Представитель
Шрифт:
Проехав вдоль ограды метров двести, Густав остановился напротив входа в небольшой магазинчик, торгующий всякой мелочью и не приносящий ни гроша прибыли, да и не рассчитанный на это.
Птюч выбрался из машины и, бросив взгляд на стоявшую напротив сторожевую вышку, зашел в магазин.
За прилавком стоял худой загорелый человек в клетчатой рубашке и с трехнедельной седой щетиной на впалых щеках.
— Добрый день, — сказал Густав и улыбнулся.
— Здравствуйте, мистер. Чего-нибудь хотите купить
— Посмотреть на вас? — Птюч удивленно поднял брови.
— Ну да, как-то ко мне зашел один парень и очень обрадовался, когда увидел меня за этим прилавком. Он закричал: мистер Салливан, это вы? А я ему сказал: а в чем дело? А он мне и говорит, слышал, дескать, что вы умерли…
Салливан замолчал и, достав из кармана старую зубочистку, воткнул ее в рот.
— Ну а что же вы? — поинтересовался Густав, оглядывая полки магазина и прикидывая, что бы такое купить для оправдания визита.
— Я сказал ему — не дождешься, и наподдал пониже спины.
— Это правильно, — согласился Густав. — А нет ли у вас штопора?
— Штопора? Штопор у меня найдется. Только какой вам нужен — винный или для алезийских огурцов?
— А зачем для огурцов штопор?
— Внутри у них косточка находится — очень ядовитая. Поэтому, как только огурец срывают, из него этим штопором выкручивают косточку и выбрасывают… А огурец можно съесть.
— Здорово. Но мне нужен обычный штопор, а в алезийских огурцах я не разбираюсь.
Салливан довольно улыбнулся и полез под прилавок искать затребованный предмет. А Густав снова оглянулся и посмотрел на вышку через грязное стекло витрины.
— Что, интересуетесь военной службой? — неожиданно спросил продавец и положил на прилавок старый нож для прививки саженцев. — С вас двадцать кредитов.
— Да нет, просто подумал, что вам, наверное, надоело смотреть на эти вышки и стену.
— Конечно, надоело, тем более что солдаты сейчас пошли — лишь название одно.
— Это вы к чему? — спросил Густав, выкладывая на стол деньги и забирая ненужный ему предмет.
— Это я к тому, что службу несут не по правилам. Целую смену курят и морды выставляют — стреляй не хочу. Но это еще ерунда, вот если подняться в мою комнату, на второй этаж, то прямо из окна можно увидеть электрический щиток, который висит на стенке вышки. Одна пуля — и пожалуйста, замыкание. А замыкание — девяносто процентов, что ворота сами откроются.
— Да ну? — восторженно заулыбался Густав. — А откуда вы это все знаете?
Салливан выдержал королевскую паузу, а затем сказал:
— Двадцать лет прослужил в императорской армии. В отставку вышел сержантом, получаю пенсию.
— Тогда все ясно, — произнес Птюч, готовый пожать старику руку. — Ну ладно, всего вам хорошего…
— И вам того же, — покивал головой
Густав вышел из магазина и уже без прежней неприязни посмотрел на высокую стену. Теперь он знал, где у нее слабое место.
Забравшись в машину, Птюч принялся наконец за пончики и, съев их все до одного, почувствовал себя почти счастливым.
Дел впереди было еще много. Предстояло рассортировать людей и выбрать из них лучших. Затем доставить их в город и рассадить по крышам. Еще следовало держать связь с генералом Фолсберри, который должен был позаботиться, чтобы ни один истребитель и ни одно десантное судно на орбитальных позициях не могли прийти на помощь местному гарнизону.
Глава 99
Ранний утренний час застал Майка в головном офисе Отто Либнера. Заспанный связист банка тоже был поднят из постели чуть свет, чтобы попасть в рабочие часы на Паккайдоне, планету, где находилась штаб-квартира «Клаус Хольц компани».
Либнер самолично проверил депешу, которую составил Майк, и трясущимися от волнения губами пролепетал, обращаясь к связисту:
— Все, Клузенбах, можешь отправлять. И пусть нам повезет на этой неделе.
— Все будет в порядке, сэр, — заверил банкира Майк. — Компания обязательно заплатит, ведь они переправили на Малибу уже половину оборудования. Не тащить же его обратно. К тому же вы здесь вообще ни при чем…
— Ах, молодой человек! Как это я ни при чем?! Как это Отто Либнер может быть ни при чем?
Банкир выскочил из-за стола и стал нервно расхаживать по офису, стараясь не смотреть на манипуляции связиста. Лист с текстом постепенно втягивался сканером, и каждая буква стремительно улетала в космос, чтобы вызвать бурю в правлении «Клаус Хольц компани». О, что это будет за буря! Ведь Майк потребовал пятьсот миллионов в течение семидесяти двух часов и пятьдесят процентов от будущих прибылей.
И что такое жизнь человека в сравнении с «Клаус Хольц компани»? Либнер уже пожалел, что согласился предоставить свою линию. Да что линию — счет Майка уже находился в Инновационном банке Либнера, и тут, как ни доказывай, все равно окажешься крайним.
От немедленного отступления и прекращения передачи депеши Либнера удерживали только полагающиеся ему проценты банковской комиссии за обработку этой огромной суммы.
Сожрав весь текст целиком, сканер победоносно просигналил и отключился, экономя электричество.
Связист поскреб нечесаную голову и вопросительно уставился на хозяина.
— Посиди пока! — раздраженно сказал Либнер. — Не видишь, я еще не решил, что мы будем делать дальше!
Связист пожал плечами и, отвернувшись, зевнул во весь рот. Глядя на него, Майк тоже едва сдержал зевоту.