Прилив
Шрифт:
Эрик широкими шагами покинул правительственное здание и пошел в район Старого города. Он знал, что его политическая карьера превратилась в руины. Скоро начнется травля. Травля того, кто так долго жил, задрав хвост и строча высокомерные посты в «Твиттере». Они освежуют его живьем, Эрик знал это.
Он бесцельно бродил по узким переулкам. Теплый ветер поднимал его тонкие светлые волосы. Одетый в синий, с иголочки, костюм, Гранден шел, сгорбившись, один, словно привидение. Исторические здания склонялись над высоким худым телом.
Больше
Внезапно Гранден очутился у салона на Щепмангатане, где его принимал собственный парикмахер. Он вошел в зал и кивнул на стул, где мастер покрывал гелем темные волосы дремлющего мужчины.
— Привет, Эрик! У тебя небось, как всегда, нет времени? — спросил парикмахер.
— Нет, я просто хотел взять бритву; у меня тут на шее появилось несколько волосков, которые нужно убрать.
— Конечно… бери вот эту.
Парикмахер показал на маленькую стеклянную полку, где лежала старинная опасная бритва с бакелитовой ручкой. Гранден взял бритву и направился в туалет в глубине салона. Он запер дверь.
Один за всех.
Метте вошла в помещение последней и окинула взглядом группу. Все были на месте, крайне сосредоточенны. Ночное самоубийство стало в некоторой степени холодным душем.
Ольсетер взяла бразды правления в свои руки.
— Предлагаю рассмотреть все с самого начала. Тезисы и гипотезы.
Она встала в передней части комнаты, у доски. Там висели фальшивое письмо Аделиты Венту, рядом с ним — его собственное «объяснительное письмо» из Маль-Паиса. Прямо под ними было прикреплено фото Вента и Аделиты, которое Аббас забрал из бара в Санта-Терезе.
— Если начать с записанного разговора восемьдесят четвертого года, то в нем Бертиль Магнуссон признает, что он заказал убийство журналиста Яна Нюстрема, — сказала Метте. — Поскольку Магнуссон мертв, можем пока оставить эту линию, она еще встретится в другом контексте. Зато мы знаем, что Нильс Вент покинул Киншасу сразу после убийства и исчез. Его бывшая сожительница заявила об исчезновении в полицию неделю спустя.
— Он отправился напрямую в Коста-Рику?
— Нет, сначала поехал в Мексику, в Плайя-дель-Кармен, где познакомился с Аделитой Риверой. У нас нет точных данных, когда он появился в Маль-Паис, но мы знаем, что он находился там в восемьдесят седьмом.
— В тот же год, когда Аделита Ривера поехала из Коста-Рики на Нордкостер, — подключилась Лиза Хедквист.
— Да.
— Чтобы забрать деньги, спрятанные Вентом у себя на даче.
— Почему он не забрал их сам?
— Этого мы не знаем, — ответила Метте. — В письме он пишет, что не мог.
— Возможно, это было связано с Магнуссоном. Вент мог его бояться.
— Да.
— Откуда взялись деньги? — спросил Буссе.
— Тоже неизвестно.
— Может, это деньги, которые он выкрал из их компании, перед тем как сбежать?
— Может быть, —
— А все годы до его появления здесь он оставался там? В Маль-Паисе?
— Очень вероятно. По словам Уве Гардмана, он работал гидом в местном заповеднике.
— И думал, что эта Аделита Ривера кинула его с деньгами?
— Есть вероятность. Он же получил от нее фальшивое письмо, в котором она резко прерывала с ним отношения, письмо, написанное кем-то из убийц Риверы на Нордкостере в восемьдесят седьмом. Скорее всего, его написали для того, чтобы Вент не стал копать, почему она не вернулась.
— Довольно хладнокровно со стороны убийц, — сказал Буссе.
— Да. Но тут три недели назад в Маль-Паисе появляется Гардман и рассказывает об убийстве, которому стал свидетелем в детстве. С помощью Интернета Вент понимает, что жертвой была Аделита Ривера, и отправляется в Швецию.
— И вот мы оказываемся в настоящем.
— Точно. Здесь у нас уже есть довольно ясная картина перемещений Вента. Мы знаем, что денег на Нордкостере он не нашел, знаем, что с собой у него была запись разговора восемьдесят четвертого года в Киншасе, и можем предполагать, что он ставил Бертилю отрывки из записи во время тех коротких звонков, о которых нам известно.
— Вопрос в том, чего добивался Вент.
— Может это быть связано с убийством Риверы?
— Он думал, что Магнуссон в нем замешан?
— Да.
— Можем проверить с помощью вот этого? — Лиза Хедквист указала на доску, на старый конверт. — Письмо подписано именем «Аделита» и написано спустя пять дней после ее убийства, не так ли?
— Да.
— Почему бы нам не сделать анализ ДНК с него, с марки, как думаете? И сравнить с ДНК Магнуссона. Слюна же подойдет и спустя двадцать три года?
— Да.
Лиза приблизилась к доске, открепила конверт и вышла.
— Пока мы ждем, можно констатировать, что, должно быть, Вент в разговоре сильно давил на Магнуссона, раз тот сознается в том, что заказал убийство журналиста, — продолжала Метте. — Наверняка он понимал последствия опубликования такого диалога.
— Поэтому он попытался решить проблему с записью, убрав Нильса.
— Вполне реальный мотив.
— Но у Вента была копия записи в Коста-Рике.
— Магнуссон знал об этом?
— Неизвестно, но Вент мог упомянуть об этом с целью получения своего рода гарантии жизни. Он же знал, на что способен Магнуссон.
— Так что Магнуссон попытался найти кассету в Маль-Паисе, так? На Аббаса эль Фасси напали в доме Вента.
— Да, — ответила Метте. — Конечно, мы не знаем, было ли нападение организовано Магнуссоном, но это очень возможно.
— И если все так и было, он осознал, что проиграл и что запись попала сюда. К нам.
— И застрелился.
— А это означает, что мы никогда не получим признание в убийстве Нильса Вента. Если его совершил Магнуссон.