Придон
Шрифт:
Аснерд проводил задумчивым взглядом Щецина и куявов.
– А что мешает нам… срубить им головы? Золото останется нам.
Придон ужаснулся:
– Как это – срубить? А наше слово?
– О том и говорю, – сказал Аснерд со смешком, – почему-то слово мешает, а? Ведь это всего лишь слово?
Придон беспомощно развел руками, а Вяземайт посоветовал серьезно:
– Не умничай, здоровяк. А то голова лопнет.
– Почему?
– От мыслей, – сказал Вяземайт еще серьезнее. – Мысли могут расколоть череп почище топора. Умный куяв бы сказал, что держать слово – выгодно.
– Ну…
– Вот сейчас эти шестеро, – объяснил Вяземайт, – убегут куда-то на окраины Куявии, а то и переберутся в богатый Вантит. Даже там везде узнают, что артане слово держат. Могли бы срубить головы, но дали столько золота, сколько обещали!.. Так что слово артанина – то же золото! Если не дороже.
Придон поморщился.
– Все верно, но… все равно гадкое чувство, что мы могли бы прижечь язву, а вместо этого отпустили заразную корову на чужие поля. Пусть, мол, и там всех заразит.
– Так это же куявов! – воскликнул Аснерд бодро. – И всяких там вантийцев… Их не жалко!
– Их не жалко, – согласился Придон, – да только заразе все равно, кого бить. Чем больше заразы мы отпустим гулять по свету, тем больше к нам вернется… ладно, Ящер с ними! Как будем брать дворец? Там отборные герои. Тулей, как и любой тцар, со всей страны собрал в свой дворец самых сильных и отважных. Конечно, мы уже взяли город, дворец возьмем обязательно… но мне вдруг стало жаль терять воинов.
Аснерд взглянул остро, Вяземайт отвел глаза. Из того войска, что двинулось в поход, треть уже полегла. Неудивительно, что Придон вдруг начал замечать потери.
– Дворец окружен, – сказал Вяземайт. – Никто не выскользнет. Правда, чую магию. Так, ерунда, не магия. Я прорву этот занавес, а дальше ваше дело. Придон, ты слышишь?
Придон вздрогнул, образ Итании заколебался и рассеялся в теплом воздухе.
– Слышу, – ответил он. – Аснерд, собери сотню героев! Последняя битва!
– Какая сотня? – удивился Аснерд. – Меня разорвут, если я поведу хотя бы тысячу!.. Нет, на штурм пойдут все. Десятки тысяч!
Придон молча пришпорил коня. По улицам часто попадались трупы, очень мало с оружием, но почти все – в богатой одежде. Некоторых, судя по всему, выбрасывали из высоких окон.
На площади перед дворцом трупов меньше, сам дворец окружен в несколько рядов раздраженными воинами. Все время подбегали лучники, во главе уже стоят Меривой и Франк, их гигантские луки время от времени грозно щелкают, под жуткий басовый гул стальной тетивы огромные стрелы устремляются в дворец, крушат, ломают, пронзают всех и все, что попадается на пути.
Придон быстро огляделся, из всех окон дворца быстро и умело бьют по артанам из луков. Аснерд собрал около тысячи лучников, молодец, велел прикрыть их щитами и подвел под самые стены. На каждую куявскую стрелу в окна влетает десять, и, когда на площадь вкатили таран, уже некому было бросать на него камни и лить горящую смолу.
Придон прокричал взбешенно:
– Какой таран! Это не городские ворота!
Аснерд оглянулся, Придон увидел потное усталое лицо, подумал с раскаянием, что старый воевода не спит уже две ночи.
– Зачем нам потери? – крикнул Аснерд.
– Артан
Он покинул седло и, с мечом в поднятой руке, взбежал по мраморным ступенькам. Аснерд увидел, как страшно заблистал небесный огонь, подчиняясь воле молодого тцара. Одновременно с десяток воинов ударили топорами, створки ворот затряслись, полетели искры и щепки. Волог и Меклен успели первыми. Их гигантские топоры сотрясали ворота, грохот разнесся по всей площади. Подбежали Белозерц и Ральсвик, еще с десяток силачей остановились на полдороге, страшась попасть под жестокие удары.
Ворота ходили ходуном, начали валиться вовнутрь, но, прежде чем рухнули, Придон уже прыгнул, как барс, ворота ударились под его весом о мраморный пол с жутким звоном и грохотом. Уже в зале он прыгнул снова, озверелый, свирепый, готовый рубить, крушить, разбивать головы, оглядывался по сторонам…
…далеко донесся стук подошв убегающих людей.
– Догнать! – прокричал он. – Не упускать…
И сам ринулся с поднятым мечом. За ним грохотали сапоги. Во втором зале Придон остановился на миг, рявкнул люто:
– Аснерд, Меклен!.. Догнать этих… защитников! Что-то здесь нечисто.
– А ты? – крикнул Аснерд.
– Незаконченное дело!
Аснерд поглядел ему вслед, рыкнул:
– Меклен, бери всех людей и попробуй догнать тех…
– А ты?
– Боюсь, как бы этот кувшин голову не разбил.
Меклен кивнул в его широченную спину:
– Крок и ты, Зброяр, не отставайте от этого старого дурака. Если не ошибаюсь, им придется там, как нигде, жарко.
Он повел отряд в погоню, а Крок и Зброяр свернули в боковой проход вслед за Аснердом.
Аснерд был прав: Придону до покоев Итании остался один лал, но впереди раздался топот ног, звон железа, грубые мужские голоса, торопливые и встревоженные. Навстречу бежали рослые воины в роскошных доспехах дворцовой стражи. Последней торопилась Итания, бледная и перепуганная. Ее тащил за руку Ундин, правая рука Рипея, начальника дворцовой стражи, а теперь уже командующего всеми войсками Куявии.
Итания не успела вскрикнуть, как Придон обрушился подобно буре. Трое исполинов рухнули, как сломленные сухие деревца. Она в ужасе прижалась к стене, Ундин попытался провести ее за спинами сражающихся, но примчались еще двое артан и загородили дорогу.
– Бросайте оружие! – крикнул Придон.
Ундин закричал:
– Убейте его!.. Это Придон!
Аснерд шагнул вперед, лезвие огромного топора обрушилось на закованное в железо плечо Ундина. Ундин отшатнулся, вскрикнул. Плечо с рукой отделились от тела. Итания вскрикнула, ее глаза не отрывались от Придона. Тот двигался как призрак, жестокий и смертоносный, с каждым ударом его меча слышался вскрик, кто-то падал, и снова звон, вскрик, падение тяжелого тела.
Они выбегали навстречу целыми группами, все огромного роста, в железе, отборная стража, лучшие бойцы Куявии. Придон в остервенении рубил, крушил, повергал, почти рядом стоял насмерть Аснерд, а молодые Крок и Зброяр все пытались выдвинуться вперед, но их отжимали, преграждали дорогу огромными хрипящими телами.