Преображение
Шрифт:
Какая грандиозная штуковина — эта самая персона, личность, эго, таковость! Эту простую, как я не знаю что структуру, так замаскировать, такими сложными вопросами, проблемами, идеологемами, проекциями прикрыть, именно потому, что она безумно проста, проста не в реализации, а по структуре. Ну, а в практике жизни психотерапевтам, психоаналитикам самодеятельным и профессиональным, безусловно, всегда есть что делать.
Когда человек осознал возможность новых отношений между субъектом и жизнью, хотя бы в какой то степени, и если он о своем осознавании еще и помнит, то он, конечно, становится намного менее пригодным для внешнего манипулирования.
Ах,
Человек полностью устремленный во внешний мир, полностью зависимый от внешнего мира, с минимальной субъектностью и минимальной внутренней жизнью, не способен к одиночеству. Он включает радио, телевизор или еще что-нибудь, только бы не быть наедине с собой, потому там пусто и скучно. У него нет ни языка для общения с собой, ни осознавания себя как чего-то отдельного от мира. Эта песня под названием: «ты никому не нужен, а кому ты нужен, ты никому не нужен» — она очень пугает. Самая страшная угроза для личности: «Вообще ты никому не нужен». «Ты», действительно, никому не нужен, никто никому не нужен как субъект.
Как красиво сказал Ричард Бах: «большая птица летает в одиночку и в обществе себе подобных не нуждается» — это же о субъекте. Когда этот текст только появился, все читали, цитировали, восторгались, но с большинством ничего не произошло, потому что кто же хочет в одиночку? С этой точки зрения понятны отшельники. Они уходили и жили в одиночестве, потому что для субъекта это совершенно естественно, особенно если его отношения с большинством не требуют от него активной социальной или творческой реализации в виде внешнего продукта. Тогда достаточно молитвы и общения с внутренней реальностью, с внутренним миром.
И люди, которые сами на такое никогда бы не решились, находили таких отшельников, и собирались вокруг них, и ждали поучения, откровения, указания. Весь секрет в том, что если человек выдерживает одиночество субъекта, он обладает потрясающей духовной силой, недоступной человеку, у которого Я прикреплено к персоне.
С одной стороны, он вызывает напряжение, ибо он не такой, как мы, с другой стороны, он привлекателен, потому что у него есть что-то такое, чего у других нет, а поэтому хочется это получить. Персона к одиночеству не способна, потому что ей важны подкрепления, которые могут идти только от других людей. Она через подкрепления этот мир и эту жизнь воспринимает, поглощает и понимает. Если их нет, человеку нечем ориентироваться и он не понимает, жив он или нет.
Персона (личность) озабочена только собою, и больше ничем. Все идет на самооценку. Сидит такая большая, с открытой пастью, большим ртом и поедает плюс-подкрепления, и старается вывести в отходы минус, а для того чтобы это лучше получалось, у нее есть два личных телохранителя. «Самость» — это такая женщина, как любят показывать в кино, восточная женщина-телохранитель, владеющая боевым искусством, а вторая — такой качок с пистолетом под названием «гордыня». Вот эта компания и регулирует потребление окружающего мира в нужном направлении. Такая, значит, мафия.
Субъект нуждается в одиночестве, для него одиночество — радость, «кратчайший путь к Богу», как говорили древние.
Дайте отдохнуть и охране
История любого человека, который начал искать традицию, любую традицию, начинается с того, что его посещает сомнение в том, что, то, куда он попал по факту своего рождения, и есть вся жизнь. В нем зарождается подозрение, что есть нечто другое в этом мире,
Вдруг не сработает самость, вдруг не сработает гордыня, то есть чувство собственной важности, значимости, уникальности на тему: мои страдания самые страдательные, моя мозоль самая мозолистая. Это общая песня нашего Мы. Когда человек думает, что, так как он страдает, никто не страдал, это тоже самое, что заявить, что Советский Союз родина слонов — это тоже самое, это голос Мы.
Поэтому во всех Традициях от тех, кто заявляет, что они хотят учиться, требуют осознавания собственной банальности. Где жестко — не можешь, пошел вон; где «пудрят мозги» 10–20 лет, а вдруг все-таки услышит. Разные бывают традиции. Одни испытывают добром, а другие жесткостью, пока человек, наконец, не сообразит, что никакой он не важный, а так солдатик бумажный, даже не оловянный. Вот когда с ним это происходит — это и называется во всех Традициях «сдача», человек становится в позицию ученика. Учиться — это не ходить на занятия, посещать лекции это же вам не вуз, не техникум, не лицей. Учиться — это принять позицию ученика, жить как ученик.
Что такое жизнь ученика? Это жизнь без самости и без гордыни. Вроде — очень просто. Но со всех сторон шепчут, нашептывают: какой ты важный, солдатик бумажный! Какой ты должен быть гордый, независимый! Ты состоялся как личность, в чем дело, какие претензии?
Ученичество — это позиция. Если вы встали в эту позицию, если вы сдались и поняли, что вы еще не бабочка, а только кокон, и это далеко не последнее, что вам доступно в этом мире в вашей в общем-то недолгой жизни, то тогда источником знания становится вся жизнь. Она превращается в огромную школу, в которой мы учимся. Любой человек, любая ситуация, воспринятая без вмешательства самости и гордыни, становится личным персональным посланием для вас.
Еще такой смешной вопрос был: «А это надо ли? Обязательно ли?» Можете без этого? Живите без этого, это не хуже не лучше. Но если вы заинтересовались собой, тогда стоит попробовать. На меня сильное впечатление произвел рассказ одного моего знакомого, художника и фотографа. Когда он вернулся с Тибета, он мне сказал: «Ты знаешь, что самое главное со мной произошло? Я впервые заинтересовался собой». Я слышал это от многих людей, побывавших на Тибете, и это потрясающе.
Так вот, если вы заинтересовались собой — это хорошо, но и не обязательно. Но если уж заинтересовались, то хорошо бы иметь четкое понимание конструкции себя и своей жизни, тогда вы сможете осмысленно совершать усилия и осмысленно двигаться. Не к тем морковкам, про которые вы вычитали в книжках, «самадхи», «просветление», «экстрасенсорные способности», не к этим морковкам, а к самому себе.
У меня когда-то был очень интересный разговор. Появился тогда журнал «Путь к себе», ну, естественно, я отреагировал и, в конечном счете, познакомился с редакцией. Когда я там попытался что-то говорить им про субъект, меня обвинили во всех смертных грехах и на этом мое сотрудничество с редакцией закончилось. Я подумал «к себе» — это к кому? Если они так категорично против субъекта настроены?
Для многих людей особенной сложно оказывается отказаться от стремления занять и постоянно расширять территорию в мире людей.