Приёмный
Шрифт:
Подлокотник кожаного дивана отдавался прохладой в руку. Я бы и хотел наслаждаться его мягкостью и качеством материала, но на деле с головой провалился во вчерашний день. Квартира Лазаря запомнится мне надолго. Возможно, на всю жизнь.
Сколько яркими и пугающими были те воспоминания, столько и обрывистыми. Большую часть случившегося я провёл в отрыве от реальности, в наркотическом дурмане. Вспоминал случившееся будто кошмарный сон. Помнил самые яркие эпизоды и моменты близости смерти, а всё остальное осталось в памяти затуманенными образами.
Пацаны ворвались в квартиру. Первым влетел Тарас, за ним — Карате, готовый в любую секунду поддержать
Тогда мне казалось, что всё должно случится стремительно. Они ворвутся в квартиру, будто налётчики на ювелирную лавку, и в течение двух-трёх минут заберут ценное. На такие размышления меня подталкивали страх и неопытность. Пацаны же, хоть и промышляли обычно мелочью (по сравнению с этим делом), держались спокойно и уверенно. Они не только не спешили уйти из квартиры, но и подождали, когда поднимется Желудь.
Пеху и Лазаря сгрузили на диван и связали. Пока у дилера были силы, он кричал и называл нас покойниками. Тарасу не понравилось. Двумя ударами он смял крикуну лицо, смешав кровь из носа Лазаря с кровью Пехи из затылка. Тот, к слову, в себя так и не пришёл.
Деньги нашлись под каркасом кровати. Пачка, толщиной пять сантиметров. Пацаны не постеснялись возликовать прямо на глазах у пленника. Дали друг другу пятюни, а Тарас долбанул увесистой пачкой Лазарю по макушке.
Таблетки искать не пришлось. Коробка стояла на кухонном столе, заполненная на три четверти. Помнится, на кухне случился какой-то спор. Суть я уловил очень плохо, потому что сидел в кресле в прихожей и раз в десять секунд выныривал из дурмана. Кажется, Тарас и Желудь топили за то, чтобы забрать таблетки себе, а Карате не соглашался.
Двое против одного. На стороне большинства — лидер группировки. Какие у Карате шансы отстоять свою позицию? Ещё какие! Он мог отступить или поддаться под уговоры в каком-то простом вопросе, но всё то, что касалось честности…
— Мы пришли, чтобы наказать мошенника, а не отжимать его бизнес!
Удивительно, но Желудь сопротивлялся даже больше, чем Тарас. Карате остался непреклонен:
— Таблетки спускаем в канализацию и точка!
Спор закончился. Тарас предупредил Лазаря, чтобы тот заканчивал кидать людей, и пообещал наведаться ещё раз, если он возьмется за старое. Лазарь же ревел благим матом и порывался встать. Тарас старался привлечь его внимание громкими словами, но получалось только затрещиной.
… … …
О телефонном разговоре Лазаря по поводу проверки номера Тараса, я вспомнил рано утром следующего дня. Опомнился и поднял неслабый шум. Пацаны, подумали, что я отдаю концы, и тут же сбежались на зов.
Сбивчиво я рассказал, что Лазарь кому-то звонил и диктовал номер Тараса. Лишь спустя время до меня дошло, что мы в любом случае засветились на камерах, а потому узнать наши имена (по крайней мере имя довольно известного в Бетонке Тараса) будет не сложно. Тем не менее босс успокоил не только меня, но и поддавшегося моей панике Желудя:
— Ёпт, ты не мог хотя бы до восьми часов свою истерику придержать?! — усмехнулся Тарас, потирая глаза. — Думаешь, мы рассчитывали остаться неизвестными? Брось! В Бетонке о нашем деле узнают уже вечером. Во дворах, а может где-то повыше, прозвучат наши имена.
— Тогда…
— Мы бы
Вкратце я рассказал, что было в квартире. Мерзкий Лазарь, наезд у двери и таблетки, которые он заставил съесть. Охранник, ругань с Лазарем, мой трюк с горстью таблеток и энергия…
Говорить про оранжевую энергию, которую я получил из таблеток Лазаря, было неловко. Кое-что я умолчал, например, про посещение сферы. Ведь я не знал ни одного человека, кто заикался бы про похожую особенность — рассматривать энергию также, как это делал я. Носители энергии воздействия или сохранения, достигнув определенного уровня обращения, ощущали энергию в себе, но никак не видели её. Я сказал, что почувствовал прилив, подобно тому, что они чувствуют на Жертвенниках, и использовал энергию.
Если во время нашей первой встречи пацаны с нескрываемым сомнением слушали мои слова о оранжевой энергии, то в этот раз они хоть и не видели её в действии, но отрицать не могли. Тарас заинтересовался больше других:
— А сейчас чувствуешь?
— Нет, — я помотал головой.
— Значит, она появилась из-за таблеток?
— Похоже на то.
— Я же говорил, не нужно было их выкидывать! — вмешался Желудь.
— Ну выкинули и выкинули, — с облегчением в голосе ответил Тарас. — Нехер с наркотой связываться!
Мне предстояло хорошенько обдумать случившееся. Разобраться или хотя бы предположить — что происходит с моей сферой. Почему одну энергию она принимает и преобразовывает, а другую враждебно отталкивает. Тем не менее, я согласился с Тарасом по поводу наркоты. Даже если энергетические добавки, которые содержатся в колёсах Лазаря, могут восполнять мою сферу оранжевой энергией, это не повод — подсаживаться на наркоту. Сутки находиться в состоянии обдолбанного овоща в обмен на десять секунд действия под оранжевым фильтром — непомерно дорогая цена.
— Тебе мало того, сколько мы подняли?!
— Нет-нет, — пробормотал Пухлый и отвёл взгляд.
— Ты сделал всё на высшем уровне, Данил, — Карате обратился ко мне. — Мы забрали у Лазаря пятьдесят тысяч. Тарас нашёл отличную, а главное — честную работу, а ты сделал почти всё дело в одиночку. Красавчик!
— Да, неплохо, — бросил Тарас и пошёл к выходу. — Приводите себя в порядок. Скоро поедем смотреть хату!
… … …
В такси я узнал, что от пятидесяти тысяч осталось сорок пять. Десять процентов ушли в общак банд Бетонки. Пять тысяч не гарантировали нам защиту от Лазаря, а скорее — отмывали наши деньги. Заплатив взнос, мы могли не бояться, что кто-нибудь из более влиятельных банд позарится на нашу добычу. Мы получили подтверждение старших, что деньги заработаны честно (в бандитских понятиях), после чего могли ими распоряжаться.