Представитель
Шрифт:
Но вот, издав змеиное шипение пневматическим приводом, одна из дверей автомобиля открылась, и появилась девушка. Она была в темном брючном костюме. Воротник жакета впереди оставлял открытой взору чуть ли не половину бюста.
— О, — сказала девушка. — Кажется, здесь пахнет дерьмом. Ты не находишь?
Майк не сразу понял, что обращаются именно к нему.
— Да, мэм, дерьмом попахивает. Но это не человеческое дерьмо, а дерьмо туков. Оно пахнет не так уж и плохо…
— Да ты в дерьме просто специалист, — не глядя
— Да, мисс Либнер, я Майк.
— Мисс Либнер, — повторила девушка и, подойдя к Майку, дотронулась до его руки. — Зачем так официально, ты же знаешь, как меня зовут.
— Дилия, мисс, — отчеканил загипнотизированный Майк.
— Ну так пойдем в машину, Майк, водитель даже не обернется — он приучен…
— Но, мисс. — По спине и даже по костям Майка забегали мурашки, и он был готов взорваться в любую секунду, но здравый рассудок все же взял верх. — Мисс, у вас должна быть чековая книжка. Ваш отец обещал, что вы привезете ее.
— Ну какая же ты сука, Майк, — недетским голосом произнесла Дилия и протянула ему пачку чеков.
— Спасибо, мисс, это именно то, что мне нужно.
— Да? — произнесла Дилия. — А как быть с тем, что нужно мне?
— Я не понимаю вас, мисс, — честно признался Майк, перелистывая защищенные красивой голограммой чеки. К корешку книжки была прикреплена маленькая ручка с монограммой банкира.
— Да где уж тебе, деревенщине. Ладно, пойдем, я должна увидеть, как ты совершишь первую сделку. Папаша сказал, что это просто необходимо.
В тот самый момент, когда Майк разговаривал с Дилией, из отеля вышли Гвинет и Шило. Увидев Баварски, стоящего рядом с юной красоткой у лакированного автомобиля, они просто остолбенели, не в состоянии произнести ни слова.
— Кто эти ребята? — сразу же спросила Дилия.
— Это мои друзья. Мы вместе торгуем туками.
— Ага, коммерсанты, — улыбнулась девушка. — Познакомь нас.
— Конечно, — кивнул Майк, пряча в карман чековую книжку. — Шило, Гвинет, подойдите сюда.
Два матерых разбойника переглянулись и нерешительно приблизились, боясь смотреть на слепящее декольте мисс Либнер.
— Вот, ребята, это мисс Дилия Либнер. А это Шило и Гвинет.
— Очень приятно, — с придыханием произнесла городская обольстительница, поочередно пожимая руки новых знакомых. — О, какие у вас пистолеты! Дадите мне пострелять?
— Конечно, дадим, мисс Либнер, — пообещал Майк, беря ситуацию в свои руки. — Потом обязательно постреляем. А сейчас нужно идти к загону, пока туков не начали разводить к привязям. Вы поедете на машине?
— Нет, я пойду с вами. Вы не представляете, как приятно пройтись с настоящими пыльными мужиками.
И они вчетвером пошли в сторону скотного рынка, благо он находился неподалеку. Следом за ними, на некотором расстоянии, двигался банкирский
Редкие прохожие, по большей части гиптуккеры, таращились на городскую красотку, не понимая, как такая дорогая штучка могла затесаться в общество пустынных разбойников. А между тем «барсуки» оттаивали и потихоньку входили во вкус светского разговора с женщиной.
Майк торопливо шел впереди и время от времени покрикивал, подгоняя своих спутников. Шило и Гвинет убеждали его не спешить, поскольку туков еще даже не выгоняли из загонов, но им было невдомек, что задумал Баварски. А он не сообщал о своих планах, чтобы не тратить время на ненужные споры.
Когда до высокой ограды загона осталось метров сто, Майк схватил Дилию за руку и потащил за собой, заявив, что у них больше нет времени. И действительно, в эту самую минуту гиптуккеры, с которыми они вместе гнали скот, начали открывать ворота.
— Бежим! — скомандовал Майк и, отпустив девушку, понесся что было сил, придерживая спадающую шляпу — Стой, не открывай! — закричал он гиптуккерам, и те оглянулись, не понимая, в чем дело. — Стой, — повторил Майк, останавливаясь возле ворот и едва переводя дух.
— Ты чего это так спешил, парень? — спросил его один из погонщиков.
— Да покупатель тут нашелся, хочет купить всех туков оптом.
— Всех туков оптом?
— Всех туков? — недоверчиво переспросили погонщики. Они знали об оптовых торговцах, которые брали партии из десятков животных. Случалось, что продавали и по сто туков, но чтобы несколько сотен — это было невиданной сделкой.
— А он знает, что их здесь тысяча сто сорок восемь вместе с твоими?
— Знает, — твердо кивнул Майк.
— И почем же хочет взять?
— По триста.
— По триста мало, — покачал головой самый старый.
— Нет, по триста нормально, учитывая, что он платит за всех, — и за годовалых, и за тех, которые захромали, и за тех, что просто ослабли. А ведь это все бросовый товар — по сотне за голову. К тому же, ребята, сейчас раннее утро и у вас впереди целый день. Вы можете забрать свои денежки и дунуть за новой партией. Быстрее обернетесь, быстрее заработаете, к тому же не исключено, что этот парень снова возьмет у вас всех туков.
— Да откуда же такие деньжищи? — недоуменно воскликнул один из гиптуккеров.
— Короче, вы согласны или собираетесь весь день на жаре бодаться с южанами, пока к закрытию не начнете продавать себе в убыток?
— Он прав, — кивнул пожилой гиптуккер.
— Он совершенно прав, — поддакнули остальные.
— Веди покупателя, парень.
— Его вести не нужно, деньги уже у меня.
— Покажи, — не поверил рыжий гиптуккер, который до этого молчал.
Майк молча достал из кармана пачку чеков, и голограммы заиграли на свету радугой.