Префект
Шрифт:
– Не может быть! – изумился Дрейфус.
– Доказательство передо мной. Связь имеется.
– Дело Дома Перигалов – элементарный случай подтасовки результатов голосования. С уничтожением Раскин-Сартория оно никак не связано.
– Шеф, возможно, мы не понимаем сути этой связи, но уверяю – она есть. Нам уже известно, что дело серьезнее простого акта возмездия или даже уничтожения анклава, – мы вычислили это прежде, чем посреди тоннеля вы наткнулись на корабль сочленителей. – Спарвер остановился: некий вывод крутился в голове, но пока без толку. – К Кейтлин Перигал мы
– От нас словно откупились, – поддакнул Дрейфус.
– Не стоит ли поразмышлять о последствиях того дела? Не о блокаде Дома Перигалов, а о лазейке в системе подсчета голосов, которую мы выявили.
– Лазейку мы ликвидируем, – произнес Дрейфус после долгого молчания. – Именно этим занимается Талия.
– Точнее, мы думаем, что она этим занимается. Вдруг нас водят за нос?
– Талии можно доверять, – проговорил Дрейфус.
– Шеф, сейчас нет времени докапываться до глубинной сути. Известно нам немного – что-то не так, и, преднамеренно или нет, Талия может быть в этом замешана.
– Ты прав, – сказал Дрейфус. – Мне это не нравится, но… что-то и впрямь не так.
– Талия еще на задании?
– Да, насколько мне известно.
– Нужно с ней связаться. Пусть остановит обновления, пока не выясним, в чем дело.
– Сможешь еще раз вызвать «Доспехи»?
– Должно получиться, – ответил Спарвер. – Но на время контакта мне снова придется отключить вас.
– Займись этим немедленно. Как переговоришь с Талией, свяжись со мной. Давай, Спарв!
Гиперсвинья отключил Дрейфуса и наладил связь с «Доспехами».
– Не ждал вас так скоро, – заявил Муанг, не дав Спарверу и рта раскрыть. – Спешу обрадовать: Джейн распорядилась немедленно найти внутрисистемник. Корабль скоростной, так что прибудет к вам минут через сорок пять.
– Отлично, – проговорил Спарвер, выслушав Муанга лишь краем уха. – Не подскажете, младший полевой префект Нг с задания вернулась?
Подробностей не требовались: дочь Джейсона Нг в «Доспехах» знал каждый.
– Не знаю. Могу спросить у Тиссена, но…
– Не надо, времени нет. Соедините меня с Талией. Это срочное дело.
– Погодите, попробую.
Спарвер затаил дыхание. Пауза не продлилась и минуты, а гиперсвинье почудилось, что пролетело несколько часов.
– Катер префекта Нг стоит в Доме Обюссонов, но Талии на борту нет. Я налаживаю связь через браслет, но, если префект Нг вне зоны действия сети катера, сигнал пойдет через абстракционную сеть анклава. Возможны задержки…
– Я подожду, – перебил Спарвер.
Прошла еще целая вечность, прежде чем раздался голос Муанга:
– Спарвер, я нашел ее браслет. Он звонит. Если Талия надела его, она вас услышит.
Дрейфус едва не остановился посреди трубы коннектора, так сильно захотелось повернуть. Нельзя! Он заставлял себя ползти дальше, пока не добрался до черной стены входного шлюза. Двери не просматривалось, но стоило коснуться бронированной обшивки, она подалась под давлением пальцев. Стена была не металлическая
Из устройств Том заметил лишь панель, мини-версию той, что уже использовал. Панель прикрепили к борту ярко-зеленым клеем, ссохшимся в корку. Тумблеров оказалось лишь два. Дрейфус потянулся к помеченному значком шлюза и нажал. Секунду спустя на черном фоне проступил голубой контур прямоугольной двери, которая открылась наружу без помощи петель и внешних механизмов.
Дрейфус пробрался на корабль сочленителей. Он затаив дыхание смотрел на прямоугольную дверь, пока не убедился, что она не захлопнется. Горловидный коридор привел к месту, где сходилось пять коридоров. Один из них был залит мертвенным голубовато-зеленым светом, другие, негостеприимно мрачные, очевидно, уходили в хвост корабля.
Том пошел на свет в направлении носа и метров через двадцать-тридцать попал в большую комнату. Свет, такой яркий издали, оказался слабым – ни подробности разглядеть, ни размеры оценить. Дрейфус снял шлем с пояса и включил фонарь, чтобы осмотреться. Луч заскользил по стальной поверхности, по стеклянным перегородкам, по замысловатому переплетению труб.
Тут к его шее прижалось что-то холодное и острое.
– Свет есть, но он для аварийного использования, – очень спокойно проговорил ему на ухо женский голос. – Сейчас включу.
Дрейфус не шевелился. Периферийным зрением он видел кисть затянутой в перчатку руки. Рука держала нож. Лезвие плотно прижималось к его кадыку.
Полился свет, желтый с зеленоватым оттенком. Несколько секунд Дрейфус моргал, привыкая к яркости, а потом увидел, что комната полна спящих людей, подключенных к сложному аппарату. Восемьдесят-девяносто пассажиров, а то и больше, лежали четырьмя рядами на одинаковом расстоянии от платформы. Устроили их не в капсулах, а на кушетках, зафиксировав черными ремнями и серебристой сетью.
В прозрачных катетерах, подсоединенных к телам, пульсировало не только то, что Дрейфус принял за кровь и физраствор, но и яркоокрашенные препараты неизвестного назначения. Все спящие были обнажены, все дышали, но очень медленно. Дрейфус какое-то время наблюдал за одним, пока не убедился: грудь поднимается и опускается, значит это не труп. Людей погрузили в сон такой глубины, что дальше только смерть. Голов Дрейфус не видел из-за идеально круглых черных шлемов, туго обхватывающих шею. Толстый ребристый кабель черного цвета тянулся от макушки каждого шлема к разъему, утопленному в стене. В общем, не люди, а человекообразные запчасти сложного устройства – впечатление было полным.
Нож от горла так и не убрали.
– Кто вы? – тихо спросил Том, боясь шевельнуть кадыком.
– А вы кто? – вопросом на вопрос ответила женщина.
– Том Дрейфус, полевой префект «Доспехов».
К чему лукавить и таиться?
– Не надо опрометчивых поступков, префект. Нож режет отлично. Не верите мне, посмотрите по сторонам.
– На что посмотреть?
– На спящих. Увидите, что я с ними сделала.
Том послушался и понял, о чем говорит незнакомка.
Невредимыми оказались далеко не все спящие.