Препод 5
Шрифт:
– Была рада познакомиться, – напоследок произнесла графиня, подавая мне руку и приняв ту, я, не касаясь губами, поцеловал тыльную сторону ладони.
– Взаимно, сударыня, взаимно.
Вышел из кареты, стараясь сильно своей голой задней частью не маячить перед лицом дамы, услышал лёгкий смешок, а затем голос Злотаны добавил:
– И не делайте поблажек Тару.
– Не буду, – ответил я уже в спину удаляющейся кареты.
Миссис Шонс, по всей видимости, уже планировала отправляться на боковую, дверь она открывала одетая в чепчик
Взвизгнув, она отскочила вглубь коридора.
– Тише, – шикнул я на неё, боясь, что на шум выглянет Альтина.
Перед собственной студенткой ронять авторитет своим непристойным видом не хотелось.
– Ты что это удумал, охальник?! – меж тем визгливо поинтересовалась хозяйка, – в таком виде являться? Или никак над бедной вдовой надругаться удумал?
– Это над вами, что ли? – я фыркнул, – даже не надейтесь, не для вас мой цветочек рос.
Мгновенно взлетев по лестнице, я дёрнул ручку на себя, на моё счастье оказавшуюся незапертой и только тогда у бабки, наконец, прорезался дар речи, и вслед мне понеслась отборная брань.
Плотно прикрыв за собой дверь, разом приглушившую возмущённые вопли, я на цыпочках прокрался по коридору, до окна в конце, после чего, аккуратно потянул створку вверх, вылезая через него на крышу.
Ну а как мне было ещё попасть к себе, ключ-то, тю-тю, сгинул вместе с одеждой. Благо, в комнате, в столе у меня была ещё парочка запасных.
Также тихо прополз по коньку, стараясь сильно не тревожить глиняную черепицу, затем спустился ниже, опасно свисая с края крыши, нашарил ногами выступающий подоконник, опираясь на него, кое как подцепил створку, также поднял и с облегчением скользнул к себе.
Весь этот акробатический номер дался мне ой как не просто и минут пять я просто сидел, восстанавливая дыхание и успокаивая гудевшие от напряжения мышцы.
– Всё, хватит на сегодня приключений, – пробормотал я и, достав новые кальсоны с рубахой, оделся, со вздохом отметив, что ещё один комплект одежды отправился в утиль.
А вместе с ним и одна из трёх мантий, та, что была с половиной защитного узора на груди.
– Этак, снова скоро придётся к Пафнутию бежать, а бюджет-то не резиновый.
Глава 6
Столкнувшись утром с зевающей Виолар, выходящей из своей комнаты, поздоровался, услышал в ответ тихое: – «И вам доброго утра», и уже собирался спускаться вниз, когда девушка, чуть стесняясь, меня окликнула:
– Господин профессор.
– Да?
– Вы ничего не слышали ночью? Мне показалось, что кто-то лазил по крыше.
– Не припоминаю, – быстро ответил я, – может просто ветер?
– Может, правда мне показалось, что я пару раз даже слышала какие-то ругательства.
– Это наверно у соседей ругались. Вечно они ссоры устраивают, – махнул я рукой, а сам вспомнил, как пару раз, пока полз, рискуя жизнью, по коньку, прищемил себе кожу непозволительно
Заторопился:
– Ладно, Альтина, увидимся в Академии.
Надо было до занятий ещё успеть позавтракать, столоваться у миссис Шонс я по прежнему опасался.
Остановившись у потемневшей от времени двери паба, я потянул на себя массивную бронзовую ручку и тут же окунулся в густую атмосферу заведения, полную запахов пива и еды.
Паб, судя по воспоминаниям Вольдемара, был неплохой. Располагался тоже в Новом городе, но возле городской стены, мне почти по пути, на улице, которая называлась, – Западной дорогой. Одна из самых широких, она была прямой как стрела и заходила в город через Зелёный посад, район проживания купцов и других богатых, но не знатных граждан. Затем доходила до стены, упираясь в неё и за стеной начиналась вновь, такая же прямая, идя до самого магистрата в центре города.
По логике вещей там напрашивались ворота, но если они когда-то и были, то их давно заложили, вместо этого чуть ниже по стене, через квартал, сделав другие ворота которые так и назывались, – Новые.
Явно тут была какая-то занимательная история, которую, к сожалению, бывший владелец моего тела не знал.
Вольдемар вообще мало интересовался светской жизнью, предпочитая круг своих интересов ограничивать Академией. И я решительно намеревался это упущение исправлять. Потому что когда ещё повезёт попасть в столь удивительное место и время.
– Господин профессор! – поприветствовал меня выглядывающий из-за стойки, низенький и пузатый владелец паба, – так рано к нам!
– Приветствую, Жильбер, – обозначил я кивок головой, – решил, что теперь не только ужинать, но и завтракать буду у вас.
– О, профессор, вы не пожалеете, моя Ванда расстарается, приготовит для вас любое блюдо в пределах наших возможностей.
«Хитрый жук, – мысленно рассмеялся я, – скорее уж любое, которое потянет мой кошелек, впрочем, он же не знает, что я крайне ограничен в средствах».
– О, Жильбер, умные люди давно сказали, человек ест чтобы жить, а не живёт чтобы есть, поэтому мои запросы будут весьма скромны, мозги не должны заплывать жиром.
– Печально слышать, профессор, – казалось даже усы мужчины как-то расстроенно обвисли, – еда это одна из тех немногих маленьких радостей, что доступны нам.
– Это радости тела, а мне больше приятны радости ума, но не будем больше об этом, тарелку каши и кружку горячего чая, пожалуйста.
Мужчина унёсся на кухню передавать заказ, а я оглядел почти пустое помещение и присел за пустующий стол возле забранного слюдой окна. Видно через него ничего не было, не слабый свет оно пропускало, в довесок к люстре под потолком слабо светившей белым магическим светом.
Мысленно ещё раз пересчитав оставшиеся деньги, я только вздохнул, по два раза в день питаться в пабе было весьма накладно, но с бабки вполне станется подсыпать слабительного какого-нибудь.