны иметь в арсенале достаточно убедительных доказательств, чтобы уговорить судью рассмотреть апелляцию. И самое сложное: убедить судью возобновить дело покойного младенца.
— Алиссы, — говорю я.
Я ненавижу, когда люди называют Алиссу просто погибшим младенцем. У нее было имя.
— Алиссы. Верно, — она улыбается. Терри ерзает на своем стуле.
— И после всего этого я получу... эмансипацию. Правильно?
— Всему свое время, — говорит мисс Кора.
Откидываюсь назад, потягивая воду. Я серьезно собираюсь заняться этим? Я серьезно собираюсь открыть эту банку, полную червей и грязных секретов?
Мисс Кора смотрит на меня и улыбается.
— Мэри, что для тебя сейчас важнее всего?
Я потираю живот, прекрасно понимая, что у меня стоит на первом месте.
— Чтобы малыш остался со мной.
— Хорошо, это то, за что мы будем бороться, — говорит мисс Кора, ударяя кулаком по столу.
— Но... у меня совсем нет денег.
— Оставь это мне, — она улыбается, дружелюбно и искренне, но волоски на моих руках поднимаются.
Никто не бывает добр просто так. Пришло время бежать! Это ловушка. В смысле, она даже не выглядит так, будто хочет меня провести, но я обманывалась и прежде. Не могу снова допустить такую ошибку. Не с Бобом. Но куда я побегу? Может, Новенькая права. Я не могу выступать простив взрослых в одиночку. Может, эта леди сможет помочь мне.
— Ладно... что от меня требуется? — спрашиваю я.
— Ну, прежде всего, я хочу, чтобы ты рассказала мне обо всем, что произошло той ночью. От начала и до конца.
Я прикусываю свой язык настолько сильно, что чувствую вкус крови. Она имеет в виду, что НА САМОМ ДЕЛЕ произошло? В смысле, я даже не знаю этих людей.
— Мэри, можешь довериться нам, — говорит мисс Кора. — Мы хотим тебе помочь.
Она наклоняется через стол и пытается взять меня за руку. Я отдергиваю ее.
Они с Терри обмениваются обеспокоенными взглядами. Новенькая аккуратно подталкивает меня локтем и кивает.
— Сделай это, Мэри, — говорит она.
Я смотрю на этих незнакомцев, у меня в горле образуется комок. Как я могу рассказать им то, что произошло на самом деле? Они возненавидят меня.
— Вы подумаете... что я ужасный человек.
Мисс Кора качает головой.
— Мэри, поверь мне, — говорит она. — Изменить обстоятельства можно лишь изменив свой подход к ним. Это пугает, знаю, но тебя никто не осудит. Я здесь, чтобы помочь тебе, но смогу сделать это, только если ты расскажешь мне всю правду.