Преемник
Шрифт:
Он внимательно обвёл нас своими глазами-угольками, и уставился на меня, пытаясь просверлить дыру в теле.
— Тёмчик?
— Тёмчик? — проклокотало это чудо немного шипящим потусторонним голосом, впившись в меня настолько подозрительным взглядом, что любой следователь нервно курит в сторонке, конспектируя каждый чих.
На всякий случай покрутил глазами в стороны — вдруг тут ещё кто, с кем меня спутали?
«Да нет тут никого, что я несу?»
— Н-не. — говорить под таким давлением
Этот хрен прищурился ещё больше, и теперь сильно напоминал аборигена с восточных островов. До катаклизма, естественно. Сейчас-то там море-окиян.
— А хто?
— Р-Руслан я-я…
— Хм… Да блин, снова мимо. — сконфужено опустив голову, он почесал свободной рукой затылок. — Больно похож ты на него… Тьфу. Вот всегда так — пошлёт в неебические дали, а как потом назад — сам думай.
— Уууу! Ууу-УУУУуууУУУУ! — тело, висящее мёртвым червячком на его плече, внезапно зашевелилось и замычало. Возможно, это последствия работы моей дырявой крыши, но мне показалось, что это что-то матерное…
ШЛЁП
— УУУУУУУУ!
— ТИХА! Блин, подкинул же мне Тёмыч…. Хм, найду — глаз на жопу натяну.
Смачно шлёпнув тело по аппетитной заднице, обтянутой узкими джинсовыми шортиками, он резко провёл двумя пальцами по пространству перед собой и, что-то проговаривая себе под нос, скрылся в разгоревшейся дыре.
Проход сам собой затянулся.
Из живых, и относительно здоровых, остались лишь двое — я, и ещё один хрен. И оба были в глубочайшей степени шока.
=Ик! Никогда не видела таких сильных Проклятых. Он как минимум в ранге Низшего Бога, хотя наверняка он ещё сдерживается. Скорее всего давно уже «Внесистемный»…= — о, смотрите кто проклюнулся!
«Чаво? Какие ещё к едрёным ебеням Проклятые?»
=Всё потом! Не стой столбом, тупень, лови шанс!=
«Ой, и правда…»
Благо, этот феномен окаменения я преодолел быстрее, чем этот хрен — сказывается опыт общения с ебанутыми личностями — и попытался прийти в себя.
Получалось со скрипом. Причём, как в голове, так и в суставах, которые, в прямом смысле, одеревенели.
А я-то, блять, ещё думал, что стал если не самым сильным, то как минимум раскачанным настолько, что смогу заткнуть любого… «Сказочный долбаёб» — не диагноз, а образ жизни, что уж тут поделать?
Сжал зубы до крови из дёсен, наполнил каналы голубой энергией до отказа, чтоб аж из тела выливалась.
Сорвался с места.
Амбал всё так же косплеит статую Геродота, так что особых усилий для попадания в яблочко прилагать не придётся. Пока, по крайней мере…
В теле всё ещё чувствуется подавляющая тяжесть, так что на особую скорость рассчитывать не приходится, благо она и не нужна сейчас.
До цели меньше метра.
Выпускаю призрака с единственной командой: «со всей силы прошить ему грудную клетку.»
Призрачный клинок на удивление легко проходит сквозь каменную кожу Здоровяка, даже,
Выполнив поставленную задачу, Призрак моментально возвращается обратно в тело.
Со всей силы бью правым кулаком в живот — прессуха теперь гораздо мягче, чем до этого — Амбал сгибается пополам.
Опять на каких-то инстинктах наполняю свою катану текущей по каналам силой, проворачиваюсь на месте, и опускаю остриё на шею.
Клинок входит чуть меньше, чем на половину, но с металлическим звуком застревает.
Мужик приходит в себя, и смотрит на меня остервенелым взглядом.
«Здравый смысл, ау, ты где?»
По мозгам снова проходит давление, но по сравнению с недавним — китайский пшик, да и только. Краем глаз замечаю, как в руках у него собирается по два шарика из чистой красной энергии.
Выматериться не успеваю — некогда! Да и не до этого — снова выпускаю Призрака.
Он быстро проплывает под согнутой тушей, так же проворачивается на месте, только в обратную сторону, и восходящим ударом врубается в горло здоровяка.
Я так же додавливаю железяку и сверху.
Из-за получившихся ножниц голова очень легко отделяется от всего остального тела, улетая в сторону, как пробка из бутылки.
И, вроде бы, всё хорошо — живи дальше, да радуйся… ДА ХЕР ТАМ!
Уже собравшиеся шарики никуда деваться не собирались!
«Бля-бля-бля-бля-бля-бля-бля…»
Мозг остервенело вспоминает любые способы защиты…
Стенка из сжатого пространства, потом из Пустоты, оборачиваю руки и торс какой-то жижей, выставляю перед собой пару безголовых шлангов, выпускаю Призрака, создавая призрачный доспех… Да в ужасе, до кучи, выпускаю из каналов всё накопленное добро, создавая вокруг себя небольшой голубой туманчик.
Секунда, вторая, третья… последняя.
Яркая вспышка…
Дальше не помню.
— АПЧХУЙ! … Дует. … Ну и чего молчим? Может глаза у меня и закрыты (а есть ли они вообще?), но чужой взгляд всё ещё чувствую. — в горле першило, чесалось, и был такой сушняк, будто бы безостановочно бухал абсент недели две.
— Я удивлена. — уважаемые знатоки, внимание вопрос «чей это голос?». Вроде знакомый, а вроде…
«Ёп. Твою. Мать.»
— Ну, и чего ждёшь? У меня время не резиновое. Если хочешь отомстить за своего Босса, то милости просим, а если нет — то иди нахрен. У меня аллергия на лолек.
Я практически наяву увидел, как эта мелкая соплячка насупилась, и теперь сверлит меня убийственным взглядом. А что я? А мне похер. Я своё желание исполнил — набил рожу одному мудаку.
— Убила бы, да с большим удовольствием. Вот только сестра запретила. Мне вот интересно, где ты с ней успел повидаться, что оставил в её сердце такой след?
Я прогнал по памяти всех встреченных мною женщин. Даже за подбородок бы схватился, если бы руки слушались.
— Ты её опиши хоть, как она выглядит. И вообще, ты кто?