Префект
Шрифт:
– Не стану отрицать, что Часовщик – чудовищно искаженная личность Филиппа Ласкаля. Разум человека, искалеченный сперва затворниками, потом страхом перед смертью, загрузили в робота. А все ради успеха экспедиции. И теперь мы имеем дело с ангелом-мстителем, рожденным и окрылившимся неизвестно где. Не думай, что я сочувствую Часовщику. И тем не менее убийство Ласкаля должно быть раскрыто, а виновные должны получить по заслугам.
– Вы хотите заняться расследованием?
– Спарв, мне все равно, кто ищет справедливости. Она должна восторжествовать вне зависимости от моральных качеств потерпевшего.
– А потом?
Дрейфус поморщился: ногу пронзила боль.
– Потом займусь преступлениями Часовщика. Изначально он жертва, но это не дает ему привилегий.
– Но прежде мы должны разобраться с малюткой Авророй. Или вы о ней забыли?
– Аврора теперь мало меня беспокоит.
– Может, напрасно? Судя по моим ощущениям, пока что она справляется с нами одной левой.
– Часовщик устроил мне допрос, – сообщил Дрейфус. – Выкачал море информации о происхождении Авроры, о ее способностях – хотел выяснить, что она собой представляет. Выяснил и скрылся. Какой напрашивается вывод?
– Отправился по ее душу.
– Спарв, интеллектом он ей точно не уступает. А может, и превосходит. К тому же у него к ней серьезные счеты.
– Это точно плюс? Наступит день, когда в какой-то момент нам придется воевать не с Авророй, а с Часовщиком.
– Его цель – месть, а не геноцид. Не утверждаю, что мы будем спать спокойно, но по крайней мере будем спать, а Аврора нам бы этого не позволила.
Дрейфус со Спарвером преодолели последний участок подъема. В обрушившемся подземном ангаре стоял катер Сааведры, придавленный балкой выдвижного козырька. Спарвер забрался в кабину и попытался связаться с «Доспехами», но коммуникатор не работал.
– Не волнуйся, – сказал Дрейфус, – за нами прилетят.
Когда префекты выбрались на поверхность, гроза стихла. Беззвездное небо напоминало ядовитую черную реку, но Спарвер утверждал, что по сравнению с недавним воющим адом это ерунда. Возвышенности больше не пугали. Дрейфус включил нашлемную лампу, оглядел мрачную, изрезанную трещинами местность и убедился, что бояться нечего. Вокруг были камень и лед, свет и тень, и никаких следов Часовщика. Том догадывался, что Часовщик покинул Йеллоустон, стремясь максимально отдалиться от магнитной тюрьмы.
– Он наверняка где-то здесь, – сказал Спарвер.
– Не думаю.
– С Йеллоустона Часовщику не улететь. Он же не корабль.
– Часовщик способен принимать любую форму, – возразил Дрейфус. – Считаешь, он не в силах приспосабливаться? Я своими глазами видел, как Часовщик изменился, выбравшись из токамака. Теперь небось уверен, что его возможностям нет границ.
– Часовщик – физическое тело. Разве его нельзя выследить, запеленговать, захватить?
– Что, если Часовщик пойдет по стопам Авроры? Симулякр альфа-уровня способен ограничиться одной машиной, одной платформой, но это не единственный вариант. Аврора нашла способ перемещаться и при необходимости загружаться в разные тела. Кто сказал, что Часовщик этим приемом не воспользуется?
– Станет играть по ее правилам? Это вы имеете в виду?
– На его месте я именно так и поступил бы, если бы Аврора хотела меня убить. Максимально осложнил бы ей задачу.
Префекты молча стояли и ждали, когда
– Спарв, мне не оставили выбора, – после долгой паузы проговорил Дрейфус. – Дюсолье хотел уничтожить СИИИ и Часовщика. Префекты уже эвакуировали Джейн и выяснили, на что способен Часовщик. Мы знали, что гибель – не единственная участь его жертв. Еще мы знали, что в СИИИ остались заложники, до которых Часовщик пока не добрался. В их числе была Валери.
– Шеф, этот разговор может вполне подождать.
– Он ждал одиннадцать лет, – хмуро возразил Дрейфус.
– Прежде я тянул вас за язык, но при этом совершенно не ведал, что творю.
– Разумеется, проблема заключалась не только в заложниках. Мы хотели выяснить, с чем столкнулись. Если бы сбросили бомбы на СИИИ, не собрав дополнительных данных о Часовщике, то не научились бы справляться с подобными ЧП. Это, Спарв, имело для нас принципиальное значение. Я, как префект, считал себя ответственным за безопасность Блистающего Пояса.
– Что же случилось?
– Из технических характеристик и рассказов Джейн мы сделали вывод, что Часовщик восприимчив к сильным магнитным полям. Ничто другое: ни физические барьеры, ни обычные виды оружия – остановить или замедлить его не может. Я понял, что если мы заблокируем Часовщика и скуем магнитным полем, то вытащим заложников живыми. Тогда я и подумал о запуске «Аталанты».
– «Аталанты»? – эхом повторил Спарвер.
– Ее создали, чтобы подточить гегемонию сочленителей в кораблестроении. Получился пригодный к эксплуатации, но неэкономичный корабль. Его законсервировали и отправили кружить по орбите Йеллоустона, пока не будет решено, что делать дальше. Там он провисел несколько десятилетий, но технически был полностью исправен.
– Что особенного в этом корабле?
– Таранно-черпальный двигатель, – ответил Дрейфус. – Целый корабль построили вокруг одного двигателя, который засасывал межзвездный водород и использовал его в реакционной массе. Топливо как таковое ему не требовалось, поэтому корабль мог развивать любую скорость, вплоть до околосветовой. Так было в теории. На деле приводная система получилась громоздкой, всасывающее поле создавало такое трение, что корабль ни разу не набрал запланированную конструкторами скорость. Только меня интересовала не его быстроходность, а черпальный генератор шириной пятнадцать километров, эдакая разверстая пасть, способная проглотить СИИИ целиком.
– Магнитное поле! – догадался Спарвер.
– Я послал на борт «Аталанты» техбригаду. Мы прикрепили корабль к скоростным тягачам, чтобы перевести с орбиты поближе к СИИИ. Запустить реакторы «Аталанты» вовремя не удалось, поэтому мы «прикурили» у наших корветов. Через час магнитное поле набрало силу. Через два мы направили его на СИИИ. – Дрейфус остановился перевести дух. – Понимали, что рискуем, подвергая действию магнитного поля заложников. Нельзя было предугадать, как оно подействует на нервную систему человека, не говоря уже об имплантатах, которые носило большинство. Мы могли лишь сконцентрировать энергию поля на зоне, где в последний раз видели Часовщика, а в других зонах максимально ослабить ее.