Приговор
Шрифт:
Ему легко было советовать насчет других тем, но Малевского интересовала только одна тема - она сама, к ней и сводились все разговоры. После ужина гуляющих было мало, а для санатория огородили большой участок леса, поэтому они никого не встретили.
– Не скажете, чем думаете заниматься после развода?
– спросил Дмитрий Михайлович, когда они нагулялись и уже собрались возвращаться.
– Вы не хотите делить имущество и ограничились одной квартирой. Скорее всего, в ней не будет ничего, кроме стен. Образования или опыта какой-то работы у вас нет. Есть, конечно, занятия, которые не требуют квалификации, но это...
– У меня есть деньги, чтобы купить необходимое,
– Давайте не будем сейчас об этом говорить. Я через пять дней уеду, да и вы здесь долго не задержитесь. Когда будете в Москве, позвоните. Если не буду занята, можем встретиться. Пошли быстрее, а то начали кусать комары!
Малевский проводил ее до номера и попрощался. В этот вечер Вера получила от глюка еще одну порцию знаний.
– Дал тебе нашу борьбу, - объяснил он, когда вернул управление телом.
– Вряд ли она тебе даст какие-то преимущества перед кунг-фу или карате, но зато ничего не придется учить. Все приемы и связки сразу закладываются в память и не потребуют отработки. Единственная твоя задача - подготовить тело.
– А зачем вам какая-то борьба?
– спросила она.
– Даже у нас ее изучают очень немногие, а мы, по твоим словам, дикари. А вы такие развитые...
– И у нас борьбу знают немногие, - ответил глюк.
– Не потому, что нужно много лет истязать себя тренировками, а просто из-за отсутствия необходимости. Есть фирма, которая записывает борьбу в память всем желающим, как я записал тебе. Обычно ее по традиции дают военным и тем, кто следит за порядком. Еще услугами фирмы пользуются любители подраться для своих походов в миры виртуальной реальности. Я решил, что с моей профессией умение драться может оказаться полезным, тем более что это дешевая услуга. Оружие надежней, но если я из него кого-нибудь убью, не помогут никакие деньги. А ты, когда приведешь в порядок тело, сможешь отбиться от двух или трех не умеющих драться мужчин. Но это только на тот случай, если где-нибудь зажмут, и не сможешь удрать.
– Ты еще долго собираешься пичкать меня знаниями?
– спросила Вера.
– А чем тебе мешают знания?
– удивился он.
– Они могут не потребоваться, но голову не перегрузят. Мы живем до четырехсот ваших лет, и пока ни у кого мозги не переполнились. А ты их получаешь без труда. Я вкладываю в тебя самые разные сведения, которые получаю из сети и считаю полезными. Такая эрудиция поможет в жизни и увеличит твои шансы выжить, а мои - дождаться возвращения в тело.
– Тогда изучи еще несколько языков, а потом научишь меня, - попросила она.
– И дай знания своих наук. Неужели жалко?
– Посмотрим, - неопределенно ответил он.
– Языками займусь, только не здесь. Интернет очень плохой, поэтому подождем до Москвы. Пожалуй, языки не помешают. Знания... Ладно, буду записывать, но понемногу, когда не будет ничего другого. И учти, что вкладывать буду не только те идеи, о которых у нас был разговор, но и много других знаний, иначе ты никому ничего не сможешь объяснить. Я фильтрую информацию, но все равно можешь подцепить какие-нибудь мои воспоминания. Предупреждаю, чтобы потом не было обид.
– Ты рук или ног не ломал?
– спросила Вера.
– А другие твои воспоминания я как-нибудь переживу. Глюк, у тебя женщины были?
– Любимых не было, а в отелях постоянно пользовался. Длительное воздержание вредит.
– А мне такие воспоминания не попадутся? Мне не интересно, но ведь ты смотрел, как я с мужем...
– Ты все равно сможешь только вспомнить, а не пережить, - со смешком ответил он, - Можешь мне поверить, что у нас с вами все
Оставшиеся до отъезда дни прошли очень быстро. Вера дважды в день занималась в тренажерном зале, ходила в столовую и гуляла с Малевским. До тренажеров дело не дошло, но мышцы стали крепче тех, которые у нее были после школы. Вода в озере была уже не такой теплой, но кое-кто еще купался. Хотела искупаться и Вера, но не смогла из-за слишком большого купальника. На станцию уехала утром служебным автобусом, а перед этим тепло простилась кое с кем из персонала санатория и своим художником. Два часа, пока ехала до Бреста, обдумывала будущую встречу с мужем, потом на вокзале купила билет до Москвы, сдала саквояж в камеру хранения и пошла знакомиться с городом. Ее поезд отправлялся почти в шесть вечера, так что времени было много. Сначала Вера прошлась по магазинам и купила белье, туфли и понравившееся ей польское платье, потом пообедала и поехала на такси в городской парк. С полчаса побродила по аллеям, села на лавку и позвонила мужу. Он почти сразу взял телефон, как будто ждал ее звонка.
– Здравствуй, - сказала Вера.
– Сегодня вечером выезжаю, а в Москве буду завтра около семи утра. Встречать необязательно, я возьму такси. Замки не менял?
– Ничего я не менял, - ответил он.
– Не нужно никаких такси, я тебя встречу.
– А плакать-то зачем?
– сказал глюк, когда она убрала телефон и встала с лавки.
– Я бы понимал твою печаль, если бы он был любимым человеком или хотя бы любил тебя, но ведь ничего этого нет. Что хорошего было в твоей жизни?
– Ничего ты не понимаешь, - ответила она и полезла в сумочку за носовым платком.
– За двадцать лет к кошке так привыкнешь, что будешь оплакивать, а это муж. Не знаю, будет ли у меня другой, а с этим мы не так уж плохо жили, особенно первые десять лет. И деньги он на мне никогда не экономил. Если бы были дети, все могло сложиться иначе. Я привыкла к тихой и спокойной жизни, а ты меня тянешь к своей интересной и яркой. На самолете боишься летать, хотя они очень редко падают, а меня выпихиваешь наверх. А если я оттуда навернусь и сверну себе шею, несмотря на вложенные знания и умение разбивать головы ногами? Поскучал бы какие-то десять лет, а потом щекотал себе нервы в своем собственном теле!
– В самолете от меня ничего не зависит, - возразил он, - а в тебя я вложу много сил и знаний. Если и свернешь голову, то в борьбе. Я не очень боюсь смерти, иначе сейчас работал бы в семейной фирме, но риск должен быть разумным. Всегда должен оставаться шанс выпутаться, в варианте с самолетом его нет. А ты скоро будешь вспоминать свою тихую и спокойную жизнь, как страшный сон. Борьба затягивает, и очень скоро ты это почувствуешь!
Глава 4
– Многого ожидал, только не этого!
– сказал Василий, с удивлением глядя на жену.
– Как тебе это удалось? Ты так здорово не выглядела даже тогда, когда мы познакомились.
– Сравнил восемнадцатилетнюю соплю со зрелой женщиной, - засмеялась Вера.
– Багаж возьмешь или мне его нести самой? Ты на машине?
– Конечно, возьму, - ответил он, забирая у нее саквояж.
– Машина на стоянке. Пойдем, по дороге расскажешь.