Придон
Шрифт:
Полог откинулся, один за другим заходили военачальники. Лица встревоженные, кто-то уже знал, видели, как вели под руки раненого Меклена. Никто не проронил ни слова, даже не сел за стол, ведь пришли незвано, встали у стенки, переводили вопрошающие взоры с Придона на Вяземайта, на Аснерда и обратно на Придона.
Вяземайт заговорил медленно, лицо неподвижное, даже глаза потускнели:
– Давайте решать, что делать дальше.
Придон вскипел.
– Что делать? Нас разозлили!.. Теперь мы еще больше… Вяземайт
– Я первым высказался за начало войны с Куявией, – напомнил Вяземайт. – Никто о ней еще не думал, а я уже раскачивал лодку. И как тебя подталкивал, помнишь? Теперь же могу сказать… с чистой совестью и гордостью!.. сказать, честно глядя вам в глаза… что мы уже можем закончить поход! Да, закончить. Мы выполнили все, чего добивались. Даже больше, больше! Вспомните, мы затевали просто большой набег. Большой, с захватом двух-трех городов и многих сел. Вместо этого разгромили три главные куявские армии и захватили половину их страны! Наш поход потряс все страны. О нем будут слагать песни, старики будут рассказывать молодым с гордостью!
Аснерд нахмурился.
– И что ты предлагаешь?
– Взглянуть на стены Куябы, – ответил Вяземайт, – трезво. Мы разобьемся о них, как волны разбиваются о скалистый берег. А до этого нам всюду сопутствовала удача. Что я предлагаю? Просто взять с Тулея богатый выкуп. Огромный!.. Мы ведь за добычей шли, не так ли?
Военачальники переглядывались, помалкивали, наконец Волог заговорил с соседом, и тогда заговорили все, на Придона никто не смотрел. Придон молчал, стиснув зубы так, что трещали кости черепа.
Аснерд после долгого молчания спросил медленно:
– Вяземайт… а ты сам что думаешь?
Вяземайт сказал сварливо:
– При чем тут я?
– Нет, ты скажи!
– Я говорю о необходимости, – ответил Вяземайт раздраженно. – Была необходимость в этом походе, была! Знаешь, что была. А сейчас мы все выполнили.
Аснерд спросил медленно:
– Все ли?
– Если смотреть…
– Нет, – прервал Аснерд, – давай без этих: с одной стороны, с другой… Все ли мы выполнили?
Вяземайт развел руками:
– Смотря как смотреть. Если с точки зрения войска…
– Нет, – обрубил Аснерд, – войско скажет само. А что скажешь ты?
– Что скажу я, – буркнул Вяземайт. – Я – волхв, забыл? Мы всегда дар богов ставим выше, чем такие дары земли, как золото, серебро, алмазы… Потому я за то, чтобы поход продолжать до тех пор, пока не добудем Итанию. Ведь добывает ее не Придон, добывает ее Артания!.. Но если с точки зрения войска…
Аснерд грохнул кулаком по столу.
– Заткнись! – рявкнул он. – Я сказал, войско свое слово еще скажет. Да ты и сам сказал за войско.
– Когда?
– Ты сказал, что Итанию добывает не Придон, а вся Артания. А наша Артания – вся войско!.. И не за золотом мы шли, Вяземайт, сам знаешь.
Вяземайт
– Знаю.
Аснерд опешил, спросил тупо после паузы:
– Так какого же Ящера?
– Должен же я убедиться, – ответил Вяземайт с кривой усмешкой. – Состояние духа – это моя забота.
Аснерд выругался. Военачальники задвигались, зашумели. Придон медленно выпустил воздух сквозь зубы. В голову толчками била кипящая кровь, тело разогрелось.
– В какой-то мере, – сказал он как можно рассудительнее, хотя кровь кипела, а сердце гнало ее толчками в мозг, – в какой-то мере Вяземайт прав… Мы сделали небывалое! Захватили половину Куявии. Нас ни разу даже не потрепали… как следует. Двадцать сражений, и везде – победы. Остальные города ложились под наше войско, как куявская портовая шлюха, завидя подплывающего моряка. Но Куяба – другое дело. Помимо этих стен, что ужасают своим видом, здесь полно колдунов. В самой Куябе! А эти башни, что защищают столицу?.. Давайте, говорите откровенно. Начинаем большой военный совет. Мы должны взять Куябу! И поступить с нею так, как заслуживает.
Глава 6
Втроем выехали на вершину небольшого холма, сопровождающий отряд охраны остался у подножия. С вершины открылся вид на окрестности, на плоской равнине все как на ладони, только стены Куябы задраны к небу настолько, что стена все-таки закрывает город от чужих глаз. Впрочем, крыши роскошных дворцов да шпили храмов высовываются выше стены, нагло блещут золотом, колют глаза богатством, дразнят, злят, заставляют сердце стучать чаще.
С той стороны города грозно упирается в небо мрачная, как ночь, черная башня. Придон не мог определить на глаз, что за камень, рядом сердито сопел Аснерд, Вяземайт шумно почесал в затылке, раздвигая серебро длинных волос, сейчас можно, рядом свои, сказал со злостью:
– Одно не могу понять… Почему здесь?
Конь под Аснердом переступил с ноги на ногу, Аснерд качнулся, прогудел раздраженно:
– А что не так?
– Все остальные башни, а их с десяток, далеко в горах!.. А эти две – единственные, что выползли так далеко на равнину.
– Может, в них что-то особенное?
– Как знать, как знать…
Аснерд прорычал:
– Узнаем. По-артански, на своих шкурах.
Придон смотрел на черные силуэты и медленно наливался тяжелой черной злобой, будто непроизвольно впускал в себя озеро растопленной смолы. Эти две башни закрывают дорогу к Итании, а значит, и к жизни вообще.
Аснерд пробормотал:
– Будь это в горах, я еще как-то мог бы попробовать… ну, с горными великанами. Все-таки родня. Но здесь, гм…
– В любом случае лучше договариваться с гномами, – ответил Вяземайт. – Кто знает, как?