Прилив
Шрифт:
— Каким образом?
— Она утверждала, что вела журнал посетителей гостевой деревни. Что-то вроде реестра, как я поняла. Может, он сохранился? Они кажутся довольно аккуратными, Нурдеманы.
— Позвони и проверь, — сказала Метте.
— Сейчас?
В то же мгновение Оливия покосилась на Стилтона. «Полицейские работают всегда». Но будить пожилую женщину у моря в такое время?
— Или хочешь, чтобы я позвонила?
— Я позвоню.
Оливия вытащила мобильник и набрала Бетти Нурдеман.
— Здравствуйте, это Оливия Рённинг.
— Детективный
— Ах да, точно. Я очень извиняюсь за такой поздний звонок, но мы…
— Ты думала, я сплю?
— Да, времени уже много…
— Мы боремся на руках.
— Правда?.. А кто?
— Члены клуба.
— Ого. Ясно. Один короткий вопрос. Вы рассказывали, что в одном из ваших домиков жили наркоманы в то лето, когда произошло убийство, помните?
— Думаешь, у меня склероз?
— Совсем нет. Помните, как их звали?
— Нет, все-таки до такой степени склероз уже дошел.
— Но вы же вели журнал; по-моему, вы говорили о нем.
— Да.
— А не могли бы вы…
— Секундочку.
В трубке стало тихо, довольно надолго. Оливия слышала смех и голоса. Она заметила, как Метте со Стилтоном на нее смотрят. Девушка попыталась показать, что там идет борьба на руках. Метте и Стилтон и бровью не пошевелили.
— Привет от Акселя, — вдруг сказала Бетти в трубку.
— Спасибо.
— Альф Стейн.
— Альф Стейн? Он был одним из…
— Он арендовал домик, один из наркоманов.
— Так вы не знаете, как звали второго?
— Нет.
— Помните имя Сверкер Ханссон?
— Нет.
— Не знаете, была ли у кого-то из наркоманов сестра, жившая на острове?
— Нет.
— Ладно, спасибо огромное. Акселю тоже привет! Оливия убрала телефон. Стилтон взглянул на нее:
— Аксель?
— Нурдеман.
— Альф Стейн? — спросила Метте. — Его так звали?
— Да, — подтвердила Оливия.
Метте посмотрела на Стилтона:
— Ты его допрашивал?
— Возможно. Может быть. Звучит знакомо…
— О’кей, я позвоню в Гётеборг, пусть они проверят. А теперь у меня есть другие дела.
— Например?
— Полицейская работа, которая, кроме всего прочего, включает в себя твою бывшую жену в ГКЛ. Спокойной ночи.
Метте достала мобильник.
Оливия ехала на машине светлой летней ночью. Стилтон сидел рядом и молчал. Они возвращались из управления и думали каждый о своем.
Оливия размышляла о необычной ситуации в кабинете Метте. Действующий и бывший комиссары полиции — и она, студентка полицейской академии, которой позволили сидеть и обсуждать расследование убийства в таком ключе. Но Оливия чувствовала, что была полезна. Она помогла с некоторыми вещами. По ее мнению.
Стилтон думал об Аделите Ривере — беременной женщине на берегу. Он аккуратно провел рукой по старой панели инструментов «мустанга».
— Это старый автомобиль Арне, так?
— Да, он достался мне в наследство.
— Красивый.
Оливия
— Что с ним было не так?
— Забудь.
Она научилась отвечать той же монетой.
Оба замолчали.
Утреннее солнце заливало светом желтую виллу в Бромме, лучи беспощадно разоблачали невымытые окна спальни. «Займусь ими, когда вернусь», — подумала Ева Карлсен и застегнула чемодан. Ей предложили сделать репортаж в Бразилии, посвященный успешной программе реабилитации трудных подростков. Предложение пришлось очень кстати. Ей нужно было сменить обстановку. Нападение в доме не прошло для нее незамеченным. Еще весь этот шум вокруг убийства Нильса… Ева нуждалась в отдыхе от всего этого. Она собиралась через полчаса забрать визу и отправиться на такси в аэропорт.
Карлсен отнесла чемодан вниз, надела куртку и открыла дверь.
— Ева Карлсен?
К деревянным ступеням подходила Лиза Хедквист, за ней шел Буссе Тюрен.
Новость о задержании двух человек — убийц бездомной в фургоне — нашла свое место в прессе. Наравне с домыслами вокруг самоубийства Бертиля Магнуссона и странным событием, случившимся с Эриком Гранденом.
Связь Грандена с сенсационным признанием в Заире в 1984 году спровоцировала бешеную активность журналистов. Все хотели с ним поговорить. В конце концов его нашел фотограф, заехавший не туда у моста Шеппсбрун. Из-за этого ему пришлось разворачиваться, и он решил припарковаться внизу у пристани. Там сидел Гранден, политический вундеркинд. За статуей Густава Третьего. Со сложенной бритвой в руке и с полностью отсутствующим взглядом. Когда фотограф попытался окликнуть его, он не спускал глаз с воды.
— Юсси.
Единственное слово, которое он произнес.
Чуть позже его забрали медицинские работники и отвезли в клинику. Умеренные выступили с коротким заявлением, в котором объясняли, что у Эрика Грандена проблемы личного характера и он взял небольшой перерыв.
Больше никаких комментариев они не дали.
С помощью Метте Стилтону позвонили из центрального архива в Гётеборге. Они разыскали его старый допрос наркомана с Нордкостера. Парня звали Альф Стейн. Украденная лодка принадлежала Еве Ханссон. Метте зашла в реестр судимостей и проверила, что есть на имя Альф Стейн. И много чего нашла. Помимо всего — адрес в Фитье, который она дала Стилтону.
В Фитью они поехали на машине Оливии и припарковались недалеко от центра. Оливия должна была ждать в «мустанге».
Стилтон неплохо представлял нынешнее положение Альфа Стейна. Довольно понятная картина. С большой долей вероятности он найдет Альфа среди других безработных в окрестностях «Систембулагет». Так все и вышло.
Стилтону не составило труда влиться в местный колорит. Он уселся на ту же скамейку, где сидел Альф Стейн, достал бутылку «Эксплорера» и кивнул Альфу: