Приговор
Шрифт:
— А где дворф? — спросила Данифай.
— Он решил узнать, не получится ли раздобыть пропуск по другим каналам.
— Вы уверены, что он это сделает?
— Не совсем, но это то, что нам самим так просто не сделать. — Проводник поморщился. — Это единственный способ достаточно разумного ведения дел с кланами дергаров. Если бы меня поймали на том, что я ищу способ добыть фальшивый пропуск, я бы весьма смахивал на шпиона, верно? Ну и вы тоже, за компанию.
— Настоящие шпионы пробирались бы в Граклстах именно таким же способом, как и мы, — подал голос из угла Рилд.
Его Дровокол лежал у стены так, чтобы до него было легко
— Верно, но не забывай, что Угольщик — сам в некотором роде контрабандист. Едва ли он сильно хочет привлекать к нам внимание кронпринца, — ответил Вейлас. — Однако мы с Мастером Оружия пополнили наши припасы, так что готовы выступить, как только Угольщик добудет нам бумаги.
— Похоже, мы сделали все, что можно было на данный момент, — заметила Халисстра. — Что касается меня, я устала от слепящих пустынь, владений тени, в которых даже душа выцветает, и голых камней пещер. Если вскоре нам предстоит вернуться в суровые края без намека на комфорт, я собираюсь наслаждаться цивилизацией, насколько смогу.
Халисстра протянула свой кубок Данифай, чтобы та наполнила его. Рабыня грациозно поднялась и налила своей повелительнице вина.
— Пей, если хочешь, но не позволяй своим мозгам отупеть от пьянства, — предостерегла с дивана Квентл. — В этом мерзком городе мы едва ли среди друзей.
— А мы когда-нибудь бываем среди друзей? — фыркнул Рилд.
Халисстра тихо рассмеялась.
— Конечно, Рилд, но сегодня ночью мы можем отдохнуть в комфорте, зная наверняка, что все мы не доверяем друг другу и что неподалеку таятся беспощадные враги, которые уничтожили бы нас, если бы могли.
Данифай приблизилась к Квентл с кувшином в руках. Не обращая внимания на легонько шевельнувшихся змей в плети жрицы, она потупила взгляд и склонилась, чтобы наполнить кубок настоятельницы Арак-Тинилита.
— Когда выпадает возможность, мы должны наслаждаться, как только можем,— добавила Данифай. — Разве не в этом смысл власти?
Халисстра потягивала вино и наблюдала за разворачивающейся сценой. Данифай не стала надевать под кольчугу рубаху, когда обнаружилось, что под черным мифрилом нет кожаной подкладки. Разумеется, Халисстра уже предложила ей свою запасную и не сомневалась, что утром Данифай примет дар. А тем временем прекрасная темная кожа девушки просвечивала сквозь металлические звенья, и, когда она наклонилась, чтобы налить Квентл вина, ее полные округлые груди соблазнительно закачались под мифрилом. Сидящие в комнате мужчины, как ни пытались, не могли оторвать от нее глаз. Даже Джеггреда, это здоровенное четырехрукое чудовище, словно заворожили грация и красота девушки. Вейлас нахмурился и принялся смазывать свои крури, явно почувствовав всю опасность момента и с обычной осторожностью пойдя на попятный. С другой стороны, Рилд...
Рилд смотрел на нее. Халисстра старательно стерла с лица удивление, столкнувшись взглядом с Мастером Оружия. Их глаза встретились. Выражение его лица было жадным, напряженным, и Халисстра поняла, что позирование Данифай не осталось незамеченным им, но, вместо того чтобы глазеть на девушку в мифриловой кольчуге, Мастер Оружия обратил свой взор на нее.
Рилд чуть улыбнулся и легонько шевельнул пальцами:
— Интересная игра.
— Не понимаю, о чем ты, — ответила знаком Халисстра, хотя ей было очевидно, что Мастер Мили-Магтира прекрасно понял, что она делает.
Она вновь сосредоточила внимание на Данифай, которая теперь опустилась
Вернулся, в конце концов, Фарон с кучей свитков под мышкой. После нескольких вялых выпадов в адрес Мастера Оружия, чтобы помешать тому сосредоточиться, маг удалился в свою комнату. Рилд все равно выиграл, хотя проводник Бреган Д'эрт набрал немало очков.
— Сегодня был долгий день, — сказала Квентл. — Я ухожу к себе. Джеггред, Вейлас, разделите ночь пополам. Остальные двое будут сторожить завтра.
Она встала, потянулась и взглянула на Данифай, прежде чем выскользнуть из комнаты.
— Думаю, я сделаю то же самое,— сказала Данифай.
Рабыня бросила взгляд на Халисстру, робко улыбнулась и быстро вышла вслед за Квентл. Рилд убрал доску для сава и направился в свою комнату, пока Вейлас и Джеггред бросали монетку, кому стоять первую стражу. Халисстра поднялась, оправила пивафви и пошла к себе наверх. Она на миг помедлила перед дверью Квентл и прислушалась, достаточно долго, чтобы расслышать звук, который мог бы быть тихим вздохом или же шелестом одежды, потом продолжила свой путь. Змеи Квентл вполне могли сообщить хозяйке о подслушивающем под ее дверью.
«Умница,— подумала Халисстра.— Квентл воистину коварна и способна на решительные шаги».
В Чед Насаде Халисстра не раз отправляла Данифай соблазнять противниц. Даже у самой прагматичной жрицы найдутся любимые существа, и порой можно манипулировать холодной и расчетливой во всех остальных отношениях женщиной через ее тайные страсти. Халисстра сомневалась, что Данифай сумеет добиться хоть какого-то настоящего влияния на Квентл, но на худой конец у наставницы Арак-Тинилита появится причина не прогонять Халисстру и ее служанку просто из своей прихоти. Конечно, если услуги Данифай покажутся Квентл слишком ценными, Бэнр может склониться к тому, чтобы объявить рабыню своей, но на этот риск Халисстра готова была пойти.
Даже если Данифай станет подбивать Бэнр поступить именно так... Халисстра вспомнила серебряный кулон на шее девушки и позволила себе улыбнуться. Пока Данифай не сумеет освободиться от связывающего их заклинания, ей не удастся предпринять ни малейшего шага в этом направлении, поскольку смерть Халисстры приблизит и ее конец. Халисстра чувствовала, что в данный момент может положиться на верность девушки. Халисстра отыскала свою комнату и разделась, сложив кольчугу на сундук и оставив жезл там, откуда могла легко его схватить.
Она погружалась в Дремление, думая о Квентл и Данифай.
Алиисза ехала по улицам Граклстаха в железном паланкине, который тащили четыре огра и сопровождала дюжина воинов-танарукков. Танарукки в кольчугах из отполированной стали были вооружены страшными кривыми саблями. Один из них нес желтое знамя с придуманным Кааниром Воком знаком — скипетр, который держит рука в латной рукавице. В два раза больше воинов-дергаров эскортировали посольство, не сводя подозрительных взглядов с черного паланкина и его пассажирки. Подобное внимание было лестно демонице. Разумеется, своим ходом она передвигалась бы куда быстрее, но такой торжественный въезд в город серых дворфов мог заставить дергаров воспринять ее всерьез. Кроме того, это было забавно.