Приключения Димки Петрова...

Огромное открытое водное пространство большой континентальной реки вызывало откровенную оторопь. За последние несколько лет жизни в дремучих лесах, Димон как-то уже привык к тому, что если он и встречался где с водой, то тут же рядом маячил и противоположный берег, буквально в двух, трёх шагах. Здесь же всё было иначе.

Противоположный берег тут конечно был, куда уж без него, но как-то непривычно далеко, словно его здесь и не было. И к тому же степь, или как это тут у них называлось, безлесье, что ли, когда по совершенно непонятной

причине левый берег Великой реки был густо покрыт лесами, а на другом берегу, в той же самой климатической зоне, если и можно было встретить какое деревце, то лишь не выше двухметрового чахлого кустика. И на долгие, долгие вёрсты вглубь речной долины простирались там чудовищно огромные пространства заливных лугов.

Великолепные, богатейшие сенокосы, косить которые было тут некому. Некому и незачем. Потому как не жил здесь никто. А если и можно было здесь встретить кого, то лучше было бы обойти его дальней стороной. Так сказать, во избежание, потому как — целее будешь.

Это безлюдье прекраснейших и богатейших в прошлом земель — было совершенно необъяснимое и непонятное для Димона явление, на которое местные жители, впрочем, привычно не обращали никакого внимания, принимая как данность. Тем более что дальше, вглубь приречной равнины, местность постепенно повышалась и открытые приречные пространства лугов переходили постепенно в самую простую, привычную всем бедную лесостепь с тонким слоем чернозёмов с небольшими рощицами дубов и прочих лиственных деревьев. Хвойников тут не было и в помине.

— Эк, нас занесло то, — недовольно ворчал Димон, окидывая недовольным взглядом будущее место переправы. — Ты что, — сердито повернулся он к проводнику, — специально нас сюда вывел, умник? Где река самая широкая, и где мы со своими плотами будем Бог знает сколько времени торчать у всех на виду. Подходи и бери нас голыми руками всяк кто хочет.

— Ночью переправляться будем — никаких проблем, — сердито огрызнулся проводник. Постоянное последнее время беспричинное недовольство Димона его услугами давно уже вывело того из себя, и теперь он уже не сдерживался, мгновенно огрызаясь на малейшие замечания. — Не вы первые, не вы последние. Я таких, как вы, сотни уже здесь переправил. И ничего. Все нормально перебрались.

Недобрый взгляд Димона скептически пробежался по внешне совершенной неприметной фигуре предоставленного их другом Ведуном проводника. Димон никак не мог избавиться от какой-то необъяснимой неприязни к этому человеку. А своим чувствам он привык верить. Потому то, видать, как он ни старался сдерживаться, но последние дни у него получалось всё хуже и хуже.

— Да, река в этом место самая широкая, — уверенно вещал тот с совершенно непонятной для Димона уверенностью. — Но зато и безлюдных, лесистых островов тут полно. Поди найди, кто и где здесь переправляется. За островами не видно. А ночь пологом темноты прикроет, так вообще ни одна зараза даже не заметит, что здесь кто-то на воде есть.

Тысячи раз до тебя проверено, никогда проблем не было. Так что и ты можешь не беспокоиться.

Димон оценивающе смотрел на самоуверенного знатока, больше похожего на надутого самоуверенного индюка, и никак не мог избавиться от мысли, что тот его держит за идиота. Да если тут до них тысячи раз на ту сторону переправлялись группы поисковиков, если тут они ПОСТОЯННО переправлялись, то к гадалке не ходи, где-то тут на этих лесистых островах обязательно сидит кукушка и незаметно наблюдает за теми кто тут переправляется. А потом тихо стучит кому надо: кто, куда и в каком составе переправился. И что вытащил оттуда или потащил туда.

— "Каким же надо быть идиотом

чтобы не понимать таких элементарных вещей. М-да, — мысленно чертыхнулся он. — Видать нечистый меня под локоток толкнул, когда согласился с Ведуном принять его помощь и этого дурака заодно, в качестве проводника".

— И потом, — донёсся до задумавшегося Димона глухой голос проводника. — Отсюда до первого указанного нам места намного ближе, чем от места твоей прошлой переправы. А вам, с таким обозом, не дело неделями переться по чужим землям под постоянной угрозой обнаружения береговыми патрулями амазонок.

Где самое узкое речное русло, там больше всего патрулей береговой стражи, — веско припечатал проводник. — А вы столько с собой добра разного набрали, что я вообще удивляюсь, зачем вы туда лезите, — сердито проворчал о. — Все оттуда добро везут, а вы туда. Совсем ума лишились.

Чувствуя глухое недовольство заказчика принятым им решением, проводник пришёл в окончательное раздражение.

— Верное дело тебе говорю, — сердито проворчал он, — вот увидишь. Что на реке никого не будет, что там дальше, на травянистой равнине никого не встретите. Пусто тут. Совсем пусто. Да и трава тут такая плотная и густая, что в ней мгновенно теряется любой след. А уж вам-то с вашими перегруженными фургонами, так вообще иного места для переправы просто нет.

Недовольный Димон, без слов сердито отвернулся. Вот в этом проводник был прав на все сто. Что-то он в набранном с собой имуществе чутка явно переборщил. Хотя, это как смотреть. На том берегу не то что лишнего каната нигде не купишь, там и гвоздиком маломальским не разживёшься. Так что, если не хочешь проблем — тащи всё с собой.

Правда, это имело и другую сторону. Теперь на обратном пути придётся, если он конечно хочет что-либо с того берега вывезти, бросать дорогущие мощные вороты с полиспастами там, на том берегу. Или, на крайняк, хорошенько припрятать в надёжном месте до лучших времён.

Впрочем, Димон откровенно лукавил даже с самим собой. Всё захваченное с собой полевое имущество он бы нигде ни за что не бросил, не смотря ни на что. Потому как оно постоянно им было нужно. Что по дороге туда, что обратно. Палатки, котлы, сковороды, посуда, вороты, самый разнообразный шанцевый инструмент и куча всякого прочего добра — всё было нужно. Без него конечно можно было жить в диком поле и проводить раскопки, можно, чего уж там говорить, но… как-то не комфортно.

А раз уж лично от тебя что-то конкретно зависит, то и захватить с собой лишнюю миску с ложкой и котелок, чтоб не жрать из грязной посуды по очереди, следовало бы в первую очередь. Мелкий комфорт снимает очень большие проблемы с людьми и с психологическим климатом внутри коллектива. Эту простую истину Димон давно уже сам крепко усвоил, ещё в бытность свою долгих байдарочных походов с друзьями по рекам Сибири. Там ещё, на Земле…

А большой разницы, что там, что здесь, он не видел.

— Хорошо, — сухо оборвал он свои воспоминания, нехотя соглашаясь с проводником. — Переправляемся здесь. Времени нет уже искать другое место, — раздражённо буркнул он.

Времени искать другое место для переправы действительно уже не было. Они и так слишком поздно этим летом отправились в экспедицию. Да ещё к тому ж слишком затянули с переправой на другой берег, по настоятельному совету проводника спустившись по левому берегу Лонгары далеко к устью. И теперь приходилось соглашаться с навязанной ему глупостью и переправляться в этом, так не понравившемся ему месте, потому как иного выбора у них просто не было. И ещё он буквально физически чувствовал, что отпущенное на поход время неумолимо истекало.