Преемник
Шрифт:
— А чего мне будет-то? Я вон, даже…
— МОЛЧАТЬ!
— Извините…
— Санитары! Отведите этого… в «отдельную палату».
— ЭЙ! Куда лезешь?! АЙ! Пустите меня, волки позорные! А ну нагнись сюда, я тебе моргалы выколю! ПОМОГИТЕ! МУСОРА СОВСЕМ ОБОРЗЕЛИ! В КАРЦЕР ГНИТЬ САЖАЮТ!
— А с ним всё будет в порядке?
— Да, не волнуйтесь. Посидит денёк в особых апартаментах, сразу мозги на место встанут. Не он первый, не он последний…
— Может и не первый, но «особый» — это
— Вот тут спорить не буду… Боярышника?
— Если можно.
…
Тем временем в палате для особо буйных душевно больных и просто опасных личностей.
— Психи тут и там, а я с какого перепугу-то?! Доктор, видно, школота, да с недостатком опыта.
— Привезли, переодели, вроде бы на две недели — под уколами полгода канули на деле.
— Телевизор сломан, но в экран я глазею часами, когда глаза устают — просто моргаю глазами.
— А после голос в голове и мышцы на лице дрогнут; Потом не помню ни кто… Очнулся — снова пристёгнут.
— Мне санитары персонально накрывают стол — Рисперидон, Лоразепам и Галоперидол.
— Потом слюну пускаю на сортире, будто с перепоя, изучая кафель на стене и тихо воя.
— Доктор говорит, что если буду тише — выпишет. В полголоса уже дышу я… Док, куда уж тише?!
— Не люблю бардак, а потому в башке не роюсь! Развяжите руки, санитар… Пойду помоюсь.
=Ну и чего ты добился, придурок? Псих обдолбанный. Дегенерат! Ну за что я именно в твоей голове сижу? УАаааааааааа…=
— Ну и чего ты орёшь-то, женщина? Я тебя, что ли, заставлял ко мне подселяться?
=…=
— Чего молчишь? Да и вообще, привыкай давай.
=В смысле?=
— В прямо диаметральном, блин. Всё! Я решительно отказываюсь становиться ээээ… скучным. ДА! Нормальность — это скучно. Я не хочу быть нормальной серой массой!
=…=
— Чего опять молчишь? Вот сейчас как сниму эту консерву с петель, да пойду… пойду… бля. А куда мне идти-то? Домой? Так, вроде, отобрали… Опельсинчик мне уже и не рад… … … … РЕШЕНО! Пойду искать себе хату!
=У тебя руки связаны…=
— Мд-д-д-д-дааа… Хух… Качественно примус починяли, сразу видно — дело рук мастера. Ну и, собственно, как это на меня влияет? ДА НИКАК! Я, блеать, Адепт, сука, Пустоты! Правда не знаю, что это за хрень, но мне уже нравится.
Спустя десять минут плевков в дверь.
— Ну вот, а ты говорила «не получится». Вот, пожалуйста. Маленькая Иная руна на подрыв. Если я где-то лоханулся, то не только дверь с петель сойдёт, но ещё и коридор расширится на пару метров.
— Так, даю обратный отсчёт.
— Три!
— Два!
— ОДИН!
БУУУУМ
— … Ну… что могу сказать… оправдались абсолютно ВСЕ ожидания. Проход — есть, двери — нет, стена на месте, правда теперь неразделима
— Что тут произошло?
— Упс. Пора тикать отседова!
— Эй ты, стоять!
— Мва-ха-ха-ха! Пока, мужики! Удачно разгрести этот бедлам!
(Прим. Ав: «Как вы уже заметили, меня накрыло. Но я просто не мог вставить это в рассказ, уж извиняйте. Надеюсь, что не распугал последних читателей \(^-^)/»)
[Прим. редактора: использован текст песни 2rbina 2rista — Шестая палата]
Глава 55. "Стрела в колено, дурь из мозга."
«Мне нужен врач, лучше на дом и немедленно!» «Ватсон, Фрейд, Курпатов, Пеппер.»
«Горизонт заволокло и где-то хлопнуло окно.»
«Похуй кто, но дай мне свет: Бог или оптоволокно.»
— Ну… допустим. Я на свободе, чё дальше-то делать?
— Поправочка. Не «ты», а «мы».
«Мне… Мне не передать,»
«Что в моей черепной коробке телепередач.»
«Я вернулся, держись, мир!»
«Вы заказали мою голову, я подаю вам признаки жизни.»
— Ээээээ нееееее. Идите-ка вы нахер, рыбки, блин, золотые. Из одной жопы меня вытащили — спасибо, и до свидания. В другую меня втягивать не надо.
— А кто кричал, что больше не хочет быть скучным?
— Скучность и адекватность — вещи разные.
— Однако, они ещё и неразделимы. Вот вспомни хотя бы Сузуфа, хрена этого нигерского. Просрал всю свою индивидуальность и стал обычной лабораторной крысой.
— Грубо. Но верно. Кстати, а где я?
— «Мы». В «зелёном секторе», если данные от Мозга не врут. Тут обычно селятся молодые семейки или отбитые задроты. В какой-то степени неплохой вариант для норы.
— Не надо на меня гнать, товарищ. Все претензии к органам восприятия — я всего лишь записываю и храню.
— Ну-ну.
— …Вы меня уже бесите.
— Естественно, действие-то кончилось. Закинься ещё разноцветными таблеточками, и снова похорошеет.
Тук-тук-тук. Тук-тук-тук. Тук-тук-тук.
— Нет, идите-ка вы все нахрен. Хватит с меня. И так мозги на соплях держатся.
— Позвольте воз…
— Не позволю. Пшли нахер, кому сказано!
— … Уйти-то мы уйдём, только сам же нас потом позовёшь. А там, глядишь, и отвяжемся от этой мясной туши.
— Чего?
— …
— ЭЙ! Это что сейчас было?! Какой, нахрен, отвяжемся?!! Вы кто такие, вообще?
— …
— И тишина была ему ответом. Вот же суки…
— Дядя, а что ты тут делаешь?
Я поднял глаза.
Получалось плохо, даже очень — веки весили не меньше тонны каждое, а все силы, что ещё несколько минут назад бурлили где-то внутри, сейчас просто отсутствовали.