Приманка

Пикано Фелис

— Они следуют за нами, — сказал Эрик.

Миновав те две машины, Ноэль вдавил газ в пол, сворачивая на съезд с дороги, молясь, чтобы руль повернулся вовремя и они не врезались в деревья на обочине дороги.

— Ты нас угробишь! — выкрикнул Эрик.

Но шины взвизгнули и удержались на полотне; машина, опасно кренясь, вписалась в поворот, взлетая по пандусу. Ноэль медленно сбросил скорость и остановился. Сквозь боковое окно ему было видно проходящее внизу шоссе. Впереди

«континенталю» удалось прорваться мимо двух других машин — только затем, чтобы обнаружить, что он остался в одиночестве. Сработало!

— Мы оторвались от этих уродов! — крикнул Ноэль, радостно ударяя обеими руками по рулю. — Они не знают, где мы!

Эрик сидел неподвижно, бледный и наряжённый, как будто что-то вдавило его в спинку сиденья.

— Тебе понравилось, да? — спросил он натянутым голосом.

— Мы же оторвались, разве нет?

Только теперь, когда Ноэль произнес эти слова, до него дошло, как отчаянно он рисковал. Одна ошибка — и им была бы крышка. Им — и ещё как минимум трём другим машинам.

— Возвращайся на шоссе, — велел Эрик и, когда они снова оказались на трассе, распорядился: — Становись на обочине.

— Остановиться?

— Прямо здесь, — подтвердил Эрик. — Я выйду.

Машина подпрыгнула на бордюре и замерла на траве.

— Езжай в дом и заходи. Мы тебя нагоним.

Эрик выбрался из машины.

— Ты же хотел оторваться от них, — запротестовал Ноэль. — Я и оторвался.

— Я хотел повести сам, — ответил Эрик.

— Почему ты решил теперь выйти?

— Потому что я не могу оставаться в машине, когда ты за рулем. Это опасно.

Ноэль внезапно сделался очень серьёзным.

— Я думал, мы начинаем становиться друзьями, Эрик. Если ты мне так доверяешь, наверное, выйти лучше мне. Я поймаю машину.

Выходя из «Мерседеса», он добавил:

— Лучше не задерживаться.

— Я не могу ехать на этой машине, — сказал Эрик.

— Почему? Она твоя.

— Нет, не моя. Я перерегистрировал её на твоё имя.

Ноэль едва различал лицо Эрика в тусклом свете фонарей.

— На моё имя? Зачем?

— Собирался сделать тебе сюрприз.

Они прислонились к машине. Эрик закурил сигарету с травкой, затянулся, передал косяк Ноэлю. Позади них автомобильные шины шуршали по асфальту. Впереди шелестели ветвями деревья. После недавнего возбуждения и успешного спасения Ноэль чувствовал себя измотанным. Он не знал, что говорить, что делать. Последним, чего он ожидал, была эрикова благодарность. Может быть, он ждал, что они разделят этот триумф. Но он не получил ничего. Ничего, кроме «мерседеса». Они передавали друг другу косячок, затягиваясь по очереди.

Наконец, он спросил:

— Ты правда собираешься их ждать?

— С тобой поедет Маквиттер, — ответил Эрик. — Ему я тоже не до конца доверяю.

Они молчали, пока от сигареты не осталась

одна светящаяся искра, слишком маленькая, чтобы за неё можно было ухватиться.

— Они прослушивали телефоны, — сказал Эрик, — пока я не придумал, как заглушить жучки. Окку как-то снял трубку, чтобы позвонить, сразу после того, как ты закончил с кем-то разговаривать, и услышал, как там говорят двое мужчин.

«Петли»! Ноэль постарался сдержать панику.

— Ты что? — изумился он. — Когда?

— На прошлой неделе.

— О чем они говорили?

— Окку так удивился, что не запомнил. Они услышали его и отключились. В городе глушители стоят уже несколько лет. Я не думал, что тут они нам тоже понадобятся.

Значит, Эрик ничего не знал про телефонный звонок. Это всё догадки, логические построения и нелепая заметность оперативников Лумиса. Какая глупость! Хотя лучше так, чем если бы Эрик сделал самое худшее из возможных открытий и узнал про «петли».

— А Маквиттер? — спросил Ноэль.

— Не знаю. Возможно, это просто совпадение. Но ничего этого не было, пока не появился он. Его рекомендации подтвердились. Он был громилой мафии на Западном побережье. У него там возникли какие-то неприятности. Не знаю.

— Думаешь, Окку нас заметит и остановится? — спросил Ноэль.

Окку и в самом деле их заметил — или, по крайней мере, Алана заметила. «Роллс-ройс» притормозил у обочины, Маквиттера пришлось разбудить и как большого ребенка за ручку отвести к «мерседесу», где он забрался на пассажирское сиденье и немедленно снова уснул.

Некоторое время Ноэль ехал следом за «роллс-ройсом», пока они не попали на перекресток, откуда на шоссе вливалось множество машин, и Ноэль не потерял их из виду. Ещё двадцать минут ему предстояло ехать в одиночестве и думать о том, что произойдёт, когда он вернется в дом Рэдферна. Кажется, всё усложняется с каждым днем. Эрик напал на след «Шёпота», сам не подозревая об этом. Но Ноэль не мог позволить, чтобы такая информация дошла до Лумиса через него. Пусть узнает от кого-нибудь другого. Ноэль понимал, что это можно было бы списать на раздражение, но что-то в методах Рыбака начинало беспокоить Ноэля в глубине души. Он чувствовал себя так, словно они пятнали и его тоже. Всё в его жизни последнего времени — за исключением Аланы — начинало отдавать гнильцой.

— Проснись, спящая красавица.

Когда они выбрались из Мидтаунского туннеля и оказались на Манхэттене, он потряс Маквиттера за плечо. К тому времени, когда они подъехали к дому Эрика, Маквиттер окончательно проснулся и что-то тихо ворчал себе под нос.

— Все на выход, — объявил Ноэль, останавливаясь у съезда в гараж.

— Вы с Эриком очень дружны, да?

Ноэль не мог понять, к чему он клонит.

— Ну да.

— Жаль. Потому что ты мне не нравишься.