Превращение
Шрифт:
Я пыталась сдержаться, но смешок, тем не менее, вырвался из моей груди, вызвав недовольство Эдгара.
— Я вижу, вы уже что-то задумали. — Старик щелчком сбросил виноградины на пол. Одна подкатилась к его ботинку, и он ее раздавил.
Неприятный получился звук. Зеленая шкурка размазалась по коричневому паркету.
— Если бы я хотел вас убить, то убил бы сразу. Но, как видите, не стал этого делать. Я только докажу, что вампиры со Смотрителями быть могут. Они обязаны перебить друг друга.
Я смотрела на огонь. Мне показалось, что языки пламени, совершающие какой-то
— Значит, пока Смотрители разбираются в Мезени с вампирами, вы отсиживаетесь здесь. И, судя по всему, мы не во Франции, куда уже собрались сочувствующие. А значит, вывод напрашивается сам собой — никто не придет к вам на помощь. Где мы сейчас?
— В Норвегии. Мыс Нордкин.
Все-таки Норвегия… Сорок лет назад после Сёмжи Эдгар пришел сюда, отсиделся, придумал план мести. И сунул в жернова своей мельницы ненависти тех, кто был ему неугоден. Хорошая идея стравить местных Смотрителей с вампирами.
Пламя в камине дернулось сначала одной своей стороной, потом другой.
— Постройте здесь аркан, — бесстрастно произнес Эдгар, продолжая свою мысль. — Чтобы его никто не мог пересечь.
Я не спеша потянулась за бокалом. Отпила хороший глоток. Подержала тяжелый фужер за рифленую ножку, качнула им, глядя, как на хрустальных гранях играют отблески огня.
И резко плеснула вино через плечо. Вампир не успел меня остановить.
— Уже построила!
Эдгар вцепился руками в подлокотники кресла.
— Но вы тоже не сможете его пересечь, — добавила я, если это было еще непонятно.
— А вы достойный соперник! — произнес Эдгар, не разжимая губ.
Невезение штука такая — действует медленно, но неотвратимо. Мне показалось, что вампир стал это чувствовать.
Вдалеке что-то загремело. Я взяла горсть винограда, откинулась на спинку кресла, стала медленно отрывать по ягоде и бросать на пол. Так в старых сказках Аленушка, убегая от преследователей, бросала сначала гребень, потом платок, и они превращались в непроходимый лес, речку. Так и виноград станет непреодолимым препятствием для Эдгара. Перешагнув его, вампир потеряет оставшуюся силу. И даже моя кровь ему не поможет.
Грохот накатывал. В коридоре что-то рушилось, словно там опрокинули ряд стоек с железными доспехами, и теперь они падали, задевая друг друга. Но опасность к нам шла еще и с другой стороны. И ощущала это не я одна.
— Гости? — Эдгар прошел по комнате, постоял около камина, протянул к огню руку, словно грелся. — Уже даже не смешно. Они не могли…
Я тоже не отрывала глаз от огня. Старый трюк. Его еще Катрин передо мной как-то разыграла. Сначала появится дымок…
Легкий хлопок раздался в воздухе, выпустив из небытия сероватую дымку. Эдгара это отвлекло.
Угли взорвались, в комнату прыснули горячие искры. Стул подо мной взлетел в воздух. Спинка больно стукнула по затылку, так что клацнула челюсть, и я рухнула на пол, погребенная под тяжелой мебелью. Раскатились по полу виноградины. Стены дрогнули. Около моего лица, выбив деревянную крошку, воткнулась катана.
Ирина… Ждать пришлось недолго.
С
Я поползла в сторону. Стул потянулся за мной, грохоча, как старый трамвай. И больше ни звука.
Катана глубже ушла в пол, и я поняла, что Ирина тяжело оперлась на нее.
— Где-то я это уже видел… — прервал Эдгар молчание.
— Все изменилось. — У Ирины сохранился грудной, красивый голос.
Я выбралась из-под стула и тут же увидела направленное на меня острие катаны. Взгляд
невольно скользнул вдоль лезвия, к костистой руке, вцепившейся в рукоять, по локтю к плечу.
То, что стояло передо мной, было не просто страшно. Это было ужасно. Живой скелет, обтянутый кожей. Шикарные каштановые волосы падали на угловатые плечи. Одежда держалась словно в воздухе, под ней не чувствовалось тела. Черные, провалившиеся глаза, не отрываясь, смотрели на Эдгара. Казалось, было слышно, как весь организм несчастной Ирины стонет от жажды крови. Я почувствовала боль в ее голове, разрывающую, тягучую. Эта боль требовала объяснения, оправдания страданию. Тем более когда рядом была я. Та, из-за которой все это произошло. Та, чья смерть может все искупить.
Между нами валялся виноград. Я снова почувствовала знакомое жжение в кончиках пальцев. Создавался аркан. На всех находящихся в этой комнате. Интересно, кто первый переступит черту? Хотя можно было даже не спрашивать, кто загремит на тот свет первым.
— Думаешь, твой дружок тебе поможет?
А Эдгар улыбался. Он был уверен в своих силах. Все еще. Неужели всевластие до того делает вампиров незрячими?
Вдоль стенки я поползла к старику. Если уж и стоять с кем-нибудь рядом, то лучше с ним.
— Деточка, ты нападешь на вампира? — Эдгар стоял, сложив руки. — Тебе никто не говорил, что так поступать нельзя?
— Я знаю!
Ирина прыгнула вперед. Катана разрезала воздух, и комната словно развалилась надвое.
Я присела, спрятав голову в колени. Быстро забормотала присказку на удачу. Летели во все стороны щепки от стола. Ирина нападала с яростью. Эдгар отступал. Старик не защищался, просто уходил от ударов. Долгую минуту они кружили по комнате, пока Эдгар не догадался выскочить в коридор. Мелькнула тень, я вывалилась за ней следом. Сзади мне наподдала Ирина, я кувырком вылетела в коридор.
— Смотритель! — фыркнули мне в лицо. Блеснули белоснежные зубы. Ирина сидела на мне с явным желанием испробовать вкус моей крови. Гранатовый крестик на моей груди заметно нагрелся. Подарок Макса вновь пытался защитить меня!
— Убей ее! — бушевал Эдгар. — Как убивали вампиры Смотрителей тысячу лет до тебя!
Эти слова остановили Ирину. Она отскочила от меня в сторону и теперь стояла, полусогнувшись, приходя в себя. Ее бешеный взгляд заставил меня попятиться. Оступилась, упала. Ирина помчалась ко мне, больно ударила по плечу, пробежала мимо. Я успела заметить, как она накинулась на Эдгара. Они слились в танце стремительного, почти не видимого глазу движения. Но дела у Эдгара пошли лучше, Ирина начала отступать. Старик швырнул соперницу об стену, затем оба вампира скрылись за поворотом.