Шрифт:
Бабушкин дом. Ну разве есть место уютнее и безопаснее? Нет, конечно.
Так бы сказала Вера раньше. До того самого злополучного вечера, когда всё произошло. Теперь же она считает иначе…
На кухне закипел чайник, оповещая Веру пронзительным свистом. Вздрогнула и, схватив кардиган, быстро набросила его на плечи. Сегодня было холодно и сыро. За окном постукивал дождь,
Вера не любила темноту. Ещё с детства. Ей всегда казалось, что во тьме живут страшные существа, которые боятся яркого света. И стоит только ребёнку оказаться в каком-нибудь неосвещённом уголке, как там на него набросится страшное чудовище и обязательно растерзает. Ну или ещё чего похуже сотворит. Кто ж их, этих ночных существ знает, что там у них на уме…
С возрастом, конечно, страх встретить в своём шкафу Бабайку прошёл, но родился новый. Страх встретить в тёмном переулке наркомана или серийного убийцу. А эти уж точно пострашнее сказочных персонажей будут.
Но сегодня Вера чувствовала себя как-то странно. Словно за ней кто-то весь вечер наблюдает. Появилось это ощущение ещё сразу после электрички, на пустынной дороге-грунтовке, ведущей к домику на отшибе, где когда-то жила ее бабушка. Дорога была совершенно разбитая и размокшая из-за постоянных дождей. И вокруг никого. Если бы кто-то действительно следил за ней, Вера бы увидела его. Да и кто будет преследовать обычную официантку? А главное, зачем? Если только не тот самый маньяк, о котором пишут в «Подслушано…». Вера не часто здесь бывала. Так, приезжала, чтобы посадить и выкопать картошку да свёклу с морковкой.
И вот сейчас, уже дома, за закрытой дверью, Вера всё равно не могла избавиться от странного, пугающего ощущения, что в доме она не одна. Проверила окна, двери – всё закрыто. Вокруг ни души, дом находится на отшибе. Плюсом ко всему вышесказанному – погода. Даже цепной пёс не вылезет из конуры в такой ливень.
Свет снова моргнул, а на улице, наоборот, всё осветила молния и сразу же громыхнуло. Вера поёжилась, потянулась за чайником. Гроза – ещё один страх из детства. Бабушка Веры была медсестрой и часто оставляла девочку на ночь одну, уходя на дежурства. Жили они небогато и по-простому, так что нянек никто не приглашал, а варить кашу и жарить картошку
Налила себе чаю, залезла на старенький диван с ногами и, укутавшись в мягкий плед, включила телевизор. Пространство мгновенно заполнил смех – шла какая-то юмористическая передача. Так-то лучше. Сейчас ромашку выпьет, посмеётся и спать. Завтра нужно забор починить, в подвале на зиму убраться. Работы на все выходные хватит. А там уже, как устанет, не до паранойи будет.
Только не успела Вера вслушаться в слова очередной шутки, как в дверь кто-то громко постучал. Вздрогнула снова и едва не выронила чашку.
Осторожно поднялась с дивана, прихватила кочергу у печки. Мало ли… Не то чтобы она ждала прихода серийного убийцы, а всё же в гости в такое время не ходят.
– Кто там? – спросила, подойдя к входной двери, только никто ей не ответил. А стук повторился. Громкий, пугающий.
– Эй, я спросила кто там?
Тишина.
– Если не скажете кто, не открою! – сжала в руке кочергу и судорожно выдохнула, когда во всём доме погас свет. Погас и больше не включался.
Электричество не появилось ни через секунду, ни даже через минуту. Веру окутало тишиной и мраком. То, чего она терпеть не может.
Светил, правда, фонарь где-то вдали и его свет немного освещал калитку.
Вспотели ладони и ноги ослабели, когда стук повторился. Теперь он звучал не так громко, но более зловеще. Будто тот, кто стоял за дверью, знал, что Вера испугана до потери пульса.
Она больше не спрашивала кто там. Аккуратно проверила замки и на всякий случай отошла от двери. Кто бы там ни был, открывать ему никто не собирается, а если шутник не уйдёт, она позвонит в полицию. Да. Так и сделает.
Стук снова повторился, только теперь уже в окно. Прямо там, куда отошла Вера. Вскрикнув, отпрыгнула и подняла кочергу, вцепившись в рукоять обеими руками. Что, если это не шутка и там действительно кто-то, несущий опасность?
Конец ознакомительного фрагмента.