Шрифт:
ПРИМАДОННА
У каждой Петрарки своя Лаура.
Современная шутка
Часть первая «Исчезновение»
1
Сказать, что Вадик был красив, значит не сказать ничего. Он был идеален. Казалось, что он сошёл с обложки модного журнала: в его глазах была синева июльского неба Италии, зубы сверкали белизной альпийских вершин, волосы слепили золотом
Потому что Вадик никого не любил. Даже если он снисходил до очередной воздыхательницы, их роман никогда не длился больше недели. Что самое интересное, брошенные возлюбленные никогда не преследовали его, не осыпали упрёками и не обливались слезами несчастной любви. Они тихо и незаметно исчезали из водоворота его жизни, не изъявляя ни малейшего желания увидеться с ним вновь.
Вадик был известной личностью в городке. Ему было, как сам он говорил, чуть меньше тридцати, он был свободен, обеспечен и, самое главное, он был самым популярным ди-джеем местного отделения известнейшей радиостанции страны.
Помимо обычных «отработок» по графику и в программах-поздравлениях у него была своя передача, которая шла в эфир два раза в неделю с полуночи до пяти утра и носила романтическо-ностальгическое название – «Полуночный экспресс».
В передаче он философствовал на вечные темы, ловко ставил записи давно ушедших в забвение певцов, современных шансонье и оперных див и между делом отвечал на звонки бодрствующих слушателей. В пять утра радиоволна разносила по приёмникам его хрипловато-мужественное: «С добрым утром и до встречи в «Полуночном экспрессе», с вами был Вадим Даль», а его сменщик, чертыхаясь, собирал по студии оставшиеся от Вадика окурки.
В городке он был относительно недавно, что заставляло его карьеру казаться ещё более головокружительной. Он приехал откуда-то с Севера около года назад, снял квартирку и отправился обивать пороги местных радиостанций. Трудовой книжки у него не было, опыта работы тоже, единственным его козырем был диплом Иркутской консерватории, дававший Вадиму Далю гордое право называться режиссёром оперных постановок.
Впрочем, вру, был у него и ещё один козырь, о котором вы уже знаете – его красота и нечеловеческое обаяние. Ходили даже слухи, что ему предлагали сниматься в кино в роли прекрасного принца Дориана Грея по сюжету знаменитого Оскара Уайльда. Впрочем, те же слухи утверждали, что он использовал особенности своей внешности для достижения более прагматичных целей, чем быстротечная киношная слава.
Как бы то ни было, но уже через неделю после появления в городке Вадим трудился ассистентом режиссёра на радио, а ещё через два месяца прорвался в эфирное пространство. Год спустя он был настолько популярным, что, как уже упоминалось, имел свой собственный «проект» на радио и многим горожанам был известен в лицо.
2
Вечер 21 декабря выдался на редкость морозным. Снег почти растаял, было темно и скользко. Вадик опаздывал на супер ответственный ночной эфир и нещадно гнал свой поношенный, но бойкий «Опель». Когда до студии оставалось два несчастных
– Ваши документы, – браво откозырял страж порядка.
– А в чём, собственно, дело? – Вадик нацепил самую обаятельную из своих улыбок. – Я, видите ли, на передачу опаздываю, слышали, наверное, у нас сегодня сама София Арсо в прямом эфире будет…
– Ну и что? Вы превысили скорость, а на дороге гололёд, – гаишник был как непробиваемая стена.
– Вы меня не узнали? Я буду сегодня вести программу…, – начал, было, Вадик, но тут же плюнул и, остановившись на полуслове, полез в карман за стольником. «Не хватало только опоздать из-за этого кретина, – думал он. – Восемнадцать лет страданий, восемнадцать нескончаемых ужасных лет одиночества, тоски и ожидания – и всё псу под хвост».
– Сколько с меня?
– Боюсь, что штрафом Вы не отделаетесь. Три дня назад на этом перекрёстке сбили девочку. Водитель скрылся. Свидетели видели, как с места происшествия на большой скорости отъехал тёмный «Опель». Предлагаю Вам проехать для выяснения, – гаишник, откозыряв, предложил Вадику перейти на сиденье пассажира. Вадик почувствовал, как у него пересохло в горле. Он глянул на часы – до эфира оставалось двадцать минут. Он не мог так легко отказаться от цели, к которой шёл почти двадцать лет из-за нелепого стечения обстоятельств.
– Конечно, я понимаю. Надо, так надо, – он медленно вышел из машины и, прежде чем отдать гаишнику ключи от машины, внимательно посмотрел по сторонам.
3
В офисе радиостанции было полно народа. До эфира оставалось полторы минуты. Когда Вадик протолкнулся сквозь ряды коллег, их подружек и друзей и окутывающий их табачный дым, в студии уже сидели суперзвезда Софи, её продюсер Олег Магнатов и директор местной станции Юрий Томилин. Последний заметно нервничал. Сделав Вадику страшное лицо, он быстренько представил его присутствующим, заказал ассистентке Оленьке кофе для всех и отправился разгонять толпу любопытствующих и поклонников.
Вадик элегантно приложился к руке звезды и, сев к микрофону, сказал: «Добрый вечер, друзья! С вами Вадим Даль. Я счастлив сообщить, что наконец-то сбылась мечта многих из вас: с нами сегодня София Арсо, живая легенда нашего времени, золотой голос России, певица и композитор, наконец-то снизошедшая до нашего городка. Завтра в 18:00 добро пожаловать в городской дворец культуры на концерт нашей обожаемой звезды, а сегодня она здесь, чтобы ответить на ваши вопросы. Звоните нам по телефонам…»
Эфир длился сорок минут, ненадолго прерываясь на песни Софи. Она была обворожительна.
В свои 49 она выглядела от силы на тридцать. Казалось, что её ангельское личико совсем не тронуло время. Её низкий грудной голос был волнующе чувственным, а ответы искренними и непринуждёнными. В городке она была впервые, ей здесь нравилось, хотя она пока мало что видела. Её приезд стал возможным благодаря мэру города господину Татьянину и местной филармонии, которые любезно взяли на себя организацию гастролей. Завтра она выйдет на сцену с программой, которую назвала «Крещенский вечерок», и слушатели будут приятно поражены её новыми хитами. В общем, было сказано всё то, что обычно говорят крутые мега звезды в захолустье.