Прибрежник
Шрифт:
Сверху спустилась Элен и не сдержала ехидного смешка, за что тут же получила от Ирил дополнительное задание по уборке помещения. Эл сердито надула губы, взяла тряпку и принялась возить ею по полу, не столько собирая, сколько растирая воду. Под аккомпанемент гневного сопения Элен и грохота переставляемого ведра, лейтенант сунул револьвер под подушку и на минутку прикрыл глаза.
3
Когда Рикат проснулся, было уже совсем светло. Топилась печурка, от металлических боков исходило приятное тепло, а над печкой на веревке болталась
Рикат не спеша, переоделся, пригладил волосы и поднялся на палубу. От вчерашнего шторма не осталось и следа. На фоне ясного солнечного утра Элен и Герни под мудрым руководством Ирил чистили картофель. Теряя по дороге остатки кожуры, картофелины одна за другой плюхались в кастрюлю.
– Герни, покажи лейтенанту, где можно умыться.
Под завистливым взглядом Элен временно освобожденный помощник кока вскочил:
– С удовольствием!
Теперь, без спешки, Нэти наконец рассмотрел яхту и решил, что «Мираж» знавал лучшие времена. Выстроенный из тикового дерева, с мачтами, выскобленными и напарафиненными так, что блестели на солнце, с латунными украшениями, с медной обшивкой – он все еще был хорош. Хотя, едва приметный налет времени все же присутствовал: латунь местами была помята, нелепым пятном торчала на палубе грубо сделанная рубка, одну из двух мачт явно меняли. Короче, яхта видала виды.
– Где мы сейчас? – спросил Рикат у Герни, осматривая горизонт без малейших признаков берега.
– Нас здорово отнесло к югу. Не переживай, лейтенант, мы вас высадим, как только подойдем ближе к Стэкату. Я лично доставлю на ялике!
4
Нэти вернулся в каюту, осмотрелся и принялся будить Марана Келли. Револьвер из-под подушки давно уже перекочевал в кобуру лейтенанта, а вот винтовка Келли куда-то запропала. С вечера она стояла в углу рядом со шкафом, но теперь ее там не было! Нэти долго тряс Марана за плечи, но добился лишь невнятного мычания. Глаз Келли так и не открыл. Рикат еще раз оглядел каюту с безмятежно похрапывающими обитателями и решительно шагнул к двери в глубине каюты, откуда в первый раз выходила Женщина в Черном.
С первого взгляда он понял, что упрятать винтовку в такой крошечной каморке сложно. Двухъярусная койка, деревянный матросский сундук возле нее и похожий на мяч предмет, накрытый белой салфеткой на доске откидного стола – это все.
Нэти машинально потянул салфетку за край и невольно вздрогнул, отшатываясь. На блюде под салфеткой лежала человеческая голова!
Длинные волосы каштановой волной спускались по щеке, прикрывая шею. Смерть не изуродовало прекрасное женское лицо, только придала фарфоровую белизну щекам и положила коричневую тень у опущенных век.
Секунду Рикат смотрел на невероятную находку, потом резко набросил салфетку и отступил назад. Дверь предательски скрипнула.
– Чакта!
Нэти обернулся: на ступеньках трапа стояла Ирил, а с койки соскакивал разбуженный капитан. Рука Нэти рванулась к кобуре, но попала в тиски, так и не добравшись до револьвера. Ее не спеша отвели в сторону, потом так же неторопливо заломили
– Уж, если не везет, то по-крупному!
Вместо ответа прибрежник охнул и стал оседать на пол. Едва удивленный капитан ослабил хватку, Нэти выдернул правую руку, левой двинул Миде в солнечное сплетение и прыгнул к трапу. Ирил благоразумно посторонилась. Пока Чакта переступал через скрюченного матроса, Нэти почти одолел трап… но чуть не напоролся лбом на ствол винтовки.
– Торопишься? – Герни был очень вежлив. – А проститься?
Рассвирепевший капитан буквально сдернул Риката с трапа, заломил ему за спину руки и связал их поданной Ирил черной шалью.
– Шустрый парень! – все еще морщась, проворчал с пола Миде.
Герни спустился, обошел койку, на которой беспробудно спал Келли и помог Миде подняться:
– Тебе-то кто шустрить не давал?– На что вы надеетесь?! – Рикат смотрел на капитана, но обращался к Ирил. – Патруль будет нас искать!
Чакта молча снял с себя кожаный ремень, наклонился и стянул ноги Риката у щиколоток.
– Ч-что случилось? – сверху появилась Элен, и голос у нее дрожал. Элен часто задает дурацкие вопросы, и никто ей не ответил.
– Все вон! – приказала Ирил. – Кроме Герни. Оружие – утопить!
Миде не хотелось расставаться с офицерским револьвером. Тяжко вздыхая, он посмотрел на оружие полным сожаления взглядом, а вот винтовку у Герни забрал очень охотно и быстро взбежал вверх по трапу. Повинуясь молчаливому кивку Ирил, капитан стащил с койки Келли и также поволок наверх, причем, Маран Келли даже не проснулся.
– Оставьте его, подонки! Вы за это ответите! – Нэти начал чертыхаться так рьяно, что кажется, переплюнул даже нашего капитана. При этом он норовил стукнуть головой близстоящего Герни, так что секретарю даже пришлось уворачиваться. Ирил поморщилась:
– Слишком шумно!
Герни проворно обыскал карманы лейтенанта, выудил слегка помятый платок, примерился и ловко затолкал в рот владельца.
– Я сказала: все вон, Элен!
Как не был взвинчен Рикат, все же он с удивлением взглянул на человека, которого все время принимал за мальчишку. Элен жалобно заморгала, но уходить не спешила:
– Что ты собираешься делать?
Ирил не ответила, несколько секунд она о чем-то думала, потом сказала уже другим тоном:
– Впрочем, можешь остаться. Принеси свечи. Герни, печь едва горит!
Нэти понял, что попал в руки безумцев. Он слышал о людях, поклоняющихся черным богам, предающим жестокой смерти несчастных, назначенных на роль жертвы. Он будет следующим?!
Желая порвать путы, Нэти дернулся так, что не устоял на ногах. Ирил не обратила внимания на звук падения: она расставляла на полу свечи. Герни отодвинул заслонку печи, подбросил сухих поленьев, отчего пламя вспыхнуло с удвоенной силой, и отошел, оставив топку открытой.
– Давай его! Элен, отойди. Дальше!
Элен прижалась спиной к двери маленькой каюты и, глотая слезы, наблюдала, как Герни подтаскивает отчаянно извивающегося прибрежника к топке. Девчонке было жаль лейтенанта, но вмешиваться она боялась.